Двуединый [СИ]

Сазанов Владимир

Судья, которым по правилам академии был назначен какой-то старший наставник, объявил начало поединка. Боевые серпы легли мне в руки. Удлиненные рукояти в локоть длиной и хищный стальной изгиб, покрытый тусклыми рунами. По правилам поединка вложенные в оружие заклятья, как и прочая не врожденная магия не используются.

— Диана, ты готова?

— Я всегда готова. Это ты то отвлекся, то спишь, то еще чего-нибудь.

— Сейчас я не сплю и не отвлекся. Мы должны убить его аккуратно, чтобы никто не заподозрил о твоем существовании.

— Да, такой бой будет приятным вызовом моим способностям, — я ощутил ее улыбку.

—

Я не имею ничего против него лично. Но если я не хочу устраивать дуэли за каждое слово, то должен донести до окружающих рискованность подобной наглости. А с моим умением сражаться есть только один способ.

— Ты оправдываешься? Или объясняешь мотивы своих поступков? — Диана явственно хмыкнула. Несмотря на то, что это не было звуком.

— Наверное, и то, и другое. Возможно, мне хочется выговориться, а рассказывать такое посторонним, по меньшей мере, глупо.

— Ну, тогда я, как всегда, к твоим услугам. Несмотря на то, что не понимаю твоих метаний.

— Я просто никогда не убивал.

— Я тоже. Но не вижу в этом ничего особенного. Лучше двигайся давай, а то когда ты треплешься, твоя медлительность может поразить даже черепаху.

Я отвлекся от беседы с Дианой и вернулся к своему противнику. Несмотря на кажущуюся длительность ворчания моего альтер-эго, за прошедшее время враг успел сделать всего пару шагов навстречу. Мы сошлись в центре полигона, внимательно изучая друг друга. Наше оружие скрестилось первый раз, потом снова и снова. Мы сталкивали клинки серпов, пробуя защиту друг друга. Две неумехи, которым все еще нужны подобные действия для оценки чужого искусства. Наше топтание могло показаться схваткой воинов только какому-нибудь простолюдину. В глазах настоящего мастера оно походило скорее на танцы бегемотов. Уж я-то знаю — видел достаточное количество мастеров, начиная от собственно деда и заканчивая Дианой.

Мы фехтовали, кружась по каменной площадке диаметром метров тридцать. Удар следовал за ударом, атака за отскоком. Противник явно превосходил меня в искусстве боя, хоть и ненамного. Так какого демона он осторожничает? Может его пугает репутация фамилии Гнец или мои слишком плавные для начинающего движения? Последнее умение пришлось освоить, чтобы не мешать Диане перехватывать контроль над телом, и оно уже давно стало привычкой. Но если сражающийся со мной мальчишка и дальше будет так осторожничать, то минут через пятнадцать весь план полетит насмарку. Он ведь не Ла Гнец, способный махать серпами в подобном, не особо быстром, темпе часами.

Юноша с именем, которое я так и не запомнил, видимо понял, что начинает выдыхаться. Его лицо приняло отчаянное выражение, и он провел серию быстрых атак, а затем еще одну. Пару раз я избежал лезвий серпов только благодаря Диане. Мой левый рукав оказался распорот почти от плеча до локтя. Судья подал сигнал.

— Крови нет, — крикнул я. Меньше всего мне хотелось закончить схватку сейчас — в шаге от финала.

Судья внимательно посмотрел на мою руку и дал сигнал продолжать. Выражение лица моего противника сменилось с удивленного на высокомерное. До него похоже, наконец, дошло, что происходящее не ловушка, и мое умение действительно невелико. Рисунок боя поменялся на тот, который был нужен мне. Противник гонял меня по полю: не достав первыми атаками он, тем не менее, расслабился, увидев с каким трудом я избежал их. На самом деле, в том, что первая кровь еще не пролилась, была исключительно заслуга

Дианы.

Мальчишка загонял меня в угол, предвкушая скорую победу. Время пришло. Мой взгляд впился в то место, куда должен был вонзиться клинок серпа, а тело рванулось к противнику. Лезвия его оружия летели мне навстречу, когда я споткнулся ногой о какой-то крохотный каменный выступ и вместо атаки начал просто падать. Точно нацеленный удар стал судорожным взмахом рук, в нелепой и бесполезной попытке удержать равновесие. Мы были слишком близко друг к другу — парень не успел ни отскочить, ни изменить траекторию своего оружия. Серп вошел в его грудную клетку и, зацепившись за ребро, потянул следом за моим падающим телом. Сила тяжести заставила противника нанизаться на стальной изгиб, распоровший ему легкое и вонзившийся в сердце.

— Надеюсь, что это выглядело действительно так неуклюже, как мы и планировали, — меня начинала колотить дрожь. Страх, который я испытал в начале падения, только сейчас начал доходить до моего сознания.

— Судя по тому, что даже ты поверил, все было просто идеально, — Диана захихикала. — А сейчас мы еще добавим правдоподобности. — Пальцы так стиснули оружие, словно их свело судорогой.

Судья дал сигнал к окончанию поединка. Подбежавшие люди подняли нас, но столь неаккуратно, что серп, в рукоятку которого вцепилась рука, повернулся в ране, еще сильнее разрывая чужое сердце. Наконец меня поставили на ноги и разжали пальцы, заставив выпустить оружие. Левый глаз был залит кровью и практически ничего не видел, но правого оказалось достаточно, чтобы разглядеть последствия нашего поединка во всех подробностях. Несколько секунд я глядел на бледный труп с развороченной грудью, потом меня вырвало.

Когда я распрямился, рядом стоял сухощавый пожилой мужчина в белом халате гражданского целителя. Он стер кровь с моего лица и начал накладывать заклятье, стягивая рассеченную кожу головы. Это было больно, но терпимо.

— Как он? — я знал ответ на вопрос, но должен был его задать.

— Мертв. Слишком серьезные повреждения. Будь здесь целитель высшей категории, еще можно было бы попытаться, а так…

Мы замолчали. Вскоре он закончил, и боль, пульсирующая в ране, полностью ушла.

— Все. И не думай о нем. Такое бывает. Просто несчастный случай. Лучше береги себя. И, по возможности, покажись косметическому мастеру. Конечно, рана пустяковая, и я вроде бы срастил ее без последствий, но подстраховаться не помешает.

— Спасибо, — все, что мог ответить я.

Стоило целителю отойти, как рядом тут же возникла Мелли.

— Совсем с ума сошел? Ты вообще понимаешь, что творишь? Какого демона надо было вообще ввязываться в эту дуэль? — Мелисанда размахивала руками. Она всегда так делала, когда волновалась или увлекалась чем-либо.

— Ты сама знаешь почему. Потому что, он оскорбил тебя и меня, — говорить не хотелось. Хотелось сидеть и смотреть на небо. Или на Мелисанду. Я решил совместить, так как она все равно нависала надо мной.

— Ну и что? Подумаешь. Как будто первый раз. Пережила бы, — зеленые глаза Мелли горели каким-то внутренним огнем. Ее каштановые волосы растрепались.

— Я бы не пережил.

— Ты и так мог не пережить! А это были просто слова!

— Это были не просто слова, Мелли. И опасность дуэли ты сильно преувеличиваешь. В худшем случае, я отделался бы небольшим ранением. Именно его мне, кстати, только что исцелили.