Два мудреца в одном тазу...
Шрифт:
— Жуки-плавунцы… — незнакомец подобрался ближе и, ухватив наше суденышко, с натугой потянул. Под днищем явственно заскрежетало. — Это что еще за фокусы? На мель, что ли сели?
— Откуда же здесь мель, дяденька? Посреди озера.
— Озера… — он дернул железное корыто сильнее, качнул вправо-влево, и оно, наконец-то поддалось, скрипуче съехало на вольную воду. — Да… Набросали хламу. Видать, за трос какой зацепились…
Мы с Вовычем переглянулись. Мысли в головах свивались в узлы, путались ручками, ножками и хвостиками.
— Куперы Фениморы, понимаешь! — ворчал он. — От горшка два вершка, а уже мореходы.
— Вообще-то Купер про другое писал, — вежливо поправил Вовыч. — Про индейцев с бледнолицыми.
— Что? — мужчина почему-то рассердился. — А ну, марш отсюда! И чтоб больше не шастать мне здесь! Ерундиты хреновы!
Мы с Вовкой зашагали от котлована. В спину нам продолжало нестись:
— Свалятся, утонут, а мне — отвечай… Давно говорил — огородить надо. Тройным забором!.. Еще и ноги промочил. Фениморы, понимаешь, Куперы…
Он продолжал еще что-то ворчать и бурчать, но мы не обращали внимания. Под ногами-то была суша! Восхитительно твердая, устойчивая! Хотелось прыгать, танцевать и притаптывать. Мы ведь реально спаслись — выбрались из самой настоящей пучины!
— Все-таки здорово поплавали, — выдохнул Вовыч.
— Здорово, — согласился я. — Но знаешь, в школе лучше про это не рассказывать. Даже ребятам из нашей организации.
— Думаешь, засмеют?
Я промолчал, а Вовыч нахмурился.
— Ты тоже поверил в трос? Считаешь, реально могли зацепиться?
— А сам-то как думаешь?
— Да ты что, Макс! — Вовыч немедленно завелся. — Это же полная фигня получается! Мы что, как пупсы последние, болтались на одном месте битых полдня?
Мне очень хотелось ответить: «нет», но я честно пожал плечами.
— Не знаю, Вовк.
— Но ведь шея-то была! И акулы были…
— Ну… Может, это какое-то другое измерение, — неуверенно предположил я. — Сначала провалились туда, потом обратно вывалились.
— Вот так вечно кругом, — Вовыч расстроился. — Провалились — вывалились… Какой фильм ни включи — обязательно параллельная реальность. Другого что! — уже и выдумать не можем?
— Выдумай, если можешь.
— А почему я должен выдумывать?
— Не хочешь, не надо. Дело-то в другом. Если нет весомых доказательств, лучше помалкивать. Это тюбик с пастой можно разрезать и показать, а тут что мы покажем-докажем?
— Да-a, доказать будет трудно… — у Вовыча даже плечи поникли. И тут за нашими спинами что-то утробно простонало.
Наверное, мы поступили не очень правильно. Настоящие ученые точняк бы остались на месте — рассовали бы всюду камер и датчиков, вооружившись биноклями и тепловизорами, принялись изучать явление. Но… На этот затянувшийся день приключений с нас было более чем достаточно. Ужасно хотелось домой — к мамам и папам, к братикам и сестренкам. И не спешите нас осуждать. Конечно, в девять лет можно быть гениальными детьми, но до настоящих ученых мы с Вовычем еще не доросли. Ну вот как-то пока не получилось. Уж извините…
ЭПИЛОГ
Ближайшим летом мы с Вовычем намеревались повторить путешествие — уже с нормальной экипировкой, на какой-нибудь суперской байдарке, однако не вышло. Весной возобновились работы, и первым делом строители возвели вокруг котлована огроменный забор. Подозреваю, что там, за забором, они не только строительством баловались. Заводили для маскировки движки тракторов, а сами под шумок отлавливали акул и древних рептилий. Куда их потом девали, этого мы с Вовычем так и не выяснили. Может, в какой-нибудь секретный аквапарк увозили, а может, в не менее секретный институт — для опытов. Хотя могли выпускать и в мировой океан. Это было бы самым лучшим вариантом. Значит, можно было надеяться, что однажды (станем же мы когда-нибудь капитанами!) встреча с морскими исполинами вновь произойдет. А если так, то и жизнь приобретала смысл и в школу было ради чего ходить.
В общем, кто говорит, что жизнь штука грустная, в корне не прав. Все, что требуется такому человеку, это напрячь память и зажмуриться. Чтобы вспомнить себя маленького и гогочущего — лет этак в семь или девять. Ведь было же что-то, из-за чего мы так веселились. И гениев среди нас бегало великое множество, и умниц хватало, и даже герои свои находились! Что характерно, все поголовно умели смеяться. И куда это растерялось, — вот над чем бы задуматься главным академикам планеты. Решим эту проблему, решим и все остальные. Потому что веселые люди не воюют и не ссорятся, веселые люди не обижаются и умеют прощать. Доказать не могу, но уж поверьте гению на слово.
То есть я бы мог еще страниц сто расписать и целый секстильон про разные мудреные вещи, но краткость-то у нас, помните, наверное, чья сестра? Вот и закругляюсь. Чтоб никто не успел заскучать и уснуть.
Потому что книги, ребята, не снотворное. Книги, ребята, — витамин. Вот и кушайте на здоровье. Приятного всем аппетита!