Двойник
Шрифт:
В указанном мне окне обнаружилась намного более приятная женщина, немного помоложе, которая, в отличие от своей коллеги, вежливо поинтересовалась, что меня интересует. Я назвала ей предполагаемую фамилию девочки, ее отчество и, на всякий случай, имя и фамилию ее отца. Как ни странно, адрес дочери Валерия Федоровича мне дали сразу, не особенно интересуясь, для чего он мне нужен.
Как оказалось, девочка с матерью несколько лет назад переехали в небольшую деревеньку, которая находилась в двух часах езды от Тарасова. Ехать куда-то в такую жару
Сейчас бы не мешало искупаться, — то и дело вертелась у меня мысль при виде возвращающихся с пляжа молодых людей с бутылочками пива. Я облизнулась. И зачем мне только все эти розыски нужны?
Мне почему-то так сильно захотелось все бросить и сразу же направиться на пляж, прикупив по дороге холодненького пивка, что я даже едва не покинула троллейбус, но желание отыскать того гада, который лишил меня престижной работы и общества такого великолепного человека, оказалось сильнее. Я отвернулась от окна, чтобы не травить себе душу, и принялась думать о другом.
Наконец показалось здание автовокзала, возле которого, толкая друг друга, сновали туда-сюда всякие люди с большими сумками. Издалека все это напоминало муравейник: все куда-то спешат, суетятся, что-то друг у друга спрашивают, объясняют.
Я вышла из душного троллейбуса и направилась к кассе. Как назло, попасть на автобус, идущий в деревеньку с названием Озерки, мне так и не удалось. Последний в ту сторону ушел полчаса назад, а следующий будет только завтра. Нет, ждать до завтра я никак не могу, у Кирилла будет выходной, и мне вряд ли удастся выскользнуть из дома не замеченной, значит, нужно что-то придумать.
Я вышла на улицу и села на скамью, пытаясь прикинуть, каким еще образом можно попасть в эту глушь. Нанять такси? Нет, наверняка заломят баснословную сумму, как получилось в прошлый раз. Попытаться поймать попутку? Тоже не подходит, вдруг в ней окажутся какие-нибудь головорезы, в наше время опасно ездить с незнакомыми людьми. Что же делать?
Мимо расхаживали владельцы небольших пассажирских маршруток и предлагали прохожим свои услуги. Один из них, видя мое озабоченное состояние, подошел ко мне:
— Девушка, вам куда-нибудь нужно? Я видел вас у кассы и решил, что могу помочь.
Я подняла голову и посмотрела на говорящего. Это был уже совсем не молодой мужчина, лет сорока семи-сорока восьми, у него были довольно широкие и черные усы и такие же черные, чуть курчавые волосы. Мне он показался вполне приличным человеком и потому, я решила рискнуть:
— Мне нужно попасть в Озерки, а автобус уже ушел.
— И денег у вас, конечно же, не так много, чтобы нанять такси?
— Как вы догадались?
Мужчина улыбнулся.
— Я работаю шофером двадцать восемь лет и уже давно научился разбираться в людях. Так вам в Озерки нужно?
— Но вы же сами сказали, что у меня нет денег, чтобы заплатить за такси.
— Да деньги-то для меня вовсе
Я еще раз осмотрела шофера и, не найдя в нем ничего опасного, решила рискнуть, все равно ведь ничего хорошего более мне не предложат.
Мы сели в машину и через пять минут, уже ехали в направлении Озерок.
— Вы уж извините меня, но до самих Озерок я вас довезти не смогу, мне по трассе, а к ним сворачивать нужно. Но там уже недалеко остается, уверен, вас кто-нибудь подбросит. А вы к родственникам едете?
— Нет, я по-делам. Хочу разыскать одну семью, у них вчера папу убили, нужно сообщить.
— Да, вот ведь как бывает, жил-жил человек и помер. Да ладно еще, если он сам помер, а тут еще и убить могут. А старый папа-то был?
— Нет, лет тридцать или даже меньше.
— Так молод же еще, за что ж его? — удивился шофер, закуривая сигарету.
— Пока никто не знает. Милиция расследование ведет.
Шофер замолчал. Наверняка в его голове сейчас проносились сцены того, как отнесутся к этому родственники погибшего, когда узнают.
— А я ведь тоже сына потерял, — сказал он чуть позже. — Убили его шесть лет назад. Он замолчал и, несколько минут мы ехали молча, но потом продолжил: — Убийцу, правда, нашли, лысый такой, с длинным шрамом на левой щеке. Он тогда несколько лет получил, но мне-то от этого не легче.
— Мне очень жаль.
— Да вы тут ни при чем. Вам, я вижу, тоже не сладко придется. Сообщить семье о гибели родного человека, это нужно иметь много сил. Я бы, например, на это не решился.
Мне хотелось попросить его рассказать о том, из-за чего убили его сына, но не хотелось ворошить старые раны такого хорошего человека. Пришлось подавить в себе желание начать расспросы.
Всю оставшуюся дорогу мы обсуждали последние новости, произошедшие в стране. Как оказалось, Иван Михайлович, так звали моего шофера, был очень хорошо информирован в этом деле и рассказал столько интересного, что мне даже не захотелось покидать его, когда мы наконец добрались до нужного мне перекрестка.
— Жаль, что мы с вами больше не увидимся, я могла бы вам дать почитать такие хорошие книги по истории, у моей сестры их много, — я протянула ему тридцать рублей. — Вот, купите себе пиво.
— Да что ты, дочка, не нужно, а вот книжечки-то я бы почитал. Может, ты мне лучше свой адресок оставишь, как-нибудь по пути загляну, я через ваш город часто проезжаю.
Я начеркала ему на листочке свой адрес с телефоном, и мы расстались. Хороший человек этот Власов Иван Михайлович, сейчас такие редко встречаются. Я постояла немного и пошла по не асфальтированной дороге в сторону Озерок. Хорошо хоть, жара немного спала, и было не слишком жарко, иначе бы к концу пути меня не возможно было бы узнать.