Эффект Лазаря

Герберт Фрэнк Патрик

– А куда мы пойдем, когда выберемся?

– Вспомни наш план. На надо убраться прежде, чем они сообразят, что я сделала. – Скади взяла Бретта за руку и поспешно вывела его из подсобки через коридорчик прямо в холл.

Гастингс и Лонфинн уже расположились там и даже успели завести с Килем жаркий спор.

Когда Бретт и Скади вошли, Верховный судья как раз повысил голос.

– И более того, если вы попытаетесь обвинять островитян в бойне, учиненной над Гуэмесом, я буду требовать созыва следственной комиссии – такой комиссии, которая окажется вне вашего контроля!

Киль обеими руками потер веки. Глаз его, обращенный в сторону

Гастингса, смотрел на того в упор. Киль обнаружил, что наслаждается невольной дрожью, которую этот человек не в силах сдержать.

– Господин судья, – воззвал Гастингс, – вы поступаете во вред как себе, так и этим двоим юным созданиям. – Он бросил беглый взгляд на Бретта и Скади, которые как раз вошли в комнату.

Киль некоторое время разглядывал Гастингса, думая, как внезапно обстановка переменилась к худшему. Двое живодеров! Уорд перевел взгляд от Гастингса к Лонфинну, отметив, как они заградили проход к наружному люку.

– А мне всегда говорили, что внизу нет опасных насекомых, – заметил Киль.

Гастингс нахмурился, но его напарник даже в лице не изменился.

– Это не предмет для шуток! – заявил Гастингс. – Посол Алэ попросила нас…

– Вот пусть она сама мне об этом и скажет!

Когда Гастингс смолчал, Киль продолжил.

– Она заманила меня вниз под ложным предлогом. Она обставила дело так, чтобы я не захватил с собой никого из моего собственного персонала. Ее доводы, даже и в таком обрывочном виде, ни в какой люк не лезут. Я вынужден заключить, что являюсь пленником. Вы будете это отрицать? – И вновь он окинул холодным взглядом двоих человек, стоящих между ним и люком.

– Вас защищают для вашего же собственного блага, – вздохнул Гастингс. – Вы значительная персона среди островитян, а сейчас имеет место кризисная ситуация…

– Защищают? От кого же?

Киль наблюдал, как Гастингс ищет, что сказать, перебирает и отбрасывает различные варианты. Несколько раз Гастингс порывался заговорить, но все же смолкал.

Киль потер затылок там, где поддерживающее устройство успело после недолгого отдыха рассадить ему кожу.

– Вы защищаете меня от тех, кто уничтожил Гуэмес? – вкрадчиво поинтересовался он.

Оба морянина обменялись загадочными взглядами. Гастингс вновь повернулся к Килю.

– Я хотел бы обойтись с вами помягче, но не могу.

– Я уже разобрался, что происходит, – сказал Киль. – столкнулись очень мощные политические группировки среди морян.

– И наверху! – выпалил Гастингс.

– Ну, как же. Два крупных козыря – Комитет и Вера. Уничтожение Гуэмеса нанесло удар по Вере. Но мое уничтожение не помешает Комитету: меня просто-напросто заменят. Гораздо эффективнее держать меня взаперти. Или, если уж меня придется ликвидировать, внимание островитян будет в достаточной степени отвлечено выборами нового судьи, чтобы моряне успели воспользоваться замешательством. Я не думаю, что могу и далее оставаться здесь. Я возвращаюсь наверх.

Гастингс и его напарник застыли.

– Боюсь, что прямо в данный момент это невозможно, – объявил Гастингс.

– Моим преемником станет Каролина Блулав, – улыбнулся Киль. – И от нее вы добьетесь не больше, чем от меня.

«Импас», [4] подумал Киль.

Пока Гастингс и Лонфинн разглядывали Уорда, в помещении воцарилось тяжелое молчание. Киль видел, что Гастингс измышляет новые доводы и отказывается

от них. Ему зачем-то нужно было сотрудничество Верховного судьи – слепое сотрудничество. Он нуждался в согласии, притом не открывая Килю, с чем же тот должен согласиться. Неужели Гастингс полагал, что старый ветеран политических баталий не видит его насквозь?

4

Импас – карточный термин, означающий розыгрыш длинной или козырной масти при наличии старшего и младшего козыря в отсутствии среднего. Задача импассирующего – заставить противников сбросить этот средний козырь так, чтобы это оказалось выгодно ему, а не им, «вытянуть» из противников эту карту. Киль недаром подумал об импасе – собственно, именно этим он и занимается. Он сбрасывает «козырную» информацию с тем, чтобы заставить своих собеседников проговориться и, в свою очередь, выложить те сведения, которых Килю недостает для того, чтобы одержать победу.

Стоя почти у самого входа в комнату, Скади и Бретт прислушивались к этому разговору.

– Проход в гостиную через этот люк справа, – шепнула Скади, склонясь к самому уху Бретта. – Иди туда и открой панель переключения возле люка. Вылей стакан воды на переключатели. Это закоротит все освещение в этой секции. Я открою аварийный люк. Ты сумеешь найти его в темноте?

Бретт кивнул.

– Мы выберемся раньше, чем они сообразят, что мы удрали, – шепнула девушка.

– Но когда мы откроем аварийный люк, в проеме будет видно коридорное освещение.

– Придется поторапливаться, – кивнула Скади. – Они попытаются использовать главную панель. Они живо сообразят, что им надо воспользоваться ручным переключением.

Бретт снова кивнул.

– Следуй за мной и беги быстро, – сказала девушка.

Тем временем стоящий перед Килем Гастингс решил приоткрыть краешек своей осведомленности.

– Судья Киль, вы ошибаетесь насчет вашего преемника, – произнес он. – Им станет Симона Роксэк.

– Выбор ДжиЛаара Гэллоу? – поинтересовался Киль, предположив это на основании сведений, почерпнутых из комма покойного Райана Ванга.

Гастингс удивленно моргнул.

– Если так, его поджидает очередной сюрприз, – ввернул Киль. – КП славятся своей неподкупностью.

– Плохо же вы знаете историю, – возразил Гастингс. – Если бы не первый пандорианский КП, Морган Оукс, Хесус Льюис так бы и остался обычным техником-лаборантом.

Лицо Киля приняло торжественное выражение. Просители, обращавшиеся в суд, знали это выражение и трепетали перед ним, но Гастингс попросту стоял и выжидал.

– Вы работаете на Гэллоу, – подытожил Киль. – Конечно же, вы хотите захватить полный политический и экономический контроль над Пандорой, и действовать вы собрались через Веру. А КП знала, что ради этой цели вы собираетесь уничтожить всю ее родню на Гуэмесе?

– Вы ошибаетесь! Все совсем не так!

– А тогда как? – спросил Киль.

– Прошу вас, господин судья! Вы…

– Кто-то усвоил фундаментальную истину, – заметил Киль. – Кто контролирует запасы пищи, контролирует и людей.

– У нас кончается время на споры, – заявил Гастингс.

– Когда оно совсем кончится, стану ли я одной из жертв Гуэмеса? – поинтересовался Киль.

– На кон поставлено будущее Пандоры, – возгласил Гастингс. – Люди с правильным образом мыслей в эти тяжкие времена будут править безопасным курсом.