Эксцессия
Шрифт:
– Вы верите, что каждый должен спасти свою задницу, спрятав ее среди прочих задниц, не так ли? – спросил он с невинным видом. Он был всего в нескольких метрах от женщины в черной миниюбке, но поскольку находился в “зоне тишины”, не мог слышать ее голос. Лицо было именно таким, каким он его запомнил: глаза и рот те же самые. Она никогда так не укладывала волосы, но их цвет – воронова крыла – был тот же.
– О, нет! – воскликнула “субли” с ужасно серьезным видом. – Мы верим как раз в то, что от своего тела можно окончательно
Краем глаза он видел, как приближается пондрозавр, окруженный восхищенной толпой. Улыбнувшись сублиматичке – дескать, все, что вы говорите, безумно интересно, он повернулся, чтобы лучше рассмотреть женщину в черной мини-юбке.
Нет, не она. Определенно. Она бы давно узнала его, и моментально бы среагировала. Может, делает вид, что не замечает его? Но она никогда не умела скрывать свои чувства. Ни от кого, а уж тем более – от него. Вот она снова посмотрела в его сторону и быстро отвернулась.
– …высшее выражение нашей квинтэссенциальной, то есть присущей нам, потребности быть чемто выше, чем мы являемся на самом деле…
Он перевел взгляд на сублиматичку, продолжавшую молоть несусветную чушь. Задумчиво наморщив лоб, Генар-Хафун кивнул, изображая глубочайшую заинтересованность.
Между тем пондрозавр замер как вкопанный как раз напротив них. Синтрикат Тира тут же повис над погонщиком, который ввязался с ним в ожесточенную перепалку.
Женщина, делая вид, что с увлечением слушает собеседников, снова стрельнула глазами в его сторону.
Странно. Неужели опять шутки 00? Или это ее двойник? Он слышал, что сотни людей изменили свой облик “под” легендарную Дейэль Гилиан. Со знаменитостями такое случается. Знаменитости порождают двойников, писатели – эпигонов, художники – последователей, первопроходцы – туристов, изменники – предателей, хиппи – безработицу среди парикