Единственная
Шрифт:
Около полуночи жар спал. Мэгги с громадным облегчением отправила Иден в постель, убедив ее, что если что-нибудь понадобится, то поможет горничная Рита. Избавиться от Айлин оказалось труднее.
— Я чувствую себя прекрасно, — решительно сказала Мэгги.
— Ты измучилась. У тебя круги вокруг глаз размером с блюдце, ведь ты не ела ничего с самого утра, — ворчала Айлин. — Я не сдвинусь с места, если ты, по крайней мере, не съешь чашку тушеного горячего мяса.
— Неси мясо, — сдалась Мэгги.
Через силу съев полпорции тушеного мяса с овощами, она-таки
Домоправительница была права. Мэгги действительно вымоталась, но ей не хотелось оставлять Колина на попечении кого-нибудь из слуг. И тут ее осенило. Кровать большая и широкая. Она может лечь рядом, не потревожив его.
Раздевшись, Мэгги быстро обтерлась губкой, надела пеньюар и халат и забралась под стеганое покрывало рядом с Колином, где и устроилась, успокоенная отсутствием у него температуры и ровными сильными ударами его сердца. Уснула она быстро.
Колин очнулся среди тьмы и боли. Он уставился на лунный свет, заливающий комнату, и понял, где находится, — дома, в безопасности. И тут к нему вернулись воспоминания о бандитах и ранении. Он припомнил, что над ним причитала Мэгги. Его ноздрей коснулся слабый аромат полевых лилий. Он разглядел мягкие изгибы ее тела и понял, что рядом с ним спит его жена. Колин попытался поднять руку и погладить ее по волнам каштановых волос, но боль не позволила. Сморщившись, он попытался успокоиться и опять уснуть.
Нежно, сам не создавая, что говорит, Колин пробормотал ее имя, успокаиваясь от ее присутствия. Она шевельнулась, но так и не проснулась, когда он прошептал:
— Мэгги… жена моя.
Глава 10
На следующее утро Колина разбудили голоса, доносящиеся снизу. В комнату врывались тонкие лучики солнца. Он еще ощущал слабый аромат лилий, но Мэгги рядом не было. И постель без нее казалась пустой. Он лежал, глядя в потолок, чувствуя пульсирующую боль в боку и стараясь разобраться в своих запутанных чувствах.
Если бы не мягкий отпечаток на подушке и запах духов, можно было бы подумать, что ему пригрезилось, как она спала рядом с ним ночь. Перед мысленным взором мелькнула неясная картинка: Мэгги обмывает его холодными тряпками. Он запомнил ее слезы и мольбу не сметь умирать. Смутно припомнилось, как она прижималась к нему всем телом, удерживая его разгоряченную плоть.
— Должно быть, разум помутился от жара. И тут пугающая мысль настигла его, заставив подскочить на постели. И тут же яростно набросилась боль в боку, лишив воздуха в легких, и он бессильно повалился на подушки. Неужели он бредил о том, как был скальпером с Австралийцем? Что, если Мэгги узнала?
Ведь он так сурово укорял ее прошлым. А он пусть и провел все годы респектабельной жизни в Аризоне, замаливая грехи юности, все равно его прошлое не выдержало бы пристального изучения, хоть к мужчине и применяется иная мораль, чем к женщинам. Но он-то бросил свою отвратительную профессию как только смог. Она же осталась в своей роли, хотя финансовая независимость уже позволяла
Его мысли были прерваны появлением в дверях Аарона и Айлин. И в противовес всем своим сиюминутным размышлениям Колин ощутил укол разочарования оттого, что с ними не было Мэгги.
Словно отвечая на этот вопрос, Айлин заулыбалась и сказала:
— Я посоветовала миссис Мэгги спуститься вниз и поесть горячего. А то ведь она не отходила от вашей постели с тех пор, как вас принесли, и не съела ни кусочка.
— Доброе утро, Колин. По сравнению со вчерашним вечером ты выглядишь гораздо лучше, — с улыбкой сказал доктор Торрес.
— Тебе хорошо говорить, Аарон. Это не тебе в бок всадили пулю, — проворчал Колин.
— Давай-ка осмотрю рану, — сказал врач, разматывая бинты.
— Надеюсь, во мне не столько дырок, чтобы не удержать внутри виски.
— И небось шотландского, — серьезно сказал Аарон, но в его глазах прыгало веселье, пока он перекатывал больного на живот и рассматривал выходное отверстие раны.
Пот заливал лицо Колина. Свирепая боль пронзала при каждом движении, но он не издал ни звука, пока Аарон накладывал свежую повязку.
— Я собираюсь сказать миссис Мэгги, если вы не возражаете, чтобы вам подали бульон из головы теленка. Это полезно и питательно, — заявила Айлин.
— Да меня стошнит, если я буду есть вареные мозги теленка. Черт побери, Айлин, тебе мало, что меня уже и так ранили, — запротестовал Колин.
— Ха! И это говорит человек, народ которого считает деликатесом овсяную кашу, сваренную в овечьих потрохах! — сказал Торрес.
— Я никогда не любил хиггис [1] , — угрюмо отозвался Колин.
— Я думаю, тебе лучше не сопротивляться, мой друг, — со смешком сказал Торрес, когда Айлин быстренько удалилась. Когда они остались вдвоем, врач посерьезнел. — Тебе повезло, Колин. Пуля не задела жизненные органы, а этот юный молодец знал, как существенно замедлить кровотечение, чтобы ты смог добраться до дома. Да и жена твоя великолепно поработала — у нее прекрасная голова на плечах. Следовала моим наставлениям буквально.
1
Бараний рубец, начиненный потрохами со специями, — шотландское блюдо.
Хоть Аарон был не из тех, кто сует свой нос в чужие дела, Колин ощутил любопытство друга. После пятнадцати лет вдовства и решительного уклонения от брачных уз эта вторая женитьба выглядела настоящим сюрпризом.
— Мэгги помогла мне с Иден, — осторожно сказал он, понимая, что до доктора уже дошли слухи. — Моей дочери нужна была женщина, чтобы позаботиться о ней после того, что выпало на ее долю.
— А физически Иден не пострадала? — озабоченно спросил Торрес.
— Нет, слава Богу… но, когда мы ее нашли, она была в истерическом состоянии. Рубцы у нее в душе, и никто в этом респектабельном обществе не дает ей шанса исцелиться, — сказал он горько.