Два берега
Шрифт:
Не видя дороги за потоком слез, Мари села на лавочку у здания суда. Вскоре выпорхнула девочка-секретарь и посоветовала:
— Идите возьмите у судьи разрешение на свидание. Она сама предложила.
Мари, естественно, пошла за разрешением. Судья пила чай в маленькой комнате, жестом предложила Мари сесть. Сняла свои строгие очки на пол-лица и оказалась еще молодой женщиной с красивыми карими глазами.
— Знаете, Мария Михайловна… вы, наверное, уже не раз это все слышали, но я не могу удержаться…
— Вы хотите посоветовать мне, чтобы я бросила мужа? — спросила Мари.
—
— Мальчик. Ярослав.
— Тем более. А вдруг он захочет быть военным? Работать в банке? Заниматься политикой? Вы понимаете, что закроете ему эти возможности? Нужно срочно оформлять развод, пока не поздно. Поскольку муж в тюрьме — это будет сделать несложно.
Мари обещала подумать над советом судьи — ее, кстати, звали Надеждой, Мари потом прочла на доске с расписанием. Девушка никогда не думала о муже в социальных характеристиках. Она очень переживала, когда узнала, что он совершил кражу — но не из-за статуса, а из-за врожденного отвращения к воровству.
Мари решила посоветоваться с адвокатом — в конце концов, он, наверное, знает, надо ли оформлять развод, как это сделать и можно ли потом все вернуть обратно. Или не оформлять никакого развода, чтобы Митя не обиделся (он же может не понять, что это фиктивно), а просто не записывать его отцом ребенка. Но можно ли, чтобы в свидетельстве не было отца? Или отцом надо фиктивно записать кого-то другого? Мари не знала, но старательно выдумывала новые и новые варианты, чтобы отвлечь себя от главного — Мите дали три с половиной года строгого режима. Три с половиной года разлуки. Ребенок не увидит папу три с половиной года. Он еще даже не родился — а его уже лишили отца.
Мари шла по улицам и плакала. Прохожие смотрели на ее слезы и на ее живот и деликатно отводили глаза в сторону. Две женщины, а потом старичок с орденскими планками на груди предложили свою помощь. Мари не нужна была помощь. Мари нужен был Митя.
Из дома девушка позвонила Жанне — Жанна работала допоздна. Потом Наташе — никто не взял трубку. Потом Кате — ответил незнакомый мужской голос. Мари, которой хотелось человеческого присутствия, полезла на форумы, где не была уже целую неделю. Она, кстати, очень активно общалась в сетке — и на трех форумах числилась в старожилах, ее мнение имело вес. Мари не собиралась рассказывать о своей боли, она просто хотела поговорить о чем угодно — лишь бы создать иллюзию общения.
Первый же форум, послушно открывшийся в избранном, опалил Мари незнакомым доселе огнем — сердце пробило жаркой иглой, к щекам прилила краска, и перед глазами поплыли разноцветные круги. Девушка судорожно кинулась в остальные любимые местечки — и везде натыкалась на одинаковые темы с названием: «Мари Мишон — врунья и уголовница». Мари Мишон — под этим ником Мари уже несколько лет
Девушка видела, кто автор тем, но до последнего момента хотела ошибиться. Она медленно читала злорадный текст, обильно насыщенный смайликами, и понимала только отдельные фрагменты, которые отчетливо помнила спустя много лет.
Ее супермуж, которым она тут хвасталась, на самом деле вор-рецидивист, по квартирам лазил и саму эту дуру обокрал тоже, а она его простила, сюси-пуси-Митенька, будет ему теперь помогать.
Я с ней общалась потому, что не знала, какая она на самом деле. Зато теперь у меня открылись глаза. Кто еще верит, что Мари Мишон — а в жизни просто Машка — это достойный человек — смотрите, обчистит вашу квартиру, тогда поздно будет.
Она — просто мелкая шлюшка, у нее мужиков было не один десяток, она только ноги и умеет раздвигать. И на работу ее любовник устроил, сама она ни черта делать не умеет, и живет на деньги мужиков.
А уж гонору, гонору — как будто такая красавица неписаная, на самом деле — кошка драная. Ни фигуры, ни лица, волосы жидкие, ноги кривые.
Кстати, ублюдка своего она наверняка не от мужа нагуляла. Такие долго не могут с одним мужиком.
И все она всем врет — убедитесь сами, — и муж у нее уголовник, и на работе ее из-за любовника держат, и ложится она под каждого, и фотографии на самом деле в фотошопе. И гадости про всех говорит.
Дальше шел подробный список гадостей, которые Мари якобы говорила про некоторых форумчан, а заодно подробности про ее трусы, которые она однажды забыла в гостях, про то, сколько она может выпить на вечеринке, и даже про то, как в первом классе она нажаловалась на соседку по парте учительнице, а в классе подумали на другого человека и объявили ему бойкот. Из всех этих откровений следовало, что Мари — средоточие всех возможных пороков и лучше держаться от нее подальше.
Несколько человек радостно поддакивали автору, картинно ахая и намекая, что они уже давно чувствовали за персонажем Мари Мишон какие-то ужасные злодеяния. Более культурные и умные участники призывали перестать перемывать кости отсутствующему человеку, да еще беременной девушке. В общем и целом топик сильно напоминал помойное ведро, и сюда охотно сливались все, кому Мари не нравилась или с кем спорила в других темах, — здесь они имели возможность охаять ее с головы до ног.
Мари открыла темы на других форумах — там было то же самое.
Она читала, продолжая понимать только отдельные грубые фразы и каменея животом. Из жара ее бросило в холод — она сжимала ставшие ледяными руки и пыталась согреться.
Автором этих тоников, человеком, который вытряхнул на публичное обозрение все тайны Мари, исказил ее слова, сказанные наедине, а местами и придумал поступки и речи, была… Наташа. Та самая Наташа, которая горько рыдала на плече у Мари и жаловалась, что у нее всегда плохо складывались отношения с женщинами: женщины — сплетницы, не умеют хранить тайны, строят гадкие интриги, завидуют, плетут сети, а она, прямая и открытая, не умеет играть в эти игры, и ее вечно подставляют.