Дженнет
Шрифт:
Счастливая, Дженнет закрыла глаза, подставляя лицо поцелуям Роланда.
— Мы теперь свободны?
— Да.
— Свободны и можем идти, куда захотим!
«Поздно!»
Голос королевы Айфе был полон такой горечи, что Дженнет сразу почувствовала страх. Она прижалась к Роланду.
— Что… — начал было он, но осекся.
Солнце уже наполовину скрылось за горизонтом, и в роще сгустился сумрак. И в полумраке стало видно, как камни оживают, меняя форму и медленно движутся к ним.
Испуганно заржал конь. Рванулся прочь и прежде, чем Роланд успел его поймать, умчался
— Что это?
— Тролли, — Роланд рывком задвинул Дженнет за спину, наклонился, поднимая упавший меч.
— Этот рыцарь хотел оставить меня тут… для них, — девушку передернуло. Она крепко зажмурилась, чтобы не видеть чудовищ.
— То-то он так быстро поспешил убраться, — проворчал мужчина. — Видимо, боялся…
— Я тоже боюсь, — пролепетала Дженнет.
— Сейчас? Со мной? Когда я рядом? — Роланд усмехнулся, но смех получился невеселым. Пока светило солнце, тролли еле шевелились, но с каждой секундой они двигались все увереннее. И не было сомнений, что ждет двоих людей уже через несколько минут после заката. — Не бойся. Пока я жив, тебя они не получат. Бежим!
Схватив девушку за запястье, он метнулся прочь, спеша вырваться на открытое пространство, где было немного светлее, и где у троллей пока не было преимущества. Но уже в самый последний момент один из валунов внезапно вырос перед людьми, и Дженнет, не ожидавшая этого, споткнулась и упала, теряя драгоценные секунды. А подняться не смогла — подкатившись, как живые, несколько камешков прижали ее юбки к земле.
Роланд зарычал сквозь зубы и встал над девушкой, двумя руками сжимая меч. Это были последние минуты, но он не чувствовал страха. Они и Дженнет были вместе. Как мечтают все влюбленные во всем мире, они умрут в один день, а значит, королева Мэбилон не победила.
— Слышишь, ты? — крикнул он в пустоту. — Ты проиграла!
Нет!
Вспышка света ослепила не только троллей, застывших в причудливых позах. Даже закрывшая глаза от страха Дженнет — и то почувствовала резь под веками. Когда же свет немного ослаб, беглецы вздрогнули от неожиданности — прямо перед ними возникла королева Мэбилон. Малахитово-зеленое платье ее струилось с плеч, как застывшие волны. Белые волосы словно пена. Лиловые глаза на золотистой коже казались двумя щелочками. От нее струился мягкий свет.
«Не уходи!»
Роланд опустил меч. Его вдруг потянуло к этой женщине — такой прекрасной, манящей, загадочной. Она откинула голову назад, демонстрируя тонкую шею. Грудь колыхнулась под платьем, маня и дразня.
«Останься! Что тебе в твоем мире?»
— Там… мой дом…
Дженнет с тревогой обернулась на Роланда, не понимая, с кем он говорит. Она не видела королевы Мэбилон, лишь видела яркий свет и чувствовала, что что-то не так.
«Дом, — уголки сочных губ приподнялись. — Дом там, где хорошо. А разве тебе со мной было плохо?»
Однозначно ответить на этот вопрос он не мог, и королева правильно поняла молчание мужчины.
«Ты еще ничего не видел. Ты ничего не знаешь и не помнишь… А мой мир — он намного интересней!
— Сокровища? Но моя семья и так не бедствует. Пусть я младший сын, но я могу сделать военную карьеру…
«И погибнуть в первом же бою! А у меня ты будешь долго жить…»
— Ты предлагаешь мне бессмертие?
Улыбка королевы стала шире:
«Возможно!»
— Я… не знаю.
Дженнет, догадавшись обо всем по выражению лица своего жениха, выпрямилась и взяла его за руку.
«А, понимаю, — лиловые глаза остановились на девушке. — Это все она. Она тебя за собою тащит в твой скучный, серый, грязный мир! В мир, где нет места чуду. Где волшебство осталось только в сказках…Где нет чудес, где все обыденно и пресно. Где каждый занимает лишь свое место, предназначенное с рожденья. Тут — ты единственный, неповторимый. Тут от тебя зависят судьбы мирозданья, ты мог бы всей страной повелевать и на соседей наводить грозу… А там. Один из многих. Лишь своей семье известен. Там ты погибнешь. Сгинешь без следа! Уже через сто лет тебя забудут…»
— Как и ты меня, когда я умру.
«Нет, если ты подаришь мне наследника — дочь или сына, — голос и взгляд королевы потеплели. Теперь она больше походила на обычную человеческую женщину, чем когда-либо. — Немногого прошу — наследника престола. Дай мне зачать — и тут же отпущу. И даже положу определенный срок. Семь лет — и сможешь ты вернуться к той, что тебя, конечно, будет ждать!»
Мэбилон кивнула Дженнет, и девушка наконец увидела королеву фей. И — более того — услышала ее последние слова.
«Ты ведь умна! — продолжала королева, обращаясь к сопернице. — Ты ведь сильна, добра и благородна! Впервые на памяти моей из мира смертных дочь твоего народа явилась в мой дворец за женихом. Иные все предпочитали смириться и дальше жить. Я ведь давала выкуп. Ты могла бы выйти замуж за кого угодно и стать богатой, знаменитой и счастливой…Но ты пришла за Роландом. Ты не такая, как все. Я признаю тебя равной и, как ровне, я предлагаю сделку. На семь лет жених твой остается у меня, пока не даст мне сына или дочь. Потом его я отпущу и вас вознагражу обильно. Ты все эти годы жить будешь в счастье и довольстве. Твоя семья разбогатеет, и я других отважу женихов, которые слетятся к вам на порог. А через семь лет я верну его. И больше ни о чем не попрошу. Только пусть даст зачать наследника престола! Согласны?»
Дженнет почувствовала, что Роланд смотрит на нее, и подняла глаза на своего жениха. К ее удивлению, в серых глазах застыл немой вопрос. В сущности, это же ненадолго. И если королева даст клятву… Сколько женщин всю жизнь ждали своих мужей с войны и дожидались! А тут нечего и бояться. Семь лет пролетят не так уж долго. Зато жизнь в довольстве, богатстве и покое. В обмен на ребенка…
— Не верь ей, — прошептала девушка. — Она тебя не отпустит. Ни через семь лет, ни через семьдесят…
«Я поклянусь на Камне и Воде! — зазвенел голос королевы. — На Солнце и Луне! Я призову в свидетели природу! Я Мать Дану поставлю между нами свидетельницей слов моих!»