Два берега
Шрифт:
— Проходите, пожалуйста, проходите, я не ожидал.
Девушка никуда проходить не хотела — ее ждали Катя, Леша и Александр.
— Сергей, — взяла она высокую торжественную ноту и осеклась, когда парень подпрыгнул от неожиданности. — Короче, мы хотим с тобой поговорить, — просто сказала Жанна, — одевайся и спускайся вниз. Пойдем в ближайшее же кафе или куда скажешь, мы на машине.
— А мы — это кто?
— Мы — это я, моя сестра Катя, ее жених Леша и Александр… мой жених! — неожиданно для самой себя
— И зачем я вам нужен?
— Хотим поговорить про нашу маму, Елизавету Аркадьевну. По-человечески поговорить. Бить не будем, честное слово, — пообещала Жанна и улыбнулась.
Сережа тоже заулыбался и пошел одеваться.
«Хорошая у него улыбка, — подумала Жанна, — не был бы альфонсом, был бы вполне симпатичный парень».
Уходя, Жанна услышала, как Сережа спросил: «Мам, что-нибудь купить по дороге?» — и старая женщина прошелестела: «Хлеб белый кончился».
«Так она мать, а не бабушка, — поразилась Жанна. — И если Сережа старший, а ему двадцать шесть, то ей вряд ли больше сорока восьми — пятидесяти лет. Вот это да… Выглядит она настолько старше и такой забитой… Неудивительно, что сын пошел по кривой дорожке!»
Пока ждали Сергея, Жанна спросила у спутников:
— Как вы думаете, а зачем мужчина становится альфонсом?
Думали все вместе, даже поспорили, но готового решения так и не нашли. Не потому, что жизнь такая полосатая, а потому, что не сошлись в определениях — кого уже можно считать альфонсом, а кого еще нет. Вот, например, если мужчина позволяет женщине расплатиться за обоих в кафе — он уже альфонс? А если муж меньше жены зарабатывает — тоже? Короче, как водится, начали размахивать руками и переходить на повышенные тона, и тут появился Сережа. Все разом стихли и в четыре пары глаз принялись рассматривать его с ног до головы.
«А он действительно ничего», — подумала Жанна.
«Неужели ему девчонки не нашлось? Нормальный пацан», — подумал Александр.
«Не ахти… стареет мама», — скривила мордочку Катя.
«Морду я ему бить не буду, что бы девки там ни выдумали, — решил Леша, — он нормальный».
Сережа засмущался. Жанна бодро предложила:
— Выбирай, куда пойдем.
— Да мне в общем-то все равно, — замялся юный Казанова.
— Так и нам тоже. Главное, чтобы можно было усесться и чтобы музыка не орала над головой.
В результате после пятиминутного неловкого мычания и топтания на месте прошли два квартала до «Елок-палок». Похоже, Сережа совершенно не разбирался в инфраструктуре района.
— Что, наша мама по ресторанам не водила? — ехидно поинтересовалась Катя.
— Ваша мама? Да нет, — покраснел Сережа, а Жанна наступила сестре на ногу.
Катя подумала, что Жанна просто оступилась, и глубокомысленно продолжила:
— Не заслужил, видимо… надо было лучше стараться…
Но тут Жанна
В «Елках-палках» компания долго не могла сделать заказ — никто не знал, нужно ли в такой ситуации брать еду или ограничиться закусками, можно ли выпить что-нибудь алкогольное. А Сережа и вовсе сидел как на иголках, как будто ждал, пока его начнут бить. Кое-как первые неловкие минуты пережили, и Жанна бодро приступила к делу:
— Сергей, вы уже всех нас знаете, вы понимаете, что моя мама, Елизавета Аркадьевна, для нас человек не чужой. Мы волнуемся, понимаете?
— Да, конечно, но…
Жанна перебила:
— Сергей, вы ее любите?
Парень как-то странно передернулся всем телом.
— Конечно, я ее люблю, она — старинная подруга моей мамы, она просто наша спасительница, она — самая лучшая женщина в мире.
— И вас не смущает разница в возрасте? Все-таки через десять лет мама уже будет старухой, — влезла Катя.
— Да погоди ты, — цыкнула на сестру Жанна, — не об этом речь. Еще спроси, не стыдно ли обманывать папу. Сергей, вы — молодой здоровый мужчина. Симпатичный. Неглупый. Разве вам не стыдно брать у женщины деньги?
Сергей покраснел и встал с места. Катя, взвизгнув, толкнула его, и он сел обратно.
— Нет уж, не сбежишь. — Младшая сестренка перехватила инициативу. — Что тебе нужно от нашей мамы? Чтобы она квартиру тебе завещала? Не дождешься! Ты этого не стоишь!
— Да не нужна мне… — забормотал все больше краснеющий Сергей, но Катя его оборвала:
— Не нужна? Так зачем берешь деньги? Почему тебя мама обувает-одевает-кормит? Любовничек, блин. Альфонс! Мне противно сидеть с тобой за одним столом. Ты не мужчина, ты жалкий слизняк.
Катя гордо встала и пошла по направлению к выходу, красиво ставя длинные ноги. Мужчины отвлекались от еды и с удовольствием смотрели, как она вышагивает. Леша, извинившись, положил на стол деньги и побежал догонять невесту, а Жанна и Александр остались с Сергеем. Тот сделался малиновым и содрогался от злости.
— Вы, — его голос сорвался, — вы уберите от меня эту белобрысую дуру! Если она вернется — я за себя не отвечаю. Вот уж не думал, что у Елизаветы Аркадьевны может быть такая доченька.
Вмешался Александр:
— Девочка просто расстроена.
— Поэтому ей можно поливать меня грязью? — Сережа повысил голос, и пятна на его щеках стали ярче. — Да кто она такая, чтобы я все это слушал?
— Она переживает за маму, — вступилась Жанна.