Дверь в...

Ключникова Светлана

– Белла… - прошептал он недоверчиво, но я только покачивала головой.

– Иди, Эдвард.

– Они же… это ведь преступники! – он не понимал, в самом деле не понимал, на что себя толкает.

– Но они – люди! Которые живут, думают, у которых есть семьи, которые… еще могут исправиться. Неважно, Эдвард, что ты о них думаешь, но ты не Бог, чтобы решать их судьбы, а они – не животные, которых вы выращиваете у себя на фермах, - последнее я выплюнула с презрением.

Он зашипел и посмотрел на меня злобно, ему не нравилось, что я так говорю, но это была правда.

– Неужели тебе жалко? Вас так много, пять миллиардов! А я здесь всего на год!

Его слова что-то опустошили внутри меня. Теперь он стал похож на наркомана, который зашел уже слишком далеко, чтобы остановиться. И внезапно я с горечью осознала, что ничего не смогу поделать.

– Убирайся, Эдвард, я не хочу больше видеть тебя. – Я отступила назад и опустила голову, разглядывая ковер. Мы оба стояли в оцепенении, долго. А потом хлопнула дверь. Эдвард ушел…

Медленно я опустилась на ковер и дала волю рыданиям. Не знаю, что именно так меня задело. То ли, что я не выполнила наказ бабушки, и теперь мой мир погрузится во мрак, как она предрекала. То ли, что я размечталась об Эдварде как о мужчине, найдя его привлекательным и поддавшись его чарам. Но только мне было очень больно его потерять, так больно, как будто я привязалась к нему куда сильнее, чем думала.

Когда я нашла в себе силы подняться, на часах было уже девять вечера. Он не вернется, поняла я. Наверное, я обидела его грубыми словами. Что я завтра скажу Элис? Как дальше буду жить, зная, что по городу разгуливает вампир? Слушая в новостях об убийствах, буду ли каждый раз вздрагивать, догадываясь, кто их совершил? Как буду справляться с чувством вины, ведь именно я допустила это?

Я закрыла дверь на ключ и устало поплелась в ванную. Пустота в груди была сильнее, чем я ожидала. Пока Эдвард был здесь, всего какие-то сутки, мне было неловко от его присутствия и иногда страшно. Но теперь, когда его не стало, я чувствовала себя преданной и покинутой, разочарованной и в нем и в самой себе.

Мне было трудно уснуть, тяжелые образы кружились в голове. Пугающие красные глаза смотрели на меня из моего подсознания. Бабушка снова тащила меня из погреба за рукав, приговаривая: «Не каждую дверь стоит открывать! Есть двери, за которыми таится зло, открыв их, ты выпустишь это зло на волю».

Меня разбудило равномерное постукивание, как будто рама бьется об окно.

– Белла… - позвал кто-то, и мое сердце заколотилось в груди, когда я поняла, что это Эдвард зовет меня с той стороны двери.

Тук-тук-тук. Настойчиво.

– Не бойся, это я.

Не бойся? Он, должно быть, шутит! От ужаса меня в пот бросило.

Я нащупала телефон,

гадая, позвонить ли мне в полицию, а затем поняла, что совершенно беспомощна перед Эдвардом. Никакая полиция отныне не спасет меня.

Я молчала, надеясь, что он подумает, будто я сплю, и уйдет.

Но стук продолжался, тихий, решительный.

– Белла, пожалуйста… - Он что-то еще бормотал, но я не могла расслышать.

Я встала с кровати, стараясь не шуметь и двигаться беззвучно, как умел Эдвард. Ковер мне в этом помогал. Подошла к двери с этой стороны и затаила дыхание, прислушиваясь.

– Открой, - сказал он так, как будто был уверен, что я рядом. Я молчала. Мое сердце грохотало как ненормальное, во всем остальном я сохраняла полную тишину, даже дышать старалась тише и реже.

Дверь скрипнула, Эдвард прислонился к ней с той стороны, я чувствовала это своими ладонями.

– Я слышу тебя, Белла, не думай, что ты можешь меня обмануть, ты здесь. – Я отшатнулась, едва сдержав крик ужаса. Он слышит меня, черт подери.

– Уходи, - сказала тогда устало, мне было нечего ему предложить теперь.

– Впусти меня, я ничего не сделал, - прошептал он с той стороны двери.

Мое сердце дрогнуло в крошечной надежде. Он это сказал для того, чтобы успокоить мою совесть? Или он не лжет?

– Ты разве не попил крови парочки прохожих? – сердито прошептала я, обиженная и оскорбленная, снова прижимаясь к двери с этой стороны. Мы были похожи на двух поругавшихся молодоженов: жена не пускает мужа на порог.

– Нет, - буркнул он, весьма недовольно, надо сказать.

– Преступников, проституток? Они ведь заслуживают этого?

– Нет! – нетерпеливо ответил он, раздраженно стукнув по двери с той стороны, отчего она сильно дрогнула.

Я молчала, противоречиво желая поверить ему или все же прогнать.

– Ты можешь проверить это, посмотрев в мои глаза, впусти меня, мне не нравится тут стоять. Соседи уже слышат, - добавил шепотом.

Я вздохнула раздраженно и… нехотя открыла дверь.

Эдвард проскользнул внутрь, запирая замок самостоятельно, но я не позволила ему легко обмануть меня, тут же скрестив руки на груди. Когда он повернулся, я сердито наклонилась вперед, придирчиво разглядывая его глаза. Он не шевелился; насупившись, смотрел на меня.

– Почему? – мои руки опустились.

– Не смог, - погрустнел он. – Шел, шел и понял, что ты права. К тому же, я осознал, что не хочу потерять тебя… как друга, - добавил торопливо, когда я неожиданно покраснела.