Эхо времен

Нортон Андрэ

— Если мы хотим успеть разбить лагерь до темноты, надо трогаться сейчас.

Мердок поспешно проглотил последний кусок и поднялся из-за столика. Руки и ноги, ещё не успевшие привыкнуть к силе тяжести, заныли, недовольные такими резкими движениями, но Росс не подал виду, что ему больно.

— Если так, давайте трогаться, — сказал он.

Оставив на корабле в качестве охраны только Бориса и Елизавету, остальные принялись за работу. Выстроились в длинную цепочку и, взяв кто столько мог поднять, отправились в путь.

Русские не поленились

разметить дорогу к месту будущего лагеря. Мердок шёл и мысленно хвалил их за отличную работу.

Хоть Росс и не вполне доверял Михаилу, нельзя было не признать, что Никулин и Ушанов вполне оправдывают свою репутацию. Сам он не задумывался о лагере до тех пор, пока не сошёл с корабля и не увидел вновь эту землю во всей её красе и дикости. А ведь выбор места был не такой уж простой задачей. Нужно было разместиться поблизости от корабля и башни-библиотеки, но вдалеке от логова ласок или агрессивных гуманоидов. Мало того, надо было найти удобную позицию для размещения аппаратуры, поскольку агенты времени, переместившись в прошлое, окажутся на том же самом месте. Следовательно, крайне нежелательно было вставать лагерем вблизи от космопорта (если им в то время ещё пользовались) или города, поскольку это могло смутить аборигенов.

Мердок знал, что Виктор, в частности, посвятил очень много времени тщательному анализу координат, которые удалось выжать из фрагментарных и отрывочных отчётов первой русской экспедиции. Именно он нанёс на карту возможное расположение зданий и дорог, которые могли встретиться в прошлом, и совместил эту карту с планом местности, существующей в настоящее время.

Место для лагеря, предложенное разведчиками, оказалось хорошо замаскированным гротом неподалёку от водопада. На холме рядом с водопадом располагалась идеальная точка для наблюдения за окрестностями.

Михаил первым вышел на небольшую поляну и обвёл её рукой с видом принца, приглашающего гостей войти к нему во дворец.

Зинаида осмотрелась, медленно кивнула, взглянула на Елизавету и Гордона. Те высказали одобрение.

— Разобьём лагерь здесь, — объявила Васильева.

Настало время трудиться, засучив рукава.

— Тут преобразователи биомассы…

Речь шла о самом громоздком оборудовании из того, что было доставлено с корабля, — приземистых оливково-зелёных цилиндрах, которые пришлось нести по двое.

— Машину времени тут ставим или где?

— Пробы воды готовы, Зина…

— Нет, жить будем здесь…

Все тараторили разом. Работая под руководством Валентина, раскладывая и расставляя припасы и оборудование, о назначении которого он мог только догадываться, Росс вслушивался в разноголосицу. Ему казалось, что он попал внутрь сюрреалистического сна: обрывки русских и английских фраз вперемежку с йилайлскими свистами и гудением. По-йилайлски отзывались о местном пейзаже и условиях жизни — теперь стало проще думать о планете на местном языке.

Учёные должны были спать на корабле, но на всякий случай и они возвели для себя что-то вроде шалаша.

Как только Мердок закончил работу по размещению грузов, Зинаида рассеянно порекомендовала ему присоединиться к Михаилу, Виктору, Гордону, Ирине и Григорию и помочь им в маскировке ангара с аппаратурой.

К тому времени, как они завершили свой труд, у Росса ныло все тело. Мышцы горели, лёгким не хватало воздуха. Казалось, что сила тяжести придаёт его телу вес гранитной статуи.

Устало оглядываясь по сторонам в ожидании дальнейших распоряжений, Мердок увидел Ренфри и Васильеву, бледных и вспотевших, которые стояли в середине лагеря. Кейс заканчивал что-то объяснять, а Зинаида довольно кивала.

— Хорошо, — объявила она. — Мы закончили.

Росс обвёл поляну взглядом. Теперь все снова выглядело почти так же, как до их появления. Ничто не бросалось в глаза, пока не подойдёшь ближе. От бродячих хищников участников экспедиции должен был уберечь звуковой барьер, который собирались установить учёные.

— Нас заметили? — спросил Мердок.

Вера, стоящая на вершине холма с биноклем, кивнула.

— Шесть или семь летунов уже некоторое время маячат в отдалении.

— Ничего не поделаешь, — вздохнул Ренфри, разминая затёкшую шею. — Так или иначе, нам придётся вступить в контакт с крылатым народцем.

Росс сел на землю, вытер пот со лба. Из-за высокой влажности здесь казалось жарче, чем при самом жутком пекле на американском Среднем Западе.

Средний Запад… мужчина зажмурился, у него вдруг тоскливо засосало под ложечкой. Как и в прошлый раз, оказавшись здесь, он вдруг осознал, насколько далеко его занесло от дома.

Кто-то появился рядом. Мердок поднял голову. Его улыбающаяся жена убирала со лба прилипшую прядь волос.

— Ностальгия? — тихонько спросила она.

— Телепатка, — ответил он и попытался рассмеяться. Получилось почти естественно.

— О, скоро мы примемся за дело, и ностальгировать времени не будет, — с усмешкой проговорила Эвелин.

— Некоторые, по крайней мере, уже радуются жизни.

Росс кивком указал на Валентина и Кейса. Казалось, вся группа учёных охвачена какой-то таинственной лихорадкой, не позволяющей им сидеть на месте. Агенты времени расположились на земле и, обмахиваясь широкими листьями как веерами, переговаривались или молча отдыхали, а учёные продолжали сборку оборудования, что-то подключали и при этом говорили без умолку.

— Они рады, но волнуются, — негромко пробормотала Риордан.

— Волнуются? — Мердок нахмурился. — С чего бы это? Есть что-то новенькое?

— Новенького — ничего, — ответила его жена. — Думаю, тут что-то такое, о чем все думали, но боялись произнести вслух. Ну, знаешь, эти гуманоиды…

Росс вспомнил отчаянную драку во время первого посещения этой планеты. У него мелькнула мысль, и он нахмурился.

— Я об этом не подумал. Хочешь сказать, они подозревают, что эти твари — потомки первой русской экспедиции, подвергшиеся какой-то мутации?