Эффект Этоса
Шрифт:
Он отошел от «Джойо» всего на дюжину шагов, когда появились трое в корабельных костюмах. Мужчина и две женщины. У одной из женщин, одетой в каштановый костюм, висел через плечо военный оглушитель. Другая женщина была в зеленом, с эмблемами орбитального контроля на груди, костюм мужчины был точно таким же.
— Сэр? Командир Альберт?
— Я командир Альберт, — ответил Ван.
— Сэр… мы просто хотели поблагодарить вас и спросить, не могли бы вы доставить сообщения за пределы системы. Мы заплатим вдвое против межзвездного
— Я согласен и на обычный тариф. ИИС — это коммерческая организация. Обычно мы не оказываем курьерских услуг, но у нас такое предусмотрено. Впрочем, потребуется ваши сообщения в центр этой части Рукава для доставки по адресу. Это вас устроит?
— Да, сэр.
Через вкрапления он добрался до станционной сети, а через нее до «Джойо».
— Алья, это командир Альберт. Надо взять сообщения для дальнейшей передачи в ближайший центр вне системы.
— Можно взять только одну стандартную единицу, сэр.
— Я им скажу.Ван повернулся к троице.
— Мой техник говорит, что мы ограничены стандартной единицей.
— Нам так много и не нужно. Менее чем через неделю наша станция опять сможет работать, сэр.
— Вам пришлось посылать в атаку челноки?
Охранница в каштановой одежде кивнула.
— Вы отправитесь в Алион на станционном челноке, — добавил мужчина. — Коммерческое сообщение пока не восстановлено. Когда будете готовы возвращаться, просто свяжитесь со станцией, и мы пошлем аппарат вас подобрать. — Он помедлил. — Вам понадобятся бумажные деньги. Система межзвездных денежных переводов на планете не действует. Лучше задержитесь у разменного пункта здесь.
И они проводили Вана к разменному пункту, где он получил тысячу самаррских кредитов, надеясь, что этого хватит, а затем в челночную гавань. Охранница довела его до самого кресла в челноке.
Час спустя тарянин вышел из терминала в Алионе, и на него налетел ледяной вихрь пополам с дымом, пахнущий горелым деревом, порохом, раскаленным металлом, обугленной плотью, химикатами, пластиком и всякой прочей синтетикой, подвергшейся действию избыточного тепла. Тем не менее, поблизости ждало три планетовоза, и из каждого махал рукой водитель. Ван подошел и выбрал первого. Он радовался, что на нем нанитовый панцирь и что стражи терминала разрешили ему пронести оглушитель.
— Здание Дрохья на Западе.
— А… я знаю, где это…
Ван на такое, безусловно, надеялся.
— Как прошла последняя неделя? — спросил он, как только машина тронулась.
— Ужасно, но мы видели и худшее. Никогда… никогда больше не склонимся перед захватчиками. Пусть лучше небо расплавится и все мы обратимся в пепел.
Тарянин попытался не содрогнуться в ответ.
— Скоро… все в Дамкасе будет вновь принадлежать самаррцам, и не
Машина просвистела мимо квартала, где все дома превратились в почерневшие обломки, затем пронеслась отрезком бульвара, где в каждом третьем или четвертом здании виднелись огромные проломы, скорее всего оставленные снарядами. Прекрасные белые снежинки планировали с серых небес.
— Что здесь случилось?
— Неверные ревенантцы, они сказали, что мы не разрушим Королевский бульвар и детский приют. Спрятались за стенами и взяли детей в заложники. Они умерли. Мы спасли кое-кого из детей. Нужно было. Когда в последний раз мы пытались спасти всех детей, то потеряли все.
Внезапно машина остановилась напротив приземистого, похожего на крепость, здания, поставленного между сооружениями с разбитыми окнами и следами пожара на верхних этажах.
— Вот это и есть Дрохья.
Ван протянул ему банкноту в пятьдесят кредитов.
— Слишком много. Я подожду, — водитель улыбнулся. — Я Редуаро.
— Похоже, я пробуду здесь долго, Редуаро.
— А кого же еще я повезу?
Тарянин улыбнулся и вручил ему еще пятьдесят кредитов.
— Буду ждать, пока луна не упадет с небес.
Ван направился в сторону входа. Понадобилось совершить несколько переводов фондов, чтобы получить в аренду первый этаж здания, и около тридцати звонков, чтобы разыскать Джахила Монсу, прежнего менеджера. Осунувшийся субъект в дорогом трикотажном костюме, который был ему слишком велик, вышел навстречу.
— Джахил?
— Я и есть. Директор Альберт? — Джахил Монсу медленно приблизился. Его левая рука была в гипсе, и он хромал. Ван кивнул.
— Не могу поверить, что вы так быстро добыли для нас помещение. И оборудование.
— Пройдет неделя или даже больше, прежде чем здесь наладят больше одной коммерческой линии.
— Куда уж дольше, — фыркнул этот невероятно щуплый человек. Они вдвоем вошли внутрь.
Переднюю часть длинной комнаты за дверью превратили в приемную, здесь стояли диванчик и несколько стульев. Дальше выстроились старые книжные шкафы, игравшие роль перегородки, а за ними виднелись коробки с конторским оборудованием.
Джахил указал на крепко сложенного молодого человека в каштановом костюме, поставившего на пол тяжелый ящик. На костюме угадывались места, откуда были сняты эмблемы и знаки различия.
— Это Харад. Бывший самаррский коммандо. Он знает коммуникационные системы. Помогал мне все здесь устроить.
— Как я понимаю, вы берете его на жалованье, — сказал Ван.
— Я хотел сперва спросить, — Джахил слегка нахмурился. — Здесь сейчас трудно с деньгами…
— Я позаботился об основательном депозите в Самаррском банке. У нас уже есть контракт на послание с временным правительством. Вновь будет открыт планетный счет ИИС. На вас. И ни на кого другого.