Душегуб
Шрифт:
— Шестнадцать тысяч!.. Ничего себе, это за что?
Выйдя из спортивного корпуса НГГУ, мы направились домой, так как делать нам здесь было нечего.
— Ну, по меркам людей, я инвалид высшей степени, или как это называется? — Я усмехнулся: — Насколько я понял, в этом мире слепые вообще нетрудоспособны, мда…
— Зато теперь ты им всем покажешь!
— Да никому я ничего не собираюсь показывать, ты же знаешь, для чего мы поступили сюда.
— Ясно… Представляешь, — перевела тему Алина, — тут есть отдельные лекции китайского языка! К слову, а что ты тут-то забыл?
— Да, записывался на тренировки.
— Ох, больной
Превратив прическу Алины в нечто, я отпрыгнул в сторону, избегая расправы.
— Сама такая!..
Вот как-то так мы и шли до дома.
— Ай, черт! — споткнувшись о нечто твердое, я чуть не проехался лицом по асфальту.
Потом поднял камень и закинул его куда подальше.
— Плоховато ты ориентируешься, плоховато… — съязвила девушка.
— Да я только мелкую чушь под ногами иногда не слышу, а так-то!.. — начал было оправдываться я.
— Да? Твои одногруппники-то еще не поняли, что ты слеп?
— И не поймут, — уверенно заявил я.
— Да по-моему на первой же лекции или контрольной до них все дойдет, — уже серьезно проговорила Алина.
— Может, поспорим? — азартно протянул я ей руку.
И мы поспорили на недельное повиновение и выполнение любых капризов выигравшего.
Весь день я провел в физических тренировках, слушая музыку из колонок, которую мне включила перед уходом Алина, показав сочетание клавиш, с помощью которых можно переключать трек.
Глава 2
На следующий день я встал… Нет, не так. На следующее утро меня подняли в половину восьмого. Будильник, стоящий не так далеко от моей кровати, со свистом полетел в другую комнату и, больно ударившись о стенку, пристыжено замолчал, жалобно дзинькнув. Но я больше не уснул, и, не тратя время попусту, поднявшись, оделся и приступил к разминке: сотня отжиманий, приседаний, сто пятьдесят пресс. Вот и прошло примерно десять минут, а я, сходив за будильником, поставил его на кухонный стол. Было слышно, как внутри продолжает крутиться механизм, но я не мог узнать, правильно ли он идет или нет. В холодильнике я почуял свежевыжатый сок и, недолго думая, выхлебал пол литра, закусив сытным бутербродом с колбасой и сыром. Порой мне нравилось так «есть». Быстро и удобно, правда, немного плохо для желудка.
Закрыв холодильник, я оперся руками на стол и стоял так минуты, эдак, две, пытаясь понять, какого черта я так рано встал. Мог бы еще валяться и валяться… Потом в голове пронеслись события вчерашнего дня и я вымученно всплакнул:
— Не, не хочу!..
За всю свою жизнь я никогда не учился, разве что в Гильдии мне немного преподавали, но это чисто для общего развития, а так, что бы усиленно зубрить науку… Учить меня стала Маша, зачитывая вслух все, что мне было необходимо, а я запоминал. Но, черт возьми, кто сказал, что мне это нравилось?! Я всего лишь не мог отказаться от этого по одной причине: Маша была просто напросто сильнее меня и не потерпела бы отказа. Особенно если вспомнить наши тренировки в Адланде…
На запах я нашел темный балахон, джинсы, и сумку, в которую я аккуратно запихал ту самую одежду, в которой тренировался с Андреем. Эти удобные штаны, не стесняющие движения являлись для меня единственным воспоминанием и об Адланде, и об Андрее, которое я мог пощупать и вдохнуть еще не выветренный запах тех приключений…
Собравшись, я заприметил Ки Алины, все еще нагло дрыхнувшей в кровати недалеко от меня (спали
Зря я сюда вообще вошел, — пронеслась мысль в голове, когда запах принялся притуплять мысленные процессы. Отчаянно помотав головой, я снял это наваждение и в данный момент мог соображать, и, подойдя к девушке, я притронулся к ее плечу:
— Алина, Алина!..
Проснувшись, девушка промычала:
— М-м?..
— Хочешь опоздать на занятия в первый же день?
— Мне ко второй паре… — сонно ответила она.
Во наглеж-то, а!! Напоследок я взлохматил ее и без того растрепанную прическу, но Алина лишь вяло отмахнулась от меня, промычав что-то непонятное.
Я же положил в карман балахона пропуск и, застегнув карман, накинул на плечо сумку и вышел из дома, закрыв дверь.
В первые же секунды, когда я поднялся в главном корпусе на третий этаж, чувствовалась суета: в тесном коридоре, где поместится во всю ширину от силы три человека, бегали студенты, в основном первокурсники: слышалось по сердцам. Иногда проходили преподаватели, выстукивая туфлями по всему коридору. Кто-то из них пах очень резко, в основном это были молодые аспиранты или недавно выпустившиеся, но оставшиеся в преподавателях ребята. Но, самое раздражительное в институте был запах курева, который просто отрубал мне весь нюх, голову и чувства в целом. А источник этого запаха был туалет…
Почувствовав Ки того парня, который показался мне необычным в наш первый день, я пошел в его сторону, где собралось в одном месте, по меньшей мере, человек пятнадцать, среди которых я узнал тех ребят из своей группы.
— Ну-ка, поглядим на наших первокуров… — донесся с насмешкой голос слева от меня, где стояло четыре молодых парня.
Поначалу я решил не обращать внимания и просто прошел мимо, как сзади послышался истерический гогот этой четверки. Принюхавшись, я уже хотел разобраться, но быстро успокоился: не надо мне было иметь проблем в свой первый же день. Немного изменив первоначальную тактику, я остановился и спокойно подошел к этой четверке, издалека задав вопрос:
— Ребят, где тут 310 кабинет?
Лишь только спустя пару секунд ржача они соизволили ответить показав куда-то рукой, еле сдерживаясь от смеха:
— Там вон.
Кивнув, я успел запомнить запах каждого из них и, стоило мне повернуться к ним спиной и отойти на пару метров, как снова послышался ржачь. Я мягко улыбнулся самому себе: что ж, по-крайней мере, будет весело. Выйдя из узкого коридора в довольно просторное помещение, где и стояли по разным углам мои одногруппники, я на секунду остановился, принюхиваясь. С двух противоположных сторон я чуял ряды соединенных между собой стульев, которые успели занять самые быстрые (или наглые). По разным углам собрались самые разномастные ребята: в одном тихо щебетали девушки, знакомясь друг с другом, одновременно обсуждая собравшихся, в другом, несмотря на быстр бьющееся сердце, показывали свою силу и мощь громким хохотом и разговорами несколько парней, однако в пределах приличного (ну, не совсем). Совсем зажатые стояли поодаль ото всех, а тот парень вообще стоял дальше всех, нисколько не волнуясь. В крайнем случае, я не слышал так уж сильно бухающего сердца или запаха пота. Даже дыхание у него было спокойное.