Его
Шрифт:
В общем, едва ноги унесли, чтобы не попасться, как остальные. Да и то потому, что нам помог какой-то парень! Он нас вывел из общежития окольными путями.
С тех пор я очень осторожно отношусь к задумкам и праздникам, на которые меня зазывает эта бестия. Олеся не может не собрать приключений на свой очаровательный зад.
– Да всё в порядке, Виктория Романовна, - ответила матери подруги.
– Я уже привыкла и давно не ведусь на её речи о прекрасном отдыхе, - хмыкнула, одарив сидящую рядом лукавым взором.
– Да ну вас, - ещё больше
– Но я обещаю подумать, - решила хоть как-то приободрить её.
– Правда?
– уставилась она на меня с надеждой.
– Правда, - сдалась я и тут же была оглушена радостным визгом.
Даже в ушах зазвенело.
– Олеся!
– снова одёрнула свою дочь мать девушки.
Подруга тут же отстранилась, состроила невинное личико и принялась увлечённо есть "Оливье".
– Ты попала, - прокомментировал всё это Артём.
И то я его слова по губам прочла, а не услышала.
Тяжко вздохнула, понимая, что от меня теперь не отстанут, пока я не соглашусь.
– И как тебя друзья только терпят?
– заметил удручённо и Виктор Алексеевич, на что Олеська показала тому язык.
– Они меня не терпят, а любят!
– заявила важным тоном.
– И не поспоришь, - рассмеялись мы с Акимовым.
В этот момент послышался звук поворачиваемого замка, а после хлопнула входная дверь, оповещая о приходе четвёртого члена семьи Смертиных.
Сердце невольно забилось быстрее, а вилка звякнула о дно тарелки излишне громко, когда решила наколоть кусочек запечённого мяса. Пришлось отложить столовые приборы в сторону и спрятать руки под стол, чтобы не выдать своего волнения. Посмотрела на Артёма и словила от него сочувствующий взгляд. Учитывая, что мы оба сидели с краю, выбор того, куда сядет Дан был очевиден. А я-то уж было решила, что может обойдётся без происшествий эта встреча.
– Всем привет, - привычно весело поздоровался с нами всеми вошедший в зал Дан.
Он остановился на пороге и, сунув руки в карманы брюк, прислонился плечом к косяку.
Я на него прям засмотрелась. Одетый в строгий чёрный костюм двойку с белой рубашкой и светло-зелёным галстуком, узел которого был ослаблен, выглядел он, надо сказать, непривычно и очень привлекательно. Из тех, кому идёт классика.
– Ой, Данечка, ты пришёл, - тут же поднялась с места Виктория Романовна и засуетилась.
– Присаживайся, сынок, я сейчас тебе наложу поесть, - потянулась к пустой тарелке.
– Мам, перестань, я и сам могу себе наложить, - устало вздохнул парень и направился к нам.
– Правда, сам, - добавил уже мягче, улыбнувшись матери.
– Можешь, но я хочу за тобой поухаживать, - тоже мягким, но непреклонным тоном парировала Виктория Романовна.
– Ты лучше присаживайся, - и принялась накладывать на тарелку сына всего и побольше.
– Вот с Ксюшенькой рядышком, - кивнула на свободный рядом со мной стул.
Ксюшенька в моём лице захотела тут же сбежать. Просто слишком уж довольно ухмылялся Дан, приближаясь ко мне.
– Добрый день, Артём
И я бы поверила, если бы не взгляд. Настолько острый и обжигающий, что у меня моментально кровь вскипела. А уж когда он уселся рядом, сняв пиджак, который повесил на спинку стула…
– Добрый день, Даниил, - поздоровалась ответно резко пересохшим горлом.
Невольно потянулась к стакану с соком, чтобы хоть как-то унять пожар в теле.
– Ой, прям не верится, что друзья Олеси преподают в нашей школе, - принялась восторженно ахать Виктория Романовна, передав наполненную тарелку сыну.
– Спасибо, - поблагодарил тот родительницу.
– А по мне, так это весело, - тут же прокомментировала ситуацию Олеська, чуть ли не хлопая в ладоши.
– И Дан под присмотром. Ксюшка у нас довольно строгая учительница.
На этих словах закашлялся, подавившись едой, Артём, стараясь таким образом скрыть свой смех. Не удержалась и пнула друга по ноге, одарив злобным взглядом.
– Кстати, признавайся, подруга, скольких мальцов свела с ума?
– уставилась на меня с интересом девушка.
– Ты тоже готовь признания, - обратилась к Артёму следом, ткнув пальцем в его сторону.
Теперь уже смех за кашлем прятала я. А вот Дан откровенно ухмылялся на наши старания, усердно жуя.
– Эх, вот помню была у нас тоже учительница молоденькая в последнем классе, - проговорил вдруг мечтательно глава семейства Смертиных.
– Все пацаны к ней и так, и эдак, а она от всех нос воротит. А потом оказалось, что у неё роман с нашим директором. А там такой мужик, у-у, - протянул показательно.
– Одной левой хребет переломает. Боксёр.
– Забыл сказать, что ты был единственным, кто не бегал за Софьюшкой, - неожиданно съязвила, пусть и по-доброму, Виктория Романовна.
– Зачем мне за ней бегать?
– пожал тот плечами.
– У меня своя недотрога была под боком, - "закатил" глаза.
– Представляете, - понизил голос, глядя на нас с Акимовым, - полгода добивался эту жестокую женщину, - нагло ткнул в сторону супруги.
– И это я! Первый красавец на дворе!
– Скорее, первый упрямец, - проворчала женщина, глядя на рассказчика с нежностью.
– Под дверью ночевал!
– откровенно пожаловалась.
Я покосилась на Дана, вспомнив, как тот тоже меня ждал в подъезде, пока не уснул, и тот мне подмигнул, положив руку на колено, слегка сжав.
Пришлось как можно незаметней скидывать с себя наглую конечность. Конечно же, это не помогло, ибо парень шустро вернул её на место. Поборовшись так некоторое время, я всё же сдалась. Не хватало ещё привлечь к нам с ним ненужное внимание. И без того Акимов вон как понимающе ухмылялся.
– Появлялся везде, куда бы я ни пошла, - продолжила выдавать подробности общения Виктория Романовна.
– И как же добился?
– поинтересовался Артём, с увлечением слушая историю любви старшего поколения.