Его сын
Шрифт:
Дернув головой, Люк сосредоточился.
– Итак, что я знаю о сверхспособностях? На самом деле, удручающе мало. Но! У всех объясняющих механизмы их использования есть один общий момент.
Вера.
Вера двигает горами.
Никаких сомнений, никаких метаний, никаких надежд. Только и только абсолютная вера в свои силы и возможности. Полная, тотальная убежденность в том, что произойдет именно так, как задумано и никак иначе.
Значит, что? Значит, надо пробовать. Вернее, не так. Надо делать. Так, кажется Йода Люку на мозг капал? Не пробуй, делай. Или
Задумчиво повертев головой, Люк обшарил глазами скудную обстановку. На глаза попалась его любимая игрушка - маленький истребитель, раскрашенный в черное с серебром. Он уже было нацелился начать эксперимент, как неожиданно пришедшая в голову мысль его словно кувалдой ударила, возвращая из грез о всемогуществе в суровую реальность.
– Оппаньки! А слона то я и не заметил!
Прячущаяся на задворках памяти проблема выскочила перед ним, как разбойник с большой дороги, а следом за ней плотным строем стали ее товарки.
– Вот черт...
– прошептал Люк, вцепившись себе в волосы.
– Как же я мог забыть? Как?
Рухнув на кровать, он тупо уставился на потолок.
– И что теперь делать?
Благое начинание померло, не успев родиться. Ведь он же помнил, помнил один крайне важный момент: использование Силы - это сигнал для всех одаренных, костер в ночи, манящий свои ярким светом всех окрестных хищников. А таких вокруг него немало. Совсем под боком - Кеноби. Дальше, где-то там, остатки Ордена. На Дагобахе сидит Йода, непонятно что высиживает. И вишенкой на торте - Вейдер и Палпатин. И это только те, о ком он знает.
А сколько во вселенной Одаренных, о которых он и не подозревает?
Если, вернее не так, когда он начнет осознанные попытки развить свой дар, все эти разумные начнут строить на него свои планы. И первым примчится Кеноби. Бен постоянно крутится поблизости, постоянно мелькает где-то рядом, став такой же привычной деталью пейзажа, как и песок.
Люк уже давно подозревал, что все это неспроста. У него была только одна догадка насчет причин, побуждающих джедая крутиться рядом. Насколько он помнил, от поиска в Силе можно закрыть. Скорее всего, Бен именно это и делал.
Иначе, почему, когда он думает о Вейдере, вспоминая тот самый момент, когда в нем что-то рвалось, с кровью, мясом и дикой болью, почему именно в этот момент его скручивает от поднимающейся волной какой-то инстинктивной неприязни к джедаю?
Значит, что-то он сделал, раз такая реакция!
При мысли о Кеноби в голове что-то смутно забрезжило. Неожиданно вспомнилось, как дядя шуганул Бена, когда тот попытался подойти ближе. Ему было годика два, не больше, он совершенно ничего не соображал, но это запомнилось. Дядя орал, как бешеный, злобно сверля глазами посмевшего пересечь черту наглеца. Что-то это напомнило... что-то...
– А ведь точно!
– протянул Люк, наморщив лоб.
– У Кеноби - меч Энакина. Так? Так. Мне он нужен? Ха! Странный вопрос! Конечно, нужен! В каноне Люк получил его взрослым, это я помню точно. Однако, вроде бы была попытка Бена вручить его парню гораздо раньше, когда тот был ребенком. Значит... что? Делаем попытку пойти на контакт? Можно. Иначе, придется лезть в пещеру, а это не комильфо. Во-первых, надо будет подловить момент, когда его нет. Значит, надо караулить, следить... глупо думать, что это никого не насторожит. Огрести люлей не хочется. Они меня и пальцем не тронут, конечно, но орать будут, а читать нотации будут еще дольше. Не стоит портить отношения, дядя и так на меня иногда косо посматривает, словно ждет чего-то этакого. Неприязни у него нет, впрочем, как и особой любви, скорее, отношение как к любому
Поправив подушку, мальчик лег поудобнее и продолжил самокопание.
Кеноби... ладно, черт с ним. Главное - Вейдер. От отношения папы к своему сыночку зависит все, включая его жизнь. Он единственный может защитить его от всех остальных, включая Императора. Поэтому, крайне важно как-то наладить с ним контакт. Только как?
В груди, где-то в солнечном сплетении заныло и Люк машинально потер ноющее место, рефлекторно отогнав привычно накатившую волну тоски по чему-то потерянному и в данный момент недостижимому.
Вейдер...
Личность Главнокомандующего требовала тщательного анализа, лезть к нему просто так, это все равно, что пытаться разминировать бомбу человеку, который в саперном деле ни в зуб ногой. Может и рванет в процессе, а может и нет. И первое вернее, чем второе.
Что он знает о Энакине Скайуокере, который теперь Дарт Вейдер? Как о личности? В принципе не так уж много, но и не мало. Очень сильная личность. Харизматичный, волевой, прекрасные таланты, связанные с военной сферой, как все военные тяготеет к диктатуре и подчинению, жесткий и, даже жестокий, последнее в нем прогрессировало с годами, дойдя, практически, до абсолюта к моменту его смерти. Невероятно сильный одаренный, великолепно владеет и Силой и оружием, управляет всем, что шевелится, что не шевелится - шевелит сам и тоже управляет. Дикий ревнивец, причем, последнее относится ко всему, что попадает в круг его интересов и в поле досягаемости загребущих рук. Свое будет защищать до последней капли крови, невзирая на мнение защищаемого имущества. Общую характеристику можно было закончить словами: "Характер мерзкий. Не женат".
Сейчас есть шанс до него достучаться. Прошло только пять лет с момента гибели его семьи от его же рук. Воспоминания еще свежи в памяти, его еще грызет сожаление... может быть. Терять момент нельзя. Чем дальше, тем больше человек будет уступать киборгу, бездушному чудовищу, которого в нем видят окружающие. Его не будет интересовать мнение внезапно объявившегося сына, он его как личность воспринимать не будет! Кто он, и кто этот мальчишка! Если пустить все на самотек, Вейдер просто будет использовать его в своих целях. И плевать ему на мнение отпрыска. Он - родитель, второе лицо в государстве, привыкшее ко всеобщему подчинению. Он просто и незатейливо поставит Люка перед фактом и даст пинка в нужном направлении, а если тот промедлит или примется что-то блеять против... руку, помнится, он ему отпилил с легкостью, и не факт, что хоть что-то испытывал по этому поводу.
Так что... выхода, как такового нет.
Забавно, но неожиданно Люцифер поймал себя на крайне интересной мысли. Он действительно воспринимает Вейдера, как отца. Не Энакина Скайуокера, глупого импульсивного мальчишку-падавана, пусть и подававшего надежды, а именно Вейдера. Того, который Темный Лорд Ситхов, Верховный Главнокомандующий, ситх, садист и просто обаятельная сволочь.
И этим фактом он крайне гордился.
К дяде с тетей отношение было другим. Скорее, покровительственным. Он их не обожал, но относился очень... как к собственности? Как к чему-то, что только его. А ведь действительно... может поэтому канонный Люк так воспринял их гибель? Вроде, покусились на его собственность... или нет? Он их любил, кажется...