Его сын
Шрифт:
– Ооооо...
Глаза ребенка пожирали демонстрируемое ему оружие, руки дернулись и он прижал их к груди, сжав кулачки. Оби-Вана едва не снесло волной искреннего восхищения и невероятной по силе радости, даже пришлось ставить щит, защищаясь от захлестнувших его чужих эмоций.
Люк был готов вопить от радости, прыгать, визжать и вообще бурно выражать восторг. Он был даже готов расцеловать Кеноби в его бородатую морду.
Мечта каждого, кто смотрел эпичную сагу, заразившую население Земли мечтами о звездах. В том мире об этом можно было только мечтать. Или сделать копию из фонарика и пластика. Или купить готовую бутафорскую модель в магазине, а потом гудеть под нос, воображая себя крутым джедаем или не менее крутым ситхом.
И сейчас Кеноби протягивал ему настоящую, воплощенную в металл мечту.
– Можно?!
– выдохнул мальчик, прикипев глазами к гудящему сейберу. Оби-Ван довольно ухмыльнулся в бороду.
– Конечно. Это для тебя. Смотри... вот эта кнопка включает и выключает. Лезвие состоит из плазмы, она очень горячая, поэтому, никогда не трогай его руками. Ты знаешь, что такое плазма?
Ребенок закивал, не отрываясь от созерцания чуда.
– Прекрасно. Твой отец хотел бы, чтобы его меч принадлежал тебе, его сыну. Но я отдам тебе его только при одном условии, - Люк поднял голову, смотря в лицо Кеноби внимательным взглядом.
– Это будет твой секрет. Никто не должен знать о том, что он у тебя. Тебе ясно?
– Почему?
– в голубых глазах снова появилась настороженность.
– Потому, что Орден Джедай стерт с лица галактики, так же, как и твой отец.
– То есть?
– Люк переступил с ноги на ногу, ожидая, что же скажет Кеноби. То же, что и в каноне? Джедай не подвел. Состроив скорбное лицо, он выключил меч и протянул его мальчику со словами:
– Рыцарь Энакин Скайуокер был убит ситхом по имени Дарт Вейдер. Темный Лорд Ситхов...
В синих озерах промелькнуло что-то непонятное. Словно некое живое существо проплыло под поверхностью, мелькнув, как тень. Он кивнул и взял меч.
Сейбер, рассчитанный на взрослого мужчину высокого роста, в маленьких руках ребенка выглядел практически посохом. Кеноби смотрел, как стоящее перед ним дитя осторожно огладило пальцами гладкую, отполированную долгими годами прикосновений рукоять, приноравливаясь к весу и ощущениям, после чего тонкий палец нажал на кнопку.
Глаза горели так же ярко, как и лезвие меча в наступающих сумерках, личико
– Я спрячу, не волнуйтесь.
Некоторое время малыш молча связывал ящерок шнурком, ловко превращая их в удобную для переноски поклажу. Оби-Ван тоже молчал, анализируя исходящие от ребенка эмоции. Радость, счастье и грусть, пронизанные нитями чего-то похожего на гнев, но не совсем.
Взвалив на плечо свою добычу, Люк осторожно спрятал меч за пазуху, поправив рубаху так, чтобы его не было видно. Замер, глядя куда-то вдаль. Наконец он повернулся к джедаю, глядя ему в лицо.
– Так кто, вы говорите, убил моего отца?
От тона голоса ребенка у Оби-Вана засосало в желудке. Неожиданно в голове завертелась мысль, что зря он отдал оружие. И вообще зря устроил эту встречу.
– Дарт Вейдер, Темный Лорд Ситхов.
– Дарт Вейдер, значит, - задумчиво произнес Люк.
– Я запомню.
Кеноби смотрел, как маленькая фигурка несется по песку по направлению к дому и уже выглядывающей его Беру и чувствовал, что ощущение опасности, мучающее его уже почти год, только что разрослось и окрепло.
– Не совершил ли я ошибку...
– неуверенно пробормотал рыцарь, с тревогой смотря вслед ребенку, хвастающему, судя по всему, своей добычей перед восхищенно всплескивающей руками женщиной.
Неожиданно раздался сигнал комлинка и джедай нахмурился. Этот номер знали только избранные и звонить и посылать сообщения просто так ему бы не стали.
Он достал аппарат и изумленно поднял брови.
– Шаак Ти?
***
Запихнув добычу в кладовку, Люк промчался в свою комнату, чтобы успеть спрятать свое сокровище. Состоявшаяся встреча заставляла задуматься и о многом поразмыслить.
Больше всего ему не понравился ответ Кеноби. Умелый манипулятор несколькими фразами произвел огромный эффект. Если бы он не знал, что произошло на самом деле, то запросто поверил в полученную информацию. Хуже всего было то, что он не чувствовал прямой лжи. Кеноби не врал. Но и правдой это не было. От слов джедая был странный привкус, как от отравленной конфеты. Ты не видишь яда, но ты его чувствуешь. Потом, когда он начнет действовать.
– Я запомню, Кеноби. Это я тебе обещаю.