Душа планеты
Шрифт:
Открыла глаза и обнаружила, что лежу на кровати в больнице. Я так решила потому, что все вокруг было белым, а около моей кровати стоят странные медицинские аппараты. Но зачем я здесь?..
Я хотела сесть и оглядеться, но как только попробовала согнуть ноги, почувствовала адскую боль в левой ноге, примерно в икре, и упала на кровать. Из груди вырвался стон, от которого мне стало страшно – так стонут больные беспомощные люди.
– Не двигайтесь, – проговорил механический женский голос. Я приподнялась на локтях. В углу комнаты включилась голографическая модель женщины. Точнее, от женщины у нее был только силуэт, все
– Что…что произошло?
– Вы проспали два дня. Довожу до Вашего сведения сводку повреждений. В результате дыма у Вас незначительный ожог горла, есть негативное воздействие на легкие, рваная рана на левой икре и незначительные повреждения кожи лица.
Два дня… и странный же сон мне снился. И тут я начала вспоминать. Это не сон. Взрыв, трупы, огонь… Перед глазами четко установилась картинка: продавец магазина «Голообеспечение» с пронзенной осколком головой… Я помотала головой, что бы согнать наваждение, и меня затошнило. Снова упала на кровать.
И тут мне вспомнилось кое-что еще. Сатурна. Она поехала на лифте наверх… О боже, что с ней?! Не обращая внимания на тошноту, я, в который раз, приподнялась на локтях.
– Там…там была моя подруга… Она жива?.. – спросила я, не задумываясь, что голограмма не знает ответа на такой вопрос.
– Успокойтесь. Поговорите с детективом, возможно, он в ближайшее время сможет дать ответ на этот вопрос.
– Но я хочу знать! Что с ней?..
– Успокойтесь. А34 не запрограммирована отвечать на этот вопрос.
Я заплакала. Не знаю, от безысходности или от боли в ноге…или от отчаяния… Или может от чувства вины, что я не вспомнила про нее тогда, во время взрыва, не пошла за ней, что бы найти ее…
Глава 3
Земля. Леморс. Улица Им И. Ньютона. 2108 год 5 января, 9:58 по данным СВ.
Деклак.
Я вышел из милицейского Практического отдела и сел в свою машину. Я пребывал в хорошем настроении из-за того что начальник отпустил с работы раньше. Да не то что раньше – а почти в самом начале рабочего дня, так как дел для меня сегодня не было. Хотя мне было не тяжело проработать всю смену, ведь работа моя мне нравилась. В ПОМ (Практическом отделе милиции), как бы глупо оно вам не казалось, я чувствовал себя героем. Наш отдел занимался тем, что спасал людей из катастроф, аварий, патрулировал воздушные трассы. Последнее в этом списке было самое скучное, но остальное стоило того, что бы не увольняться. Хотя, крупных аварий, слава богу, не было, поэтому работы было немного, и иногда я уходил пораньше.
Я сел в свою машину, казенную, от отдела. На улице было жарко, а в машине, которая стояла на солнце, вообще парилка. Я позвонил жене, что бы обрадовать ее своим скорым приездом.
– Милая, Рина, я скоро буду, сегодня пораньше. Да, я сам удивлен. Жди.
Как только я выключил голограф, встроенный в указательный палец, почувствовал импульс в руке – входящий звонок. Снова включил голограф и поднес палец к уху.
– Талли, ты еще не далеко улетел? – голограф заговорил голосом начальника. Я тут же почувствовал неладное.
– Даже машину не завел, –
– Отлично. У нас тут взрыв в районе Туманной дымки. Выезжай туда, помоги нашим.
– Хорошо, скоро буду, – отчеканил я, сбросил звонок, завел мотор, и машина рванула с места, потом взлетела и понеслась прочь от штаба ПОМ.
Какой еще взрыв? Я ничего не слышал. Стало тревожно. Работаю в ПОМ давно, но на взрывы мы ни разу не выезжали. Все всегда было тихо и мирно. Я думал, что не сразу найду эпицентр взрыва, но ошибался. Пол района Туманной дымки было в дыму, как ни парадоксально это звучит. Вскоре я нашел эпицентр. Огромный, один из самых высоких небоскребов полыхал как факел. Территория вокруг него была оцеплена красной лентой. Я приземлился за оцеплением, и вышел из машины. Едкий запах дыма впился в нос. Сотрудники ПОМ в респираторах выводили людей. Да, такой катастрофы я не видел. Наши на носилках вынесли из горящего здания девушку, которая корчилась и истошно кричала: все тело было покрыто ожогами и в некоторых местах обуглилось. Я поспешно отвернулся и только сейчас понял, что тупо стою и ничего не делаю, а ведь меня прислали помочь. Я побежал к черному ПОМовскому фургону с оранжевой мигалкой. Дверь на переднее сидение открылась и оттуда вышла моя коллега – Сара.
– Ох, и ты тут. Нехило бабахнуло. Стекла не выдержали, хотя рассчитаны выдерживать и взрывы по-хлеще. Скоро эта штуковина рухнет. Боюсь, мы мало что сможем сделать.
– Да, и тебе привет, – буркнул я. Сара всегда волновалась, когда мы выезжали на какое-либо задание, связанное с несчастными случаями и авариями. Я бы не советовал работать ей в милиции – для этого нужны просто каменные нервы. Черные короткие волосы Сары лезли ей в глаза, она рукой смела их со лба, на котором я заметил капельки пота. – Меня прислали помочь. Давай, шеф, командуй.
Да, даже в такие моменты я умудрялся шутить.
– Дек, не смешно. И шеф сейчас сидит в конторе, а не дымом задыхается.
– Не переживай. Мы много кого спасем, – попытался я успокоить ее, хотя знал – это бесполезно.
Тут, за спиной Сары я увидел девочку лет двенадцати-тринадцати, она сидела на коленках прямо на асфальте и в ступоре покачивалась взад-вперед.
– Ну-ка, подожди-ка… - я обошел Сару и подбежал к ребенку. Девочка даже не заметила меня. Я оглядел ее: светлые волосы в беспорядке выбиваются из конского хвоста, лицо в пыли, как и волосы, лоб разбит, руки в крови, надеюсь, не в ее собственной.
– Как ты?.. – спросил я ее. Она даже не услышала, кажется, не замечала вообще ничего, кроме своих страхов. Вот-вот упадет и отключится, подумал я, поднял ее на руки и понес в фургон Сары. Уложив девочку на одно из сидений в фургоне, я собирался выйти из машины и помочь еще кому-нибудь, но тут около задних дверей в фургон возникла Сара, испуганная и беспокойная.
– Дек, твоя машина!..
– прокричала она. Ох, этот день превращается в настоящий ад. Сначала обламывается мой короткий день, теперь еще что?!
Я вылез из фургона. Сара кивнула в сторону обломков, бывших когда-то верхними этажами. Я сначала не понял, что произошло, а потом до меня дошло: именно там стояла моя машина. Черт, черт, черт! Я тихо выругался. Хоть машина и была казенная, она была хорошая. Мой взгляд снова упал на горящую высотку. Здание задрожало и начало рушиться, словно карточный домик.