Единственная
Шрифт:
— Ваша мама вряд ли одобрила бы то, что вы сейчас делаете, не так ли? Ведь старая Софи всю жизнь направляла вас, держа на привязи. Все в Прескотте смеялись у вас за спиной, — своим пронзительным голосом проговорила Эд, делая еще шаг влево.
Он с ругательством повернулся в ее сторону.
— Не смей говорить о моей матери, ты, жалкая уродина!
И в этот момент Колин плеснул керосин на Стэнли и тут же ухватился за ствол дробовика. Винтовка грохнула, заряд угодил в потолок, осыпав их дождем щепок и штукатурки.
Мужчины продолжали сражаться, и Стэнли
— Давай! — и отскочил в сторону.
Эд Фиббз чиркнула спичкой и бросила ее в лужу керосина. Вспыхнуло пламя, языки побежали по комнате, заваленной бумагами. Облитое керосином тело Пенса Баркера вспыхнуло, как праздничный факел на праздник Четвертого июля, но он находился без сознания, он умер, так и не осознав, что же произошло. Зато осознал Эдвард Стэнли.
Река стремительного пламени рванулась по полу. Стэнли закричал и выронил дробовик. Повернувшись в двери, он стал отчаянно пытаться открыть ее. Но было поздно. Когда он наконец распахнул ее, сквозняк лишь добавил скорости распространению пламени, перескочившего ему на спину, превратив человека в пылающий факел.
Стэнли бросился вниз по лестнице, оглашая пустое здание воплями. Пламя накрыло кабинет густым удушающим дымом. Колин увидел, что по узкой деревянной лестнице уже не спуститься. Схватив Эд за руку, он вытолкнул ее из двери в коридор. Она перепрыгнула через ручеек огня, оставленный по дороге Стэнли, и языки пламени облизали обшлага ее потрепанных брюк. Колин завопил сквозь рев огня:
— Быстрее, здесь должен быть еще один выход со склада!
— Я готова выпрыгнуть в окно, если придется, — завопила она в ответ, когда по коридору они добежали до единственной доступной им двери.
Колин всем телом навалился на прочную деревянную дверь, затем еще несколько раз бросился на нее, а огонь все приближался. Колин с проклятьем повернулся к Эд, которая быстренько достала отмычку и сунула ее в замок двери. Замок открылся с легким треском, и их взорам представилась маленькая кладовая.
Проезжая по улице. Волк Блэйк услыхал резкий хлопок выстрела из дробовика. Когда он повернул из-за угла и увидел здание компании Баркера, пламя поднималось над крышей и огнем был охвачен весь второй этаж.
Объехав весь город в поисках Колина, Волк пришел к выводу, что наиболее логично его было бы искать у Баркера. Но что же могло произойти между ними, чтобы вспыхнул такой пожар? Выругавшись, он пустил коня вскачь, нутром почувствовав, что Маккрори мог остаться внутри. Когда он подскакал к зданию, несколько смельчаков уже подносили ведра, а добровольная пожарная дружина разворачивала свое оборудование. Волк понимал, что их усилия уже будут тщетными, но, по крайней мере, пожар будет локализован. Остальные дома из саманного кирпича вокруг останутся в безопасности.
Он поскакал в переулок, куда выходила приоткрытая дверь черного входа. Через нее было видно, как внутри здания бушует ад. В пламени виднелось мертвое тело. И это был не Колин. И в этот момент сверху завопили на два голоса.
— Эй, кто-нибудь, мы здесь, наверху!
— Нам нужна веревка!
Волк отступил от двери и поднял глаза на маленькое узкое окно, из которого тянулись струйки дыма. Он с трудом различил лицо Колина.
— Я здесь, Колин. Можешь выпрыгнуть?
— Для меня слишком узко. Я помогу вылезти Эд. Попробуй смягчить ее падение.
Лицо Колина исчезло, и в окно просунулась длинная худая нога Эд в поисках опоры. Колин крепко держал ее за руки, пока она не повисла в паре ярдов над вытянутыми руками Волка.
— Отпускай, — крикнул Блэйк.
Колин отпустил, и Эд свалилась в объятия Волка, отчего они оба покатились по земле. Когда они сели, ошарашенные, Эд закашлялась.
— Надо чем-то выломать эту оконную раму и освободить Колина. Этот маленький чулан с единственным окном еще не загорелся!
— Держись, Колин, — завопил Волк и, вскочив на ноги, помчался за угол в поисках лошади, хоть какой-нибудь лошади. Он реквизировал одну у здания почты, стоящего напротив горящей конторы, вскочил в седло и галопом помчался обратно в переулок.
Колин ощущал, как через закрытую дверь, уже начинавшую потрескивать, проникает все усиливающийся жар. Вот-вот пламя ворвется в маленькое помещение. Дым ослеплял и душил, а Колин с помощью ломика Эд пытался выбить крепкие кирпичи вокруг окна. Пока ему удалось выворотить только один. И тут он услыхал голос Волка.
— Эй… Вот веревка, привяжи ее к решетке и закрепи этим пестиком, которым ты орудуешь.
Змеей взлетело лассо, Колин поймал его, быстро привязал конец к ломику и закрепил его на решетке окна. Волк затянул другой конец лассо вокруг луки седла и начал отъезжать на лошади, пока веревка не натянулась. Тут Волк крикнул, чтобы Эд отбежала для безопасности.
Колин взмолился так, как никогда в жизни не молился. Мэгги! Не могу же я так вот расстаться с тобой. Ладони его покрылись потом и стали скользкими, пока он удерживал железяку на месте до полного натяжения веревки. И тут ломик от напряжения стал изгибаться. Это было дешевое орудие труда, и оно могло сломаться, лишив его последнего шанса. Но все же ломик выдержал. Колин отпрыгнул в угол, когда старая саманная стена не выдержала и с треском отпустила окно. Вся рама решетки вылетела вместе с кусками кирпича, разлетающимися по переулку, открыв дыру шириною около трех футов.
И тут не выдержала дверь. Колин вылетел из дыры в темный прохладный воздух на несколько дюймов впереди жадно протянувшихся к нему языков пламени, ворвавшегося в маленькое задымленное помещение. Он упал в пыль переулка на жесткую землю и перекатился через левое плечо, чтобы смягчить падение.
Волк отвязал веревку от луки седла и подвел взволнованное, всхрапывающее животное к месту падения Колина. Протянув руку, он помог Колину подняться. И тут же им пришлось выбежать из переулка, чтобы избежать града горящих обломков, начавших отваливаться от дома.