Душегуб
Шрифт:
Сейчас на ринге стоял тот самый старший, которого я принял за самого опытного, напротив него стоял щуплный, немного меньший по размерам паренек, от которого сильно пахло потом. Молодец, значит хорошо тренировался. Прозвучал гонг и они обменялись несколькими неплохими ударами, а на второй минуте боя уже тяжело дышали, напрочь позабыв о технике боя и теперь все действие было похоже на драку детей. Мне стало стыдно, но тут все закончилось: тренер остановил, объявив ничью. Я похвалил его: молодец, не забывает о боевом духе ребят. На самом деле тот щупленький немного даже выигрывал, как по Ки, так по выносливости и технике боя. Каждому из них он сказал пару напутствий и ошибок, которые
Следующими пригласили на ринг меня, а вместе со мной вышел ничем не отличающийся парень от прошлых ребят: твердо стоящий и уверенный перед новеньким. Наверняка он думает как бы помягче приложить меня, даже не обращая внимания ни на шрамы, ни на мышцы. А может, он просто осматривает мой шрам на лице… Увы, но куда смотрят люди, когда разговаривают со мной, я не догадывался.
Мы оба надели шлем, который был ужасно неудобный, и начали бой. Хотя, какой там бой? Среди этих ребят не было никого, кто мог бы заставить меня сражаться в полную силу. Даже напади они все вместе, мне хватило бы одной руки и пары секунд.
Парень встал в муай тайскую стойку и начал потихоньку приближаться ко мне. Я стоял на одном месте, ожидая удара, который последовал незамедлительно. Очень, очень медленный прямой в голову, от которого увернуться — дело плевое. Дальше я бегал от паренька в течении десяти секунд. Хотелось узнать, на что он способен. Оказалось, ни на что он не способен, по-крайней мере, сейчас. Поэтому, ни сделав ни одного удара, или контроудара, я подождал начала второго раунда и закончил очень быстро: медленным (для меня) прямым ударом в голову. Ему этого хватило и он сел на задницу, зажимая нос рукой, в то время, как я снимал шлем и спускался с ринга.
— Боксер? — спросил меня тренер, я не ответил. — Уважаю, молодец.
Какой тут бокс? Я даже собственным весом не бил, так, сила рук, да и только…
Закончив бои, тренер отправил нас в качалку, где все с энтузиазмом качали свои мышцы без разбору… Я лишь скривился по этому поводу, потом оделся в раздевалке и ушел немного обиженным домой.
В интернете Алина читала про Муай тай, который описывался как самое жестокое боевое искусство, в котором разрешено использовать даже смертельные удары локтями и коленями. Именно поэтому я подозревал, что найду в этом боевом искусстве настоящих бойцов… Разочарование, да и только. Хотя, это ведь студенты, что с них взять? Тем более, это первая тренировка, так что посмотрим.
С такими мыслями я поднялся по ступенькам на шестой этаж, закрыл дверь и снял с плеч рюкзак, который уже немного мешался, как вдруг мой голос огласил всю округу:
— Е мое, нога вибрирует!
А потом вспомнил, что у меня там лежит телефон, которым я очень редко пользуюсь и взял трубку.
— Да?
— Будь здоров! — узнал я немного нагловатый голос Дани, — Прыгать идешь?
— А сколько сейчас?
Он пошебуршал и спустя секунду ответил:
— Без десяти шесть. Нас тут уже четверо, подтягивайся!
— Окей, вы там же? — дождавшись утвердительного ответа, я закончил разговор: — Ждите.
Переодевшись прямо на пороге, я крикнул:
— Алин, скоро буду!
— Вали-вали! — послышался довольный голос в ответ, когда я закрывал дверь.
