ЭДЕМ-2160
Шрифт:
— Саймон?
— Здравствуй, Элоиза, – он подошел и обнял сестру.
Она уткнулась лицом в лацкан его пиджака и беззвучно заплакала. Саймон неумело погладил ее по плечу.
— Ах, Саймон! Спасибо за то, что ты приехал. На фотографиях они получились как живые, – сестра вынула кружевной платок и вытерла глаза.
Саймон украдкой бросил взгляд на племянников, с интересом изучавших соседние надгробия. Муж Элоизы недовольно засопел над ухом:
— Дорогая, нам пора. Мы должны посадить мальчиков на самолет.
— Встретимся вечером, –
По старой памяти он нашел дорожку через вязовую аллею к старому католическому костелу. Вопреки его ожиданиям, он был ухожен, а новый молодой пастор только что отпустил прихожан.
Саймон вступил под темные своды старинного здания. Далеко впереди ровным светом горели свечи и стояло высокое резное распятие с умиротворенным ликом Христа. Саймон подошел к алтарю и заглянул снизу вверх в лицо Спасителя. Но тот смотрел куда-то вдаль, не замечая его.
— Вы пришли на исповедь, сын мой?
От неожиданности он вздрогнул и повернулся, в упор взглянув в глаза священнику.
— Да, – ответил Саймон, краем сознания с удивлением прислушиваясь к своим словам.
— Идемте, – священник повернулся и пошел в сторону исповедальни.
Саймон последовал за ним.
— Я пришел покаяться в грехах, – тусклым голосом сказал он, покосившись на размытый силуэт пастора за решетчатой стеной.
— Сюда все приходят именно за этим.
— Я пришел покаяться в убийстве.
Силуэт за стеной замер.
— Вы уверены, сын мой? – осторожно спросил пастор.
— В том, что я убийца? А как еще назвать человека, отправляющего на смерть тысячи неродившихся детей?
— Вы инженер-генетик? – облегченно вздохнул пастор. – Сейчас многие из вас приходят каяться.
— Я руководитель центра в Брюсселе.
— Да, я вас понимаю. Это высокая ответственность.
— Но и не меньший грех, – Саймон опять посмотрел на разделявшую их стенку.
— Я рад, что вы сами готовы покаяться. На это нужна большая воля.
— Но отче..., – Саймон запнулся.
— Я знаю, вы хотите совета, – в голосе священника послышалась грусть.
— Пожалуй, да. Скажите, что мне делать теперь? Всю жизнь я принимал решения сам, но сейчас, когда это так необходимо, я ничего не могу придумать. Мне нужна ваша помощь.
— Я могу отпустить вам ваши грехи, но не мне решать за вас ваш жизненный путь. Обратитесь к Богу.
— Не вы первый мне это советуете, но где его найти?
— Ищите его в себе. И в Библии. Ну, а я сделаю свою часть работы. Встаньте на колени, сын мой.
Саймон повиновался. Холодный каменный пол обжег и пробрал до костей. В тесной каморке исповедальни, скорчившись, бывший инженер сомкнул руки и склонил голову. Прочитав короткую молитву, пастор осенил Саймона крестом и добавил:
— Я отпускаю вам ваши прегрешения во имя отца и Сына и Святого Духа. Аминь.
— Спасибо, отче.
— Благодарите Бога.
Саймон поднялся и молча вышел из исповедальни. Он
На пути на вербовочный пункт Саймон разглядывал старый Ковентри, родной город, где прошли его детские и школьные годы. Где-то здесь жила и его первая любовь – девочка с зелеными глазами и русой косой, та, которой он так и не решился признаться перед отъездом в университет. И возможно Саймон попытался бы найти этот дом с настоящей черепичной крышей и каминной трубой, и многие другие достопамятные местечки, но сейчас его вела цель, его решение не давало ему и минуты покоя. Вскоре старинные окраины города закончились, маленькие игрушечные домики с травяными лужайками заслонили бетонные великаны в сверкающем на солнце стекле.
В вербовочном центре было тихо, хотя люди постоянно выходили из кабинетов или, проходя через холл, останавливались у бюллетеней, чтобы выискать в них что-то полезное для себя. Саймон, не задерживаясь на входе, прошел в приемную, где его встретила секретарша.
— Вашу идентификационную карту, пожалуйста, – девушка по ту сторону стола взяла протянутую Саймоном карту-дискету и вставила ее в прорезь дисковода.
Монитор мигнул, выдавая данные.
— Саймон Мерфи, – прочитала она вслух. – Квалификация: врач-евгенист, терапевт.
— Да, все верно, – подтвердил Саймон.
— Вы хотите наняться на корабль по первой специальности? – девушка подняла на него глаза, украшенные по последней моде контактными линзами с вертикальными "зрачками": Саймон поежился.
— Нет, – после секундного замешательства сказал он, девушка выжидательно замерла над клавиатурой. – Я хочу наняться врачом-терапевтом.
Махнув обесцвеченными ресницами, она бодро настучала что-то на клавиатуре.
— Вы выбрали планету, на которую собираетесь лететь? – девушка одарила его улыбкой.
— Ригель-III, – твердо ответил Саймон.
Секретарша подтвердила требование.
— Куда мне теперь? – растерянно спросил Саймон.
— Пройдите в двести четвертый кабинет и получите ваши подъемные, – она уже потеряла к посетителю всякий интерес.
Вежливо поблагодарив, Саймон вышел в коридор, радуясь, что избежал второй встречи со взглядом девушки. Вслед за ним в комнату зашел следующий волонтер. Поискав взглядом табличку с номером двести четыре, Саймон отправился вглубь по коридору.
В двести четвертом кабинете ему не глядя протянули электронную кредитную карту, где было что-то около трех тысяч. Серый клерк в невзрачном костюме посмотрел мимо Саймона и поинтересовался, долго ли тот еще будет занимать его рабочее время. Раньше подобное хамство вызвало бы у Саймона бурю гнева и клерку пришлось бы пожалеть обо всем сказанном, но сегодня ему было безразлично: клерк оставался здесь, а у него впереди цель. Он оправдает данный ему еще один шанс. Вся его оставшаяся жизнь будет искуплением за грехи. Клерку этого не понять.