Двадцать
Шрифт:
– Можно сказать да. Теперь по-другому работаю.
– А если дело выгодное…
– Насколько?
Написал что-то в сотовом и показал Дикому дисплей. Тот присвистнул.
– Охренеть. И что надо?
– Коллекция старинных ружей, плюс брюллики. Редкие.
Не хило так увести коллекцию оружия и бриллианты. Действительно весьма крупное дело. В свое время Дикий только этим и промышлял.
– Сигнализация?
– Мои пацаны уже все пронюхали, в доме были. Когда будет нужно все отключат.
– Охрана? Собаки?
– Собак нет. Охраны нет. Объект снимем
– Хозяева?
– Тетя и дядя. Ночью спать будут. Тихо возьмете и все. Ключи от дома уже есть, от калитки тоже.
– Звучит гладко.
– Так оно гладко и есть. Взял и ушел. Ну так что?
Женька отрицательно мотнул головой.
– Нет. Все. Я давно этим не занимаюсь, поищи кого-то еще. Тем более раз так гладко все. Зачем тебе я?
– Никто не подойдет. Ты профи. Надо чисто сейф вскрыть, подобрать комбинацию. Это у нас только ты умеешь и пацаны твои. Без мокрухи, тихонечко.
– Так значит надо взламывать сейф…Почему сразу со сложностей не начать? Поищи – найдешь кого-то.
– Сколько ты хочешь?
– Сколько там брюлликов?
– Их ждет коллекционер. Дам больше денег. Вот столько.
Снова что-то написал на дисплее и показал Дикому.
– Вот так устроит?
Более чем. Сумма такая, что Женька сразу прикинул, как купит другую машину и матери капитальный ремонт сделает. Еще и останется.
– Когда брать надо?
– Желательно в ближайшие дни. Есть сведения, что хозяев вообще сейчас нет.
– Хорошо…я обдумаю и дам знать. Скинь весь материал по делу на мейл. Он у тебя есть.
– Договорились. Я охренеть как рад, что ты согласился, брат.
Глава 13
Последний раз я была в больнице у мамы. Очень не люблю эти заведения. Когда рядом оказываюсь мороз по коже пробирает. Кажется, если приблизишься обязательно что-то случится, и ты окажешься там, за стенами своеобразной тюрьмы.
Я могла настаивать, чтоб Артем ходил по врачам, ездила с ним на обследования, а сама терпеть не могла все это. Меня к врачам не затянешь. Но нужно было пойти…совесть не позволяла оставить его там. Все же не чужой человек, столько лет вместе и еще я чувствовала себя виноватой в том, что он там оказался. Это Женя его ударил. Женя…от одного его имени замерло сердце и тут же забилось как бешеное.
Где-то на первых ступенях пришла мысль, что я только что от любовника. От молодого, красивого любовника под которым кричала от страсти и от наслаждения. И что даже после душа мои трусики все еще влажные от наших с ним соков.
Сейчас не время об этом думать. Нельзя. Я пришла к Артему…
Подошла к стойке администрации узнать на каком этаже лежит Артем и в какой палате.
– Здравствуйте, я бы хотела узнать, где лежит мой муж Одинцов Артем Олегович.
Администратор на меня посмотрела из-под очков, поправила их на переносице.
– Уже вторая жена приходит. Первая помоложе была. На втором этаже он. В реанимации.
Вначале злостью окатило, когда про жену услышала, но известие о реанимации тут же затмило все.
– Как в реанимации? Почему?
– Все узнайте у врача. Халат наденьте и бахилы.
– Да, конечно. А
– Халат на пропуске возле лестницы, а бахилы вон там в аптеке купить можно.
Я кивнула, быстро купила бахилы, накинула халат и поднялась на второй этаж. Уже в самих дверях столкнулась со Светочкой. Лицом к лицу. Мы обе оторопели. Ее светлые глаза расширились, брови взмахнули вверх. Она протиснулась мимо меня и цокая каблучками быстро сбежала по лестнице. В воздухе повисло облако ее удушливых приторных духов. Я хорошо их запомнила…тогда в кабинете пахло именно ими, как и потом от моего мужа. Так вот кто назвался женой…Но сейчас нет времени и не те обстоятельства, чтобы думать об этом.
Я прошла по длинному коридору к двойным дверям со звонком с левой стороны. Нажала на кнопку.
– Вы к кому? У нас только по пропускам близкие родственники, мужья, жены, дети.
– Я жена Одинцова Артема Олеговича.
В ответ тишина.
– Я же вам сказала, что без паспорта вас не пропустят идите к главврачу. Поговорите с ним.
– Я настоящая жена Одинцов и у меня с собой паспорт.
Еще секунды тишины и дверь автоматически открылась. Я прошла еще по одному коридору и мне навстречу вышел высокий немолодой врач в длинном белом халате, шапке, прикрывающей седоватые волосы.
– Я так понимаю вы Елена?
Я кивнула, потянулась к сумочке за паспортом, но врач меня остановил. Приподняв руку.
– Не нужно. Я уверен, что вы и есть жена Артема Олеговича. Идемте, нам нужно поговорить.
Спрашивать о том была ли здесь еще одна жена я не стала. И так понятно, что была и что ее все-таки впустили если главврач знает о том, кто настоящая жена. Смешно…и грустно одновременно. Интересно почему Светочка так бежала, что чуть два раза не споткнулась.
Мы прошли в небольшой кабинет доктора, и он прикрыл дверь.
– Присаживайтесь.
– Как Артем? Я бы хотела вначале его увидеть?
– Увидите…хотя сюда запрещено приходить, но Артем Олегович известный человек и не впустить его супругу я не имею право.
Села на краешек стула, удерживая сумочку обеими руками. Предчувствие неприятное. На душе как-то мерзко.
– У вашего мужа инсульт. Я не буду вам расписывать что это означает и бросаться терминами, которых вы не понимаете. Я лишь скажу, что правую часть его тела парализовало, правая часть лица тоже парализована. Он не говорит, не ест самостоятельно. Обещать, что станет говорить или есть я тоже не стану. Вполне возможно, что нет. Состояние сейчас стабильное, он вне опасности. Но нужно лечение, уход, наблюдение врачей и долгая реабилитация.
Пока он говорил, я ощущала, как внутри рождается вопль протеста. Нет, не то, чтобы я пришла в состояние шока от того, что случилось. Скорее…от понимания, что теперь может случиться.
– От чего мог произойти инсульт?
Хотя, я прекрасно понимала от чего. Его ударил Женя. Ударил сильно.
– Пока что это неизвестно. Ваш муж не говорит и сказать нам ничего не сможет в ближайшее время точно, а может быть и никогда.
От стыда, от ощущения, что это моя вина защемило внутри и сердце болезненно сжалось. Это моя вина, что с Артемом такое произошло. Это мой любовник его ударил, потому что я…я позволила начаться этим отношениям. Я позволила себе влюбиться в мальчишку, потерять голову, сойти с ума.