Двойник
Шрифт:
— Все подготовил? — спросил я Вайсака, заходя в каюту капитана.
— Да, — покивал тот. — Даже мазь для заживления ран нашел, — он продемонстрировал мне открытую склянку, из которой невыносимо воняет.
— Действуй, — коротко сказал парню, а сам сосредоточился на ауре раненого.
Ученик знахарки или кто она там была на самом деле обхватил болт на ноге Игалека и попытался его выдернуть. Бывший капитан галеры взвыл, дернул ногами, угодив здоровой в грудь парню. Вайсак этого не ожидал, отлетел спиной назад на метра на три и грохнулся об пол.
— Ты, сволочь такая, живодер или кто? — процедил
— П-п-простите, — заикаясь, пробормотал недоделанный лекарь.
— Азов не знаешь? — покачал головой капитан. — Надо определить какой наконечник у болта, сделать разрезы до его начала, а потом медленно за древко потянуть.
— Либо резко, — не согласился я.
— Медленно, чтобы понять, не мешает ли что-то, — повторил Игалек.
— Я с таким не сталкивался, — признался Вайсак.
В каюте наступила тишина, только раненый хрипло дышит. Н-да, медицина тут оставляет желать лучшего. Доктора или точнее целители с лекарями далеко не все умеют. Кстати, врачевание делится на несколько видов и подходов. Есть традиционная, в моем понимании, когда используются порошки, пилюли, мази и обычный скальпель. Это — лекари. Второй вид — знахари и знахарки, их большинство и они предпочитают использовать микстуры, отвары, зелья и те же мази, но заговоренные собственной магической силой. Не чураются и применять обычное магическое воздействие. Разумеется, чистят раны вручную, как и роды принимают. И последние представители этой профессии, самые малочисленные — целители. Они подходят к проблеме больного комплексно, но в основном полагаются на дар и тот же болт из тела могут вытянуть с помощью заклинаний и своего источника. Их услуги стоят дорого, а лечат они редко, так как приходится после каждого воздействия на больного долго восстанавливаться. Кстати, далеко не со всеми болячками они справляются, тот же пресловутый аппендицит удалить не могут с помощью своей силы.
— Лезвие на огне прокали, — достал я свой кинжал и протянул Вайсаку, а потом посмотрел на Игалека: — Терпи, болты необходимо вытащить, иначе возможно заражение крови.
— Знаю, — кивнул тот. — Мне бы к целителю, мой в порту, но туда пока нельзя.
— Есть крепленое вино? — спросил капитана и оглядел каюту.
— В шкафу у иллюминатора, — ответил раненый.
— Вайсак, — кивнул я парню.
Тот понял без объяснений, принес бутылку, запечатанную сургучной пробкой, которую я одним движением выбил. Прямо из горла пригубил, проверяя крепость. Ну, алкоголь чувствуется, но не сильно.
— Пей! — поднес к губам капитана.
— Не хочу, — буркнул тот.
— Это анестезия, — попытался я объяснить и прикусил язык, таких слов в этом мире не знают. — В одном старом фолианте вычитал, что опьянение позволяет утратить чувствительность и снизит боль при ранениях.
— А, это да, есть такое, — хлопнул себя по лбу Вайсак. — Бабка часто раненых предварительно поила вином или специальным грибным отваром, чтобы те заснули и ничего не чувствовали. И как об этом забыл?
— Ясно, — коротко ответил Игалек и стал пить.
— Хватит, — остановил я его, когда в бутылке осталось примерно половина. — Голова кружится, мысли путаются? — задал вопросы бывшему капитану галеры, тот в ответ зевнул и чуть кивнул, прикрыв глаза.
Выдохнув,
— Гм, вот это фокус, — озадаченно буркнул себе под нос, краем глаза увидев, как у Вайсака от удивления рот открылся.
— Что такое? — прошептал тот, кто оказался подопытным в моих «кривых» руках.
— У тебя хорошая регенерация, — ответил ему и предупредил: — Сейчас еще раз надрезы сделаю и уже после этого болт вытащу.
Так и поступил, но изменил воздействия из своего источника, попросив дар обезболить этот участок. Конечно, это как-то глупо звучит, но как общаться со своим источником я пока не понял. Пошел по принципу того, как рассматриваю ауру у окружающих. Я мысленно обращаюсь к странному комку внутри себя, являющемуся вместилищем магии и прошу его использовать часть силы, чтобы рассмотреть эмоции того или иного человека. Отдаю себе отчет — это очень ненаучно, возможно, а то и точно, что действовать надо не так. Однако, пока получается, то почему бы не продолжать так действовать. А при случае свои возможности лучше изучить и каким-то образом проверить. В том числе и собственную ранку на ступне залечить, а то продолжает беспокоить при ходьбе.
Лезвие ножа вдавил в кожу Игалека, одновременно с этим и направил магию в рану. Вновь показалась кровь, а я уже осторожно тяну болт. Тот плохо поддается, медленно идет, но резко его вытаскивать не решаюсь. Вот уже основание наконечника показалось, а у меня по лицу и спине пот струится. Этак на вторую рану сил не останется, но каких-то других вариантов нет. Болт откидываю, раздвигаю руками рану и осматриваю ее. Мысленно ругаюсь, понимая, что внутри есть клок одежды.
— Нож! — протягиваю руку за спину и ладонь мгновенно ощущает рукоять кинжала.
Как жаль, что нет медицинских инструментов, с их помощью уже бы давно очистил рану, а тут приходится острием лезвия ковыряться. С пятой попытки, мне удалось вытащить посторонний предмет. Вином щедро промыл рану, после чего отозвал или рассеял свое заклинание. Или всего лишь прекратил воздействовать на больного? Точно не понимаю, что делаю и это неправильно, но, опять-таки, если получается, то почему бы не довериться своей интуиции. Однако, никому не пожелаю оказаться на моем месте и уж тем более не порекомендую так действовать.
— Бинтуй, — коротко приказываю Вайсаку, а сам устало поднимаюсь и на затекших ногах подхожу к иллюминатору.
Мне не хватает воздуха, необходимо вдохнуть полной грудью. Открываю круглое окно и с наслаждением делаю глубокий вдох. Ощущаю, как кровь насыщается кислородом, даже некое опьянение испытываю. А вот сил в источнике остались крохи. Впрочем, сам все же на ногах с трудом стою.
— Готово, — произносит недавний проводник, который оказался понятливым и смышленым.
Пожалуй, следует парня взять себе в услужение. Подучится и из него выйдет неплохой помощник, а пока побудет денщиком или личным слугой. Разумеется, если согласится, насильно заставлять его не собираюсь.