Эдельвейс
Шрифт:
Я не знала, что и сказать. Какая- то часть меня требовала не прощать и забыть его. Но другая часть просила дать второй шанс. Внутри все разделилось на двое. Когда я бродила по лесу, уверяла, что не люблю его. А сейчас смотрю в эти бездонные любимые глаза и понимаю, что глубоко заблуждалась. Я любила его.
– Это все? – я повернулась и вопросительно подняла брови.
– Аника...
– прорычал и приблизился. Поднял руку, чтобы погладить по щеке, но я увернулась. На его лице выступила боль. Он быстро убрал руку.
–
– и исчез, хлопнув дверью.
Я не могла допустить, чтобы он дотрагивался до меня. Уж очень свежи еще воспоминания его прикосновений к Анжелике. Кстати, о ней. Надо бы ее проведать, посмотреть в глаза. Что она мне скажет?!
Я вошла в комнату. Повсюду царит мрак. Анжелика стояла, повернувшись к окну. И что она хотела рассмотреть? Узор на занавеске?
– Привет, – как можно мягко сказала я.
– Все- таки пришла, – хмыкнула в ответ. – Рада за тебя.
– Я хотела сказать, что мне очень жаль...
– начала я, но обомлела, когда стерва повернулась.
Язык прилип к нёбу. Сказать, что я была шокирована – ничего не сказать. Ни одного шрама на теле. Кожа гладкая и ровная. Мысли понеслись со скоростью света. Шрам не мог пропасть без моей крови. Ответ пришел сам собой. Это она была у Макса. Она предала меня. Внутри все оборвалось.
– Твой шрам... Он...
– я не могла выстроить мысли.
– Я не знаю, как это произошло! – резко сказала она и пристально, с тревогой посмотрела на меня.
– Ах, дрянь! Как ты могла?! – сжала до боли кулаки, сдерживая ягуара. – Ты же моя защитница, сестра! – крик резонировал о мраморные стены.
– Аника, я не знаю, почему они пропали. Ты слышишь? – она вскинула руки. – Не знаю, – отчеканила каждое слово. – Я бы не предала тебя. Я же дала клятву.
Но ее слова не слушала. Предатель, передо мной еще один предатель.
– Давно ты с ними заодно? – вопросительно уставилась на нее.
– С кем?! Я не понимаю тебя. Тебе что разум повредили? – в возмущении стала двигаться ко мне.
– Не подходи. Я не сдержусь! – прорычала, отходя назад.
– Аника, послушай меня!
В комнату ворвался Дэниэль.
– Что случилось? – он взволнованно посмотрел на меня, потом перевел взгляд на стерву.
– Анжелика! – он оказался рядом с ней. – Где твои шрамы? – провел пальцем по гладкой коже.
– Я не знаю. Они пропали, – лепетала нервно предательница.
– Но ведь они не могут...
– начал Дэниэль.
– Не могут пропасть без моей крови! – закончила я, чувствуя, что сил сдерживаться нет.
– Ты мерзкая предательница! – гневно бросила ей в лицо.
– А ты изменил с предательницей! – и вышла, сильно хлопая дверью.
Я шла по коридору и судорожно мыслила. Почему? Почему она это сделала? Она готова была меня убить ради крови. Кошмар! Одни предатели! Я остановилась и вплела руки в волосы. Почему вокруг меня
– Аника, что случилось? – навстречу бежал Эдуард.
– Наша сестра – предатель! – хрипло выдавила и уставилась в лицо, полное удивления и ужаса. – Сам увидишь, – кивнула на дверь.
Я понеслась в кабинет к отцу. Его там не оказалось. Видимо, с дочерью разбирается. А ведь она меня с самого начала ненавидела. И потом ей нравился Дэниэль. Ааа... Она все ловко подстроила. Она знала, что не останусь здесь после такого. Подстроила измену. Если тогда я б не пошла к нему, то она все равно в другой раз бы все устроила. Я сбежала. Она украла кинжал. И ради смазливой внешности предала меня. Вот же стерва!
В кабинет влетел отец. Желваки нервно прыгали. Ярость и злость было видно невооруженным взглядом.
– Папа, я...
– но отец взмахнул рукой. Сел за стол и прикрыл голову руками, отгораживаясь от целого мира.
Ему больнее всех. Ведь она его дочь. Дочь главы Ордена Ягуара. И оказалась предательницей. Я сидела молча напротив, давая время прийти в себя. Через десять минут он поднял голову.
– Аника, я не понимаю, как это могло произойти! – гневно произнес, ударяя кулаком по столу. – Как она могла?
Я и не знала, что ответить. Причин, кроме как вернуть смазливое личико, не было. Но тут все намного глубже. И это стоило выяснить.
– Где она?
– В тюрьме. К ней поставили Мариуса, – и Севастьян так взглянул на меня, ожидая нервных криков, воплей. Думал, что буду просить убить ее. Но я не могу.
В знак благодарности он кивнул головой и продолжил.
– Аника, я видел твою метку. О ней знаем только я и Афелия. – Откинулся в кресле и внимательно следил за выражением моего лица. – Твой предназначенный ...
– Дэниэль. – Папа опять кивнул, усваивая информацию.
– Ты уверенна? – его вопрос выбил из реальности.
– Что значит «уверенна»? – весело хмыкнула и продолжила. – Я увереннее всех уверенных, в чем когда- либо они были уверенны. Я видела точно такую метку на его спине. Только она зеленая.
– Я не об этом. – Я вопросительно подняла брови. – Ты уверенна, что любишь его? Ведь предназначенный – это даже больше, чем любовь.
Я не знала, стоит ли откровенничать с папой. Все так запуталось. Столько всего произошло за последнее время, что уже не знаю, верить ли ему. Я слегка потупилась под отцовским взглядом. После минутного колебания решила выложить все, как есть.