Эдельвейс
Шрифт:
Проснулась вся в испарине. Голова готова была лопнуть от боли. Макс. Мне приснился Макс. Это он просил быть с ним. Его глаза несмываемой картинкой отпечатались в моем сознании. Тряхнув головой и пытаясь выкинуть кошмар, поднялась с постели. Ну как с постели, встала с пола, на котором, видимо, проспала всю ночь, и направилась в ванную. Теплые струи живительного душа старательно смывали весь ночной кошмар. Натирая тело мягкой мочалкой, вдыхала пряный аромат спелой вишни и тонких ноток жасмина. Смыв пену, почувствовала леденящий взгляд на затылке.
Я аккуратно приоткрыла дверь в комнату, как шпион, наблюдавший за бандитом, и перед моим взором предстал дерзкий тип. Выглядел он шикарно. Белые брюки, голубая рубашка, свободно свесившаяся на брюки, идеально уложенные черные волосы и пристальный взгляд холодных глаз. Красив, монстр.
– Что ты тут делаешь? – вопросительно подняв брови, спросила непринужденным тоном.
– Принес тебе вещи, – шикарно улыбнулся он и внимательно оглядел меня с ног до головы. – Джессика попросила.
Я прошла мимо него и уставилась на кровать. Длинное платье без бретелей из белого прохладного шелка с шикарным кожаным широким поясом цвета карамели.
– Какое красивое! – воскликнула я, касаясь нежной белоснежной ткани. – Что- то еще? – небрежно бросила, поворачивая голову к Дэниэлю.
Всё это время он прожигал меня взглядом. Его лицо источало нежность и восторг, несмотря на насмешливую улыбку.
– Да. Когда захочешь побить меня - просто позови. Не надо швыряться вазами из окна, – широченно улыбаясь, пропел.
– Прости, – хмыкнула я. – Ненавижу красные розы, – соврала и, подобрав платье, двинулась в гардеробную.
Дэниэль похоже не собирался уходить. Что ему надо?! Выглянув из комнаты- шкафа, увидела, что он разлегся на диване, ноги положил на стол и смотрел в мою сторону.
– Что?! – недовольно спросила я.
– Прощение не принято. Я не уйду, пока ты не попросишь нормально, – ехидно сказал и закинул руки за голову, приняв расслабляющую позу.
Он что совсем обнаглел! Да если б я знала, что в тот момент он стоит под окном, я б со всей силы запустила эту вазу. Пусть радуется, что голову не пробила. Я засунула голову опять в гардеробную. Скинув полотенце и начиная одевать платье, спросила:
– И что мне сделать, чтоб получить прощение?
– Ну...скажем, один поцелуй всё исправит, – и он оказался за спиной. К счастью, я была уже одетой.
От такого заявления недоуменно посмотрела на него. Интересно, сразу огорчить бедняжку или чуть позлить. Смотря в эти наглые голубые светящиеся глаза, решила не тянуть кота за хвост.
– Милый, - протянула, наклоняясь к нему и застегивая две пуговки на его рубашке. – Видимо, тебе придется сидеть здесь вечность, – закончила я и стала расчесывать волосы.
Полный злости взгляд уставился на меня. Искривив прекрасное красивое лицо в кривой усмешке, Дэниэль скрылся в комнате и сел на диван, чему способствовал неприятный хруст зеленой
– Собирайся быстрей. Севастьян ждет тебя, – холодно бросил он.
Не слушая дерзкого типа, рассматривала себя в зеркале. Платье сидело просто превосходно. Широкий карамельный пояс подчеркивал тонкую талию. Золотистые волосы небрежно разбросаны по плечам. Без фена совсем туго. Подведенные жидкой черной подводкой изумрудные глаза восторженно смотрели в отражение. Вроде готова.
– Что- то серьезное? – спросила, выходя из гардеробной.
– Да, – хмыкнул он. – Анжелику будут наказывать.
– Что?! Когда?!
– я забеспокоилась.
– Сейчас. Все ждут только тебя. Пойдем.
Мы вышли из комнаты, я лихорадочно рассуждала. Она же мне ничего плохого не сделала. Всё, что говорила, было правдой. Не наказывать же за то, что я не захотела принимать очевидного. Надо это исправить. А пощечиной она хотела вывести меня из коматозного неправильного состояния. За что наказывать и как?!
Словно прочитав мысли, Дэниэль ответил:
– Сто ударов жгутом, сплетенного из эдельвейса.
– Сто?! Он же смертелен для вампира! – изумилась я.
– Если выживет, то это послужит для нее хорошим уроком, – серьезно произнес он. – Аника, она тебя ударила. Такое поведение с Жрицей не приемлемо.
Я ускорила шаг, почти бросаясь бежать. Мы спустились в подвал. Помещение было темным, и пахло сыростью. На стенах, выполненных из серого камня, висели крошечные светильники в виде горгулий. Шаги эхом отдавались по всему длинному коридору. Я почувствовала невидимую силу Севастьяна и вкрадчивые нотки эдельвейса. Приближаясь к двери, аромат приятно обволакивал ноздри, но представляя, что именно источник этого запаха может сейчас принести вред Анжелики, тело вздрагивало.
Войдя в комнату, залитую светом, я опешила. Севастьян, Джессика и Эдуард стояли в стороне. Анжелика была прикована руками к потолку. Вид у нее был ужасным: красное короткое платье было в грязи и разорвано, каштановые волосы паклями свисали, закрывая лицо. Внутри злость стала расти от несправедливости к сестре.
– Отец, что тут происходит? – властно спросила я, пристально глядя на него.
– Анжелика нарушила обет защитника и готова понести наказание, – грубо отчеканил он.
– Сто ударов жгутом, – услышала я издалека.
Голову сковало холодом. Я не знала, что предпринять. У всех выражение лица было таким жестоким, что на секунду подумала, что эти варвары не могут быть моей семьей.
– Стоп! – закричала я, видя, как Пит занес жгут для первого удара. – Отпустите ее! – и быстро встала между Питом и Анжеликой. – Она ничего не нарушала!
– Она тебя ударила, - едко отрезала Джессика.
– Никто не имеет права так обращаться с Жрицей, – добавил Эдуард.
– Вы что меня не слышите! Отпустите ее быстро! Она сделала всё правильно. – Я посмотрела на Анжелику и заметила, как она подняла голову.