Его
Шрифт:
Помимо нас с ней, здесь поселились ещё две сокурсницы. Вдоль двух стен стояли четыре односпальные кровати из кованого железа, застеленные разноцветными лоскутными покрывалами. У окна находился небольшой столик и стул. А ещё у входа был комод с зеркалом.
– Ну, прям пятизвёздочный отель, - прокомментировала данную деталь мебели наша темноволосая и кареглазая Ириша.
Мы на это только рассмеялись, роясь в своих вещах.
– Ксень, причёску сделаешь?
– попросила меня Эльвира - третья наша соседка - голубоглазая блондинка.
– Легко, - не стала отказываться.
– И мне, - тут же попросила
– Ну, и мне, что я рыжая, что ли?
– присоединилась к ним и Олеська.
Я на это только головой покачала.
К сожалению, была у нас в группе такая традиция, встречать Новый год в одежде конкретной тематики. В это раз выбрали образ Лолиты. Я даже не стала стараться вписываться в их затею, выбрав для праздника за городом обычные джинсы и широкий красный свитер с белыми оленями по низу. На ногах того же цвета шерстяные носки. А волосы собрала в небрежный хвост. А дальше я сидела и следила за чертыхающимися подругами, которые никак не могли натянуть платья или затянуть корсет. Пришлось помогать.
– Делать вам нечего, - проворчала я, шнуруя корсет Олеськи.
Она больше по образу вообще напоминала мне Красную шапочку, чем Лолиту. Пышное платье в красно-белую мелкую клетку и белый фартук поверх. Ей я сделала два хвостика с бантиками под наряд.
Ирина выбрала более традиционное, но у меня опять же возникла иная ассоциация - с горничной. Чепчика только не хватало. А она ещё и причёску выбрала себе - на затылке пучок, а у лица чисто прямые.
А вот Эльвира в розовом платьице до колен с пышной юбкой и рюшами вовсе выглядела как ожившая кукла. Ещё и макияж нанесла такой, что личико стало походить на искусственную маску. Ей я завила волосы, оставив распущенными. Лишь заколками присобрала у висков.
– Мне уже страшно смотреть, что там Лилька навыдумывала, - вынесла я вердикт этому безобразию.
Вот и парни замолчали на полуслове, завидев девчат. Ещё и рты пооткрывали.
Мы с Олесей, посмеявшись над их реакцией, отошли в сторону, болтая о своём.
– Кстати, ты в курсе, что мой братец тоже сегодня здесь?
– с возмущением проговорила подруга.
– Вот можно подумать, больше праздновать негде! Обязательно надо там, где я?! Родители ещё… Так обрадовались, что мы вместе будем, - скривилась.
– Присмотрите друг за дружкой, - передразнила она их, на что я рассмеялась.
– Делать мне вот нечего, как за взрослым лбом следить, - проворчала обиженно, сама напомнив мне ребёнка.
– Знаешь, Лесь, мне, порой, кажется, что старший из вас двоих - всё-таки Дан, а не ты, - не удержалась от подколки.
– Эй!
– возмутилась та, толкнув меня в бок.
– Нет, правда, - продолжила подшучивать над ней.
– Он намного серьёзней, спокойней, рассудительней, не психует на ровном месте…
– Я вот сейчас не поняла, ты чья подруга?
– упёрла руки в бока Олеся с хмурым видом, хотя я видела, как подрагивают уголки её губ в намёке на улыбку.
– Твоя, - заверила я девушку.
– Но это не отменяет того, что так оно и есть. Ты просто большой ребёнок, - обняла Смертину за шею и повела в сторону сокурсников.
– Ну и ладно, - показала она мне язык.
– Зато со мной не скучно, - вздёрнула подбородок.
Я снова рассмеялась.
– С этим не поспоришь, - не стала отрицать правду.
Уж с кем-кем, а с Лесей
Вот и последующий час мы все хохотали над её шутками, которые носили сценический характер. В смысле, что ни фраза, то показанная наглядно ею.
Я же всё это время отсчитывала минуты до встречи с Даном. Сидящий рядом со мной на диване Акимов лишь посмеивался над моим нетерпением, при этом почти безотрывно что-то печатал в телефоне. Явно переписывался со своей зазнобой. Не удержалась и показала другу язык.
– Тебе там не пора? Уже восемь, - заметил тот добродушно.
– Пора, - согласно кивнула я.
– Прикроешь?
– Конечно, - подмигнул он мне.
– Ну, насколько смогу. Но лучше не задерживайся там, а то ты ж знаешь Леську, разволнуется, что тебя долго нет, и отправится искать.
– Помню. Я буквально на полчаса, - обозначила сроки, присматриваясь к сокурсникам, выжидая удобный момент, чтобы уйти незамеченной.
Минут через пять, когда все отправились, кто курить, кто накрывать на стол, кто еще, куда по своим делам, я тихонечко выскользнула из дома и направилась на другую сторону озера в обход.
На улице стемнело, а с неба падали крупные хлопья снега, придавая окружающему пейзажу воистину сказочный вид. Я даже в какой-то момент остановилась, засмотревшись на эту красоту, а после снова перебежками направилась к нужному домику, стараясь не сильно волноваться от предстоящего знакомства.
Кутаясь в короткую дублёнку, я старательно прятала лицо в капюшоне, из-за чего проморгала момент, когда на моём пути неожиданно выросла мужская фигура, в которую я врезалась на всём ходу.
– Чёрт, - выругалась невольно, потирая потревоженный нос, и поправила капюшон.
Из-за столкновения он с меня слетел.
– Ксюша?
– донеслось растерянное над головой, отчего я замерла на месте, чуть дыша.
В голове при этом билась только одна паническая мысль: "Только не он!".
– Эдик, - парировала сухим тоном, освобождаясь от чужих объятий, в которые угодила по собственной глупости.
Смысла скрываться нет, раз уж узнал.
Эдуард Симонов - лучший друг моей первой любви. И тот, под кого меня подложили, грубо говоря. Да, именно этот высокий брюнет с пронзительными чёрными глазами стал моим первым мужчиной. Посмеяться вздумалось мальчикам тогда над чувствами глупой и наивной девочки-ботаником. До сих пор в голове звучит их глумливый смех. Умом я понимала, и сейчас понимаю, что Эдик стал заложником той ситуации. Тёмная комната и немалое количество выпивки этому способствовали. Одноклассник и сам не знал, что происходит, пока ему не сказали, но и не защитил. Просто отвернулся и сделал вид, что меня не существует. Спасибо хоть оставил меня с приятными впечатлениями от первого раза. Даже больно не было.
И никто из них не подумал, каково будет маленькой, униженной девочке после такого жить. Пусть и класс был выпускной. Я год не смела поднять глаз на одноклассников, несмотря на то что история быстро забылась.
Жаль, не мои чувства...
– Ксюша, - повторил всё так же растеряно уже далеко не мальчик или парень.
По виду вполне себе взрослый и состоявшийся мужчина.
Надо отдать должное, красив, как и тогда. Хотя нет. Намного красивее. С едва заметной щетиной на скулах, которая ему невероятно шла.