Выскочив из подъезда, я на секунду остановился, доставая из кармана плеер. Нажав кнопочку, переключил громкость на единицу, самую низкую и перелистал парочку наскучивших песен. Слушал я в основном рок, иногда реп, предпочитая врубать его на тренировках — очень бодрит. На скамейке сидели три старушки, бодро сплетничая о чем-то, тотчас замолчав, когда я вышел из подъезда и прошел мимо них, кликая языком два раза на каждый шаг в сторону
Даня — немного резковатый в разговоре, всегда веселый парень, который придумывает такое, что мне никогда в голову не придет. Встретил я его несколько месяцев назад, во время тренировки по эхолокации. Мне уже надоело весь день ходить и кликать языком, который уже изрядно болел, а уши не хотели слушать. Именно тогда я почувствовал Ки парней, крутящих в воздухе непонятно что. Это меня заинтересовало, и я познакомился с трейсерами, как они себя называли, а они, увидев мои метровой высоты прыжки, сразу же взяли в свою команду «RaJ», которая состояла из пяти человек, среди которых был сам Даня, которого все называли Джуниор, а иногда просто — Джуни.
Излюбленное место тренировок Джуниора находилось на другом конце парка, там, где собирались различные субкультуры: от всяких мечников, которые тренировались друг с другом на деревянных мечах, до бегающих по парку спортсменов, готовящихся к соревнованиям и таких акробатов как мы, которые только и делали здесь, что крутили всякие сальтухи, иногда приглашая меня.
Уверенно шагая по неширокой асфальтовой дорожке, петляющей меж деревьев, иногда пересекая холмики, я невольно вспоминал те моменты, когда первый раз оказался здесь и почти сразу заблудился, не понимая разницы между звучанием асфальта и невысокой травы. Впрочем, я и сейчас очень плохо различаю эти звуки, чаще всего ориентируясь просто по запаху, но в тот момент я был обескуражен и очень долго блуждал неизвестно где, благо, мне помогала Алина. Казалось, прошло не так много времени с момента моей слепоты — чуть больше года, однако визуальная информация и визуальная ориентировка на местности у меня почти выветрилась из головы, чем я был не обеспокоен, а скорее удивлен: воспринимать все окружение с помощью обычного, нисколько не усиленного слуха, и запаха являлось для меня спасением, не говоря о том, что это было очень даже интересно. Сейчас я мог с легкостью определить правду или ложь по интонации, стуку сердца, запаху и так далее. Если перечислять плюсы, уйдут месяцы. Безусловно, есть и минусы: полностью визуализация предметов у меня еще не атрофировалась (хотя все идет к этому), мне очень хотелось увидеть карту мира, которую мне пересказывала Маша, безумно хотелось увидеть будущее, города, постройки и так далее, вплоть даже до банальных кроссовок! Я их чуял, слышал, щупал, но до сих пор не понимал, как это делается или что-нибудь подобное…
Мои не шибко веселые размышления прервал заурядный голос Дани:
— Хоба! — выкрикнув свою фирменную фразу, он крутанул что-то, похожее на переднее сальто с разбегу.
Не считая его, смотрели на его прыжок еще трое, двоих из которых я знал, а с одним встретился еще на первом знакомстве с Джуниором. В тот раз я плохо запомнил все, лишь Даня «бросался в уши», как бы странно это не звучало. Насколько я помню, это был высокий, примерно с мой рост, накачанный парень, широкоплечий, светлый, коротковолосый.
— Йоу! — фирменно поздоровался со мной Даня, специально растянув слово на длинное «Йо-о» с низкой интонацией.
Взгляды ребят переместились с классного прыжка акробата на меня. Я лишь махнул Дане издалека рукой в знак приветствия — я не был поклонником этой русской привычки пожимать руки во время встречи и расставания. Пренебрегал этим я лишь когда знакомился с человеком первый раз, полностью понимая силу и твердость рук, как с Алексом. Так случилось и здесь, сначала поздоровались со мной два неизвестных мне парня, сильно удивившись левому рукопожатию, а после, видимо, предупрежденный Даней, остался стоять на месте тот парень, который должен был меня помнить.