Экипаж

Рудазов Александр

Джина, наконец-то воссоединившись с боевыми товарищами, сновала между мельтешащих щетинок подобно черной молнии, отстреливая их одну за другой. Рядом орудовал шестом Рудольф. Нижнюю половину лица у него прикрывала заживляющая салфетка и он смахивал на разбойника с большой дороги. Пузырьки, густо покрывающие его багровую кожу, пульсировали и раздувались – пульс мутанта участился почти вдвое.

Соазссь, благоразумно держась сзади, метал в тело гиганта виброножи. Они уходили в глубину туши и тут же вылетали назад – примитивный ИР, встроенный в эти приборчики, позволял им работать на манер

бумеранга. Ежов, слегка проморгавшись, также начал поддерживать своих огнем, уже не заботясь о зарядах. К тому же Моручи отдал ему свой бластер...

Сам капитан рубился в самом центре, напоминая бразильского пеона, прорубающего путь сквозь джунгли огромным мачете. Правда, роль мачете исполнял мономеч высшего сорта, а джунгли были живыми, и изо всех сил старались сомкнуться и сожрать наглеца... но Святослав каждый раз успевал первым.

Но, разумеется, это было всего лишь временной мерой. Это создание просто нельзя было победить столь малыми силами – с тем же успехом можно было сражаться, например, с вулканом. Слегка отойдя от шока, вызванного выстрелом «Ручной Смерти», колосс вновь перешел в наступление. Крохотное войско опять начали теснить...

И в этот момент в небесах начала стремительно разрастаться светящаяся точка цвета лесного ореха. А потом из нее ударили лазерные лучи. Очень, очень много лазерных лучей...

Косколито сидел за приборной панелью и недовольно думал, что «Вурдалак» просто не приспособлен для того, чтобы входить в атмосферу (даже такую ничтожную) на бреющем полете. У любого космического корабля есть свой запас прочности, который обычно напрямую зависит от его размеров. Самые крупные звездолеты вообще никогда не входят в атмосферу – для них это верная смерть.

А «Вурдалак»... что ж, на такой скорости он тоже мог просто впечататься в космический булыжник, именуемый астероидом. Но внизу шла битва. Битва не на жизнь, а на смерть, и счет там шел на секунды...

– Дершитесь, шалкие человеки, серран летит на помощь!.. – шептал Косколито, сжимая штурвал так, что чешуя на пальцах побелела...

«Вурдалак» в последний миг вышел из пике, успев порядочно ранить чудовище, но и сам с трудом избежав сразу двух опасностей – безжалостной поверхности астероида и сотен щупальцев, буквально выстреливших в его сторону из горы плоти. Перед исполином наконец-то появилась по-настоящему крупная мишень...

Звездолет завис в двадцати метрах над куполами станции. Приземляться было некогда и некуда.

Пока Койфман и Денисов, сидящие в стрелковых кабинках, поливали огромную розовую улитку лазерами, в задней части раскрылся грузовой люк. В нем виднелась двухметровая медуза ризосома – Сиреневый Бархат. Он полностью побелел – признак доброго десятка чувств, перемешавшихся в душе Плывущего...

– Назад, на корабль! – прохрипел совершенно выбившийся из сил капитан. Эти несколько минут стали самым серьезным боевым испытанием в его жизни. – Ментат, поднимай нас!.. сначала штурмана!

Сиреневый Бархат, оставаясь белоснежным, как штукатурка, начал медленно вращаться вокруг своей оси. Бесчувственная Фрида поднялась в воздух, словно на чьих-то невидимых руках,

и медленно поплыла вверх. За ней потянулись Соазссь, Рудольф, Дитирон и Ежов – Сиреневый Бархат выкладывался на полную катушку. Последним в воздух взмыла туша Остапа – его полтонны оказались для ментата тяжелым испытанием...

– Теперь второго пилота! – крикнул вверх Моручи, едва не падая на одно колено.

Отступать было уже некуда – бесформенная гора плоти прижала их с Джиной почти вплотную стене станции. Они могли бы пройти через дыру, точно повторяющую контур Остапа, но это означало загнать себя в ловушку...

– Только попробуй! – гордо отказалась бросить его Джина, грозя Сиреневому Бархату игольником. Тот недоуменно замер.

– Это приказ, второй пилот Кроу! – зарычал на нее Святослав. – Исполнять!!!

– Сначала ты!

– Я капитан, дура!!! Капитан спасается последним!!!

– Да подымай ты ее, медуза хренова! – заорал на Плывущего Ежов.

Тот подчинился. Джина вопреки собственной воле оторвалась от земли и полетела вверх – к раскрытому трюму «Вурдалака». Она изо всех сил брыкалась, упрямо отказываясь бросать своего командира, но что она могла сделать против ментальных пальцев Сиреневого Бархата?

– Теперь капитана! – заорал еще громче Ежов. – Подымай капитана, кому говорю!

Вовремя – вокруг Моручи, последние секунды дерущегося в гордом одиночестве, уже начало смыкаться чудовищное розовое месиво. Еще немного, и от капитана осталось бы только фамильное оружие...

Глава 20

Доброе утро! А мы вот тут решили сделать вам сюрприз – нагрянуть неожиданно в гости!

Джордж Буш

– Что будем делать с астероидом? – обвел усталым взглядом свой экипаж Моручи. – У меня сейчас голова не работает, поэтому готов слушать чужие предложения.

– Блин, капитан, да мы все офигели! – ответил Денисов, последние пять минут безуспешно пытающийся заглянуть в собственную ноздрю.

Перед глазами у него плавали красные круги – пике, в которое Косколито положил «Вурдалака», вызвало чудовищные перегрузки, от которых не спасала даже искусственная гравитация. А ведь им с Койфманом еще и приходилось стрелять! Старик сейчас лежал со слабым видом в кресле связиста, ласково всем улыбался и думал о чем-то своем.

Остальные тоже выглядели не лучшим образом. Джина сердито дулась в углу, обхватив коленки руками. Капитан все-таки наказал ее за невыполнение приказа, причем самым обидным образом, насоветованным ему Денисовым: поставил в угол. Судя по взглядам, которые десантница метала в сторону коротышки, жить тому оставалось ровно до ее освобождения с гауптвахты.

Дитирон сидел с нашлепкой на макушке и морщился – у него росла новая бронепластина, и ему было очень щекотно. Он очень расстроился потере именно этой пластины – уу-де-шуу племени сохото, к которому принадлежал Дитирон, вытатуировывали на ней свое положение в обществе. Дитирон очень грустил, что теперь никто не будет знать, что он великий воин и знатный охотник. Лучший воин и охотник своего племени!