Душитель

Лэндей Уильям

Он прочел сводки. На Бойлстон-стрит выхватили сумочку у женщины, в Паблик-Гарден околачиваются гомики. Он напомнил коллегам, что отряд быстрого реагирования, созданный для того, чтобы успокаивать растущую общественную истерику по поводу Душителя, должен выезжать по звонку. Наконец, он призвал полицейских быть бдительными и принялся ходить взад-вперед, наблюдая, как они предъявляют для проверки записные книжки и ключи от телефонных будок. Потом дежурный вернулся к себе и отточенным движением ответил на вялые прикладывания руки к козырьку. Полицейские уже собирались разойтись, когда лейтенант вдруг кое-что вспомнил.

— Подождите, подождите!

Сядьте! Чуть не забыл самое важное!

Он полез в карман и с важным видом вытащил конверт. Внутри лежала записка, составленная из вырезанных букв. Типичное письмо с требованием выкупа.

— Пропал человек. Ребенок. — Он надел очки. — «Ваш Мессия и Спаситель у меня в заложниках».

Слушатели расхохотались.

— «Кровь его падет на Джозефа Дэйли».

Джо, сидящий в дальнем углу, застонал. Он и так уже страдал. Он страшно устал от ночной работы. Фиш требовал уплаты долга, женщина из Бруклина продолжала звонить и никак не хотела отвязаться — теперь она угрожала все рассказать жене. Но главное — страшно жали форменные брюки, хоть Кэт и выпустила их насколько возможно. Джо задыхался в жестком белом воротничке, который выкроил давным-давно из дешевого ремня — старый полицейский трюк, чтобы женам не приходилось каждый вечер чистить воротник форменной рубашки. Но в те годы Джо носил семнадцатый размер. А теперь…

Лейтенант расхохотался. Куда чаще смеялись над ним самим.

— «Приметы пропавшего ребенка. Рост: двадцать дюймов. Волосы: нет. Возраст: примерно две тысячи лет. Когда его видели в последний раз, он был завернут в одеяльце и источал странный небесный свет».

Лейтенанту пришлось подождать, пока не утихнет смех.

— «Отец мальчика…» Помолчите, парни… «отец мальчика — очень влиятельный человек. Я за это поручусь… я на него работал… когда-то прислуживал в алтаре…»

Джо сгорбился, нахлобучил шляпу на глаза и сердито улыбнулся.

— Офицер Дэйли, — окликнул лейтенант. Сейчас было не время спорить. — Мне передать это дело детективам?

— Нет, сэр.

— Полагаю, у вас есть на примете подозреваемый?

— О да!

— И кто этот… злодей?

— Предпочту не раскрывать его имя.

— Ладно, Дэйли. Просто верни младенца на место. У него скоро день рождения.

Пустые ясли на Коммон, откуда исчез младенец Христос, внушали Джо одну-единственную мысль: убить Рики. Убить этого сукина сына. Тощий мелкий ублюдок. Убить его, оживить и еще раз убить. Джо ходил туда-сюда. В последние несколько дней потеплело, снег растаял почти весь, но Джо сейчас не почувствовал бы мороза. Ему не нужно было стаканчика, чтобы согреться, и он не стал сидеть в вестибюле отеля, потому что гнев на идиота братца мог растопить полярные льды. У него просто руки чесались, в мышцах бурлила энергия. Рики обожает выставлять Джо дураком и неудачником — ему всегда это нравилось. Но на сей раз — и это уж непременно — Джо надерет ему задницу…

Где-то закричала женщина.

Зашелестела листва. Джо поддернул рукав, чтобы посмотреть на часы: 11.50. Крик затих в отдалении. Джо прислушался. Опять. Он побежал. Третий крик — панический вопль:

— Нет! Убирайся! Уходи!..

Ноги сами несли Джо — вниз по Тремонт, к Сколлэй-сквер, улица за улицей, дом за домом, весь город плыл как во сне, каждый день он меняется, сбивает с толку…

Снова крик, короче, тише, похожий на чириканье.

Он бежал так быстро, что это напоминало долгое падение, приходилось

переставлять ноги лишь затем, чтобы не удариться лицом об асфальт.

Парочка на тротуаре, парень тычет пальцем:

— Туда!

Бромфилд. Из проулка доносится какой-то лязг.

Вот оно — мужчина, тощий и неуклюжий, но невероятно рослый, настоящий великан, прижимает к стене девушку, одной рукой держит ее за шею, второй шарит под пальто, между ног. Девушка висит в нескольких дюймах над землей, одна туфелька свалилась…

— Эй!

Великан повернулся и уставился на полицейского, сначала озадаченный, потом разъяренный вмешательством.

Трупное лицо — изможденное, узкое, бледная кожа туго обтягивает скулы, темные глаза выпучены, лоб низкий. В темноте аллеи, среди теней, эта маска показалась настолько гротескной, что Джо на мгновение застыл. Он сморгнул и слегка склонил голову, как будто это могло вернуть чудовищному лицу нормальные пропорции, превратить монстра в кого-то знакомого — бродягу, хулигана ну и так далее.

Мужчина, которому в секундном колебании полицейского ошибочно почудилось некоторое попустительство — сочувствие, единомыслие, страх, бог весть что, — снова ухватил девушку между ног и влепил ее бедрами в стену. Он ухмыльнулся, взглянув на копа: «Что, видал?»

Джо вознамерился испортить этому типу настроение. Он двинулся вперед.

Великан отпустил девушку, та неловко приземлилась на обутую ногу, но тут же обрела равновесие и успела увидеть, как полицейский пронесся мимо, даже не взглянув, все ли с ней в порядке, — пробежал очень близко, так что ее обдало ветерком. Она услышала, как под пальто у него что-то звякает, и решила сесть на землю и не двигаться.

Джо быстро понял, что преступник далеко не уйдет. Этот тип бегал скверно, высоко задирая длинные ноги, и Джо успел обдумать, каким образом лучше опрокинуть его, нанеся максимальный ущерб. Когда они достигли противоположного конца проулка, выходившего на Уинтер-стрит, Джо прыгнул, на мгновение завис горизонтально и упал на спину преступника, настигнув его, точно огромная хищная птица. Он прижал руки парня к бокам, обвил его ноги своими, намереваясь смягчить себе падение, а в идеале — разбить этому типу физиономию об асфальт.

Но все немедленно пошло не так.

Великан обладал неимоверной силой. Он протащил Джо несколько шагов, отчего полицейскому показалось, что он едет на дельфине. Этот тип даже и не думал падать. Слегка пошатнувшись, он нечеловеческим усилием извернулся, Джо соскользнул, и оба покатились по земле.

Джо немедленно обхватил правой рукой шею гиганта, сцепил обе руки в замок и принялся давить. Он пытался сломать преступнику кадык, придушить его — что угодно, лишь бы победить этого урода, надеть на него наручники и убраться отсюда.

Но невероятно — этот парень разгибал руку Джо своими пальцами. Невозможно. Какого черта, пальцами! Они пробрались под предплечье Джо и медленно ослабляли хватку.

Джо в жизни не сталкивался с более сильным противником — изумление сменилось паникой. Джо оглянулся в поисках помощи. Никого. Пустой проулок, безлюдная улица.

И эти ручищи! Они обладали просто нечеловеческой силой. Они развели руки Джо достаточно широко для того, чтобы великан мог перекатиться на живот и оказаться лицом к лицу с полицейским. Он ухватил Джо за шею, надавив большими пальцами в ямку под кадыком — слегка помял, нащупывая трахею в том месте, где она ближе всего к коже, а потом резко нажал.