Единственная
Шрифт:
— Как вы себя чувствуете, мисс? — спросила она, оторвавшись от шитья. — Вы заставили нас поволноваться.
— Прости. Думаю, уже все в порядке.
Она улыбнулась мне:
— Мы готовы сделать все, что будет в наших силах, чтобы помочь вам, мисс. Только попросите.
Я не очень поняла, что именно она предлагает, но была согласна принять любую помощь, лишь бы продержаться следующие несколько дней.
— Кстати, заходил офицер Леджер и принц тоже. Оба просили дать им знать, как вы себя чувствуете, когда сможете.
— Я найду их после обеда, —
Безо всякого предупреждения кто-то взял мою руку. Это оказалась Энн, которая осторожно заглянула под повязку, чтобы проверить, как идет заживление.
— Воспаления вроде бы не заметно. Думаю, все быстро заживет, главное — не дать попасть инфекции. Жаль, что у меня не получилось лучше. Теперь останется шрам, — сокрушенно вздохнула она.
— Не переживай. У всех самых лучших людей есть какой-нибудь шрам.
Мне вспомнились ладони Марли и спина Максона. Оба несли печать своей отваги. Пополнить их ряды было для меня честью.
— Леди Америка, ваша ванна готова, — позвала Мэри из-за двери ванной.
Я перевела взгляд с нее на Люси, потом на Энн. Я всегда была близка со своими служанками и всегда им доверяла. Но этой ночью кое-что изменилось. Сегодня эти узы впервые подверглись испытанию и с достоинством выдержали его.
Я не знала, есть ли способ доказать им свою преданность точно так же, как они доказали мне свою. Но очень надеялась, что такой случай представится.
Собрав всю свою волю в кулак, я смогла донести вилку до рта, не морщась при этом. Однако это потребовало от меня таких усилий, что я вся покрылась испариной. Поэтому я отложила вилку и принялась щипать кусок хлеба. Для этого, по крайней мере, не нужна была правая рука.
Крисс поинтересовалась, как моя голова, — видимо, служанки объяснили мое отсутствие на завтраке головной болью, — и я сказала, что все уже в порядке, хотя и голова, и рука болели немилосердно. Никаких вопросов это ни у кого не вызвало, так что, по всей видимости, никто не заподозрил ничего необычного.
Жуя хлеб, я размышляла, как справились бы остальные девушки, окажись они на моем месте вчера ночью, и пришла к заключению, что, пожалуй, лучше держалась бы разве что Селеста. Уж она, без сомнения, нашла бы способ дать отпор, и на какой-то миг я даже пожалела, что не похожа на нее.
После того как из Женского зала унесли подносы, вошла Сильвия и попросила минутку нашего внимания.
— Девушки, вам снова предстоит продемонстрировать свои таланты. Через неделю мы устраиваем небольшое чаепитие, и все вы, разумеется, на него приглашены! — (Я вздохнула про себя, гадая, кого нам предстоит развлекать теперь.) — На этот раз подготовкой будете заниматься не вы, но вы должны продемонстрировать себя в наилучшем свете, поскольку вас будут снимать.
Я слегка приободрилась. С этим-то я справлюсь.
— Каждая из вас должна пригласить двух человек, которые будут на чаепитии вашими личными гостями. Больше от вас ничего не требуется. Выбирайте с умом и сообщите мне к пятнице, кто ваши приглашенные.
Она
Возможно, я страдала излишней подозрительностью, но у меня было такое чувство, что это задание было задумано, как щелчок по носу лично мне. Король, похоже, искал способ напомнить всем, что я ни на что не гожусь.
— Селеста, кого ты выберешь? — поинтересовалась Крисс.
— Пока не знаю. Но обещаю, что будет на кого посмотреть.
Если бы у меня был такой круг друзей, как у Селесты, я бы тоже не слишком беспокоилась. А так, кого я приглашу? Маму?
Селеста обернулась ко мне.
— А ты кого пригласишь, Америка? — поинтересовалась она с теплотой в голосе.
Я попыталась не выдать своего потрясения. Хотя после того памятного разговора в библиотеке наши отношения несколько улучшились, она впервые обратилась ко мне как к подруге. Я кашлянула:
— Понятия не имею. Не уверена, что среди моих знакомых есть такие, кто будет к месту на этой вечеринке. Может быть, лучше вообще никого не звать.
Не стоило, наверное, так откровенно признаваться в том, что я нахожусь в столь невыгодном положении. Впрочем, об этом все и так были в курсе.
— Что ж, если не сможешь никого найти, скажи мне, — предложила Селеста. — Среди моих друзей наверняка найдется больше чем двое таких, кто с радостью согласится побывать во дворце, а я уж позабочусь о том, чтобы ты, по крайней мере, представляла, кто они такие и чем знамениты. Если захочешь, конечно.
Я уставилась на нее, борясь с искушением поинтересоваться, в чем тут подвох. Но потом посмотрела на ее лицо и поняла, что никакого подвоха нет. И тут она окончательно укрепила меня в этом убеждении, незаметно подмигнув мне, чтобы не заметили Крисс с Элизой. Селеста, закаленный боец, болела за меня.
— Спасибо тебе, — произнесла я, тронутая до глубины души.
Она пожала плечами:
— Не стоит благодарности. Если уж устраивать вечеринку, так с размахом.
Она откинулась на спинку кресла, улыбаясь себе под нос, и я поняла, что она рассматривает эту затею как возможность помахать рукой напоследок. В глубине души мне хотелось посоветовать ей не сдаваться, но я не могла. Ведь Максон в конечном итоге должен был достаться лишь одной из нас.
К середине дня мой план в общих чертах был готов, но для его исполнения мне необходимо было кое-что важное: заручиться поддержкой Максона.
Я была уверена, что до вечера мы еще успеем увидеться, поэтому не стала слишком сильно беспокоиться. Сейчас мне необходимо было отдохнуть, и я направилась к себе.
Энн поджидала меня в комнате с очередной дозой таблеток и стаканом воды. Я была поражена спокойствию, с которым она держалась на протяжении всей этой истории.
— Я перед тобой в долгу, — сказала я, глотая лекарство.