Дверь в...

Ключникова Светлана

– Перестань нервничать, - сказал он суховато, когда я уселась на пассажирское сидение. – Тут всего час езды.

Я постаралась не задумываться, на какой скорости мы движемся по темной, не освещенной ни единым фонарем дороге. Но чувствовала, как ревет мотор – обратно мы ехали гораздо быстрее.

– У вас никогда дороги не освещаются? – проворчала я, не видя ничего за окном на такой скорости, так как даже фары автомобиля были выключены. Или их вообще не существовало.

–

А зачем? – буркнул вампир. – Мы прекрасно видим в темноте.

– Но в домах-то у вас есть свет? – недоумевала я.

– Всего лишь дань привычке, человеческие традиции, - ответил он раздраженно. – Свет нашему виду совершенно необязателен.

Больше мы не говорили. Эдвард был мрачен.

Когда я увидела его дом – единственное пятно света на всем нашем пути, - то чуть не завизжала от восторга, потому что часы показывали 21:18, и это означало, что у меня еще два с половиной часа в запасе. Я расслабилась, и чуть не вылетела через лобовое стекло, когда вампир затормозил.

– Извини, - его голос был таким холодным, что меня снова кольнула совесть. Он не хотел возвращаться в мой мир, его нежелание было очевидным. Он даже не посмотрел на меня ни разу за все время пути, а сейчас вышел, хлопнув дверью.

Я торопливо собирала вещи, чтобы унести в свой мир все, что напоминало бы здесь обо мне. Конечно, останется запах, но это будет единственным свидетельством. Мало ли, Эдвард просто пил человеческую кровь и пролил немного…

Эдвард молчал. На его лице застыла сердитая маска.

– Белла… - сказал он только раз, когда я пробегала мимо него, радостная, что скоро все закончится, и я вернусь домой, к моей привычной жизни.

– Все будет хорошо! – уверила я, остановившись на мгновение, чтобы поцеловать холодные губы, убежденная, что, несмотря на плохое настроение, он не сможет оставить меня.

Было 22:46 на часах, когда я заметила, что он не двигается с места. Сердце болезненно закололо, больно было смотреть на выражение лица любимого.

– Мы можем еще немного побыть здесь, - сказала я тихо, боясь приблизиться, когда он настолько мрачен. – Но я не хотела бы возвращаться в последний момент. Я нервничаю, что дверь может закрыться раньше.

Эдвард упал на кресло, зарывая пальцы в волосы, вся его поза выражала отрицание.

– Я не хочу туда, - прошептал он еле слышно. – Я хочу остаться здесь.

Мое сердце снова заболело. Это был переломный момент – либо он останется со мной, либо я с ним, либо мы оба разбежимся по разные стороны.

– Ты можешь остаться… - прошептала я, чувствуя, как слезы подступают к глазам, но стараясь быть сильной. У него есть выбор, и я не стану принуждать его пойти со мной. Хотя разлука будет более чем болезненной.

– Белла… - простонал

он так, как будто я ничего не понимаю.

Часы на моей стороне пробили одиннадцать, в полной тишине их было отлично слышно.

– Пожалуйста, давай останемся здесь? – безнадежно попросил Эдвард, и я отступила на шаг назад, когда он поднял на меня свои безупречные, полные переживания, глаза. Он увидел, как я отступаю, и поморщился.

– Это так глупо, - сказал он обиженно, отводя взгляд и с тоской осматривая свою комнату.

– Еще есть время, - предложила я. – Ты можешь взять что-то с собой. Ты даже не собрал сумку с вещами.

Эдвард так резко поднялся, что я вздрогнула. Вместо сомнений на его лице появилась злость… и решимость.

Сначала я подумала, что он бросится переносить свои вещи – не верила, что он уйдет в мой мир с пустыми руками, - но Эдвард шагнул ко мне, и выражение его глаз меня напугало. Они стали темными и раздраженными. Я снова сделала шаг назад.

– Ты со мной? – спросила неуверенно и протянула ему руку, нервничая.

Выражение лица Эдварда изменялось каждую секунду, как будто он никак не мог решить, что делать дальше. Он тряхнул головой, нахмурился. Обернулся, печально обведя глазами привычную обстановку. Шагнул ко мне, и я робко улыбнулась, когда он взял меня за руку. Но его лицо при этом оставалось хмурым и подавленным.

Мы медленно спустились вниз. Я чувствовала его увеличивающееся сопротивление, как будто каждый новый шаг давался ему с трудом. Чтобы отвлечь его от мрачных раздумий, я задала ничего не значащий вопрос, кивая на бутылки с человеческой кровью:

– Все хотела узнать, неужели старая выдержанная кровь лучше свежей? Почему вы, как и мы, ориентируетесь на года?

Сработало. Эдвард немного расслабился.

– Это просто традиция, - голос, однако, не стал веселее. – Вся консервированная кровь совершенно одинаковая. Но, как я и говорил, наши привычки произошли от человеческих, мы продолжаем копировать ваше поведение. Это… забавно.

Я шагнула в проход, ни на секунду не выпуская руку Эдварда. Я больше не заговаривала о его решении, когда он, к моему облегчению, пролез на мою сторону без возражений.

И, лишь когда я повесила замок, меня в буквальном смысле «отпустило». Дверь была заперта, через полчаса прохода не станет, мне ничего не грозит, сон не сбудется. Признаться, я до самого последнего мгновения боялась, что вампиры появятся из ниоткуда и нападут на меня.

Выдохнув, я повернулась, встретив полный тоски взгляд Эдварда, даже его грудь вздымалась чаще обычного. Ей-богу, сейчас заплачет. Усилием воли я отвернулась и постаралась избавиться от навязчивого чувства вины. Мое же сердце, не слушая укоров совести, тихо радовалось: он любит меня. Если остается, значит, любит!