Дверь в...

Ключникова Светлана

– Не сломал, - прошептал он отчего-то очень смущенно, а потом пальцем указал в угол, где мы спали.

– Что? – непонимающе обернулась я.

– Кровать, - сказал он тихо.

– Что с ней? – я присмотрелась внимательнее. И тут же добавила: - О Боже!

Вся спинка пришла в негодность, рама была поломана, а обивка свисала клочьями, как будто ее чудовище терзало. Точно, чудовище. Я в гневе посмотрела на Эдварда, а он лишь развел руками:

–

Я заработаю, купишь новую.

– Господи, да на тебя денег не напасешься! – закатила я глаза и рассержено ушла надевать сапоги: как всегда, опаздывала на работу.

Уже прикрыв дверь с той стороны, я кое-что вспомнила. Влетела обратно в прихожую – притихший Эдвард, к счастью, стоял здесь, не нужно далеко идти – и с улыбкой повисла у него на шее.

– Никуда не уходи! – пригрозила я, целуя его, совершенно опешившего от перемены моего настроения. – На самом деле, все было замечательно! – И улетела на работу, пока он не опомнился и не затащил меня обратно в постель.

– Да, он… горяч, не то слово, - признала я, Элис смотрела на меня теперь с широченной улыбкой. Такое впечатление, что она готова была бежать немедленно по всем нашим подружкам, сообщая радостную весть, что «Белла наконец-то после двухлетнего воздержания снова встала на правильный путь».

– И когда же ты нас познакомишь? – умоляюще сложила она ладошки. – Мы с Роуз можем зайти к тебе на чай в субботу. – Она подмигнула.

Я тут же живенько представила себе Эдварда в толпе любопытных девчонок, и эта картина мне совершенно не понравилась. Тем более как он будет объяснять, почему не ест и не пьет?

– Как-нибудь в другой раз, Элис, - сказала я, игнорируя то, что она надула губы. – Как-нибудь в другой раз… 

Часть 5. Предупреждающая

Мы с Эдвардом выбрали самый уединенный столик в ресторане, чтобы побыть только вдвоем. Отмечали (и тратили) его заработную плату. Прошло уже полгода, как мы встретились в доме моей бабушки. И я была по-настоящему счастлива, нечасто думая о будущем. Сейчас казалось, что впереди еще времени – вагон. И нужно успеть потратить его с пользой.

Эдвард получил документы и стал полноправным гражданином США. Он отлично водил машину, правда, постоянно жаловался на ограничение в скорости – в его мире ограничением служила только мощность двигателя. Количество правил дорожного движения в нашем мире его тоже раздражало. Конечно, вампир мог расшибить автомобиль всмятку, выбраться и пойти дальше пешком – невредимым. Люди не могли себе позволить такой роскоши – рисковать, - жизнь и без аварий была слишком коротка.

Я думала, Эдвард станет агентом по недвижимости – работа, к которой он привык в своем мире. Но он устроился гораздо лучше. Люди быстро заприметили молодого человека, ремонтирующего почти

любую технику. Им заинтересовалась компания по разработке компьютерных технологий. С его багажом знаний, принесенным из чужого, более развитого мира, Эдварда стали считать… ну, кем-то вроде изобретателя, что ли. Он, конечно, оставался осторожен, но даже парочки компьютерных программ хватило, чтобы ему предложили отличное место с высокой оплатой. Причем ему позволяли «работать» дома, лишь бы он приносил в фирму результат своего труда. Эдвард мог месяц «работать над трудной программой», а затем получить столько денег, что хватало не только отдать мне долг, но даже положить на мой счет кругленькую сумму. Я пыталась возразить, но он сказал:

– Мне-то они зачем. Все твои, мне ни к чему… там.

Он был прав, и я согласилась. Вот только от его слов стало тяжело на сердце. Расставание приближалось. Час икс, о котором думать не хотелось, был все ближе.

Вообще-то, для Эдварда ничего не стоило стать миллионером.

– Ваша система безопасности такая несовершенная, - довольно высокомерно заявил как-то он. – Я могу проникнуть в любую систему, и через пять минут ты получишь наследство от какой-нибудь неизвестной тетушки. Могу просто украсть деньги из банка – так, что об этом никогда никто не узнает.

Я поперхнулась от его слов.

– Но ты же не будешь этого делать? – спросила перепуганным шепотом.

– Почему нет? – удивился он, снисходительно на меня поглядывая. Его отношение к людям иногда очень раздражало. Хотя я не могла его в этом винить, он ведь был воспитан так, что люди для него являлись неразумными животными, годными только в пищу. – Ты не хочешь жить богато? Я уйду. А ты ни в чем не будешь нуждаться, никогда. Сможешь отдыхать, или заняться тем, чем всегда мечтала – рисовать, путешествовать, стать моделью, писателем! У тебя будут средства. Считай это подарком, на память от меня.

Я хлопнула чашкой по столу. Может, его идея и была безопасна, но я была честным человеком и не хотела жить на ворованные деньги!

– Эдвард, и не думай о таком! Даже если ты считаешь себя всемогущим в моем мире, это не значит, что можно нарушать законы! В своем мире ты тоже воровал?

– Нет, - признал он, потеряв улыбку.

– Тогда и здесь, пожалуйста, не нужно!

Он пообещал. После этого и взялся за работу, решив, что сможет подарить мне деньги честным путем.

И вот теперь мы сидели в самом престижном ресторане Биллингса, и Эдвард заказывал самое изысканное, выдержанное французское вино. Вряд ли у меня будет шанс еще когда-нибудь его попробовать.

– Но, зачем такое дорогое? – я смущенно пыталась остановить Эдварда. Официант стал настолько учтивым, как будто Эдвард – минимум президент. Еще бы, восемь тысяч долларов за бутылку вина! Да я подавлюсь!

– Могу я себе позволить угостить свою девушку? – усмехнулся Эдвард, кивая официанту, что не отменит заказ, и тот убежал выполнять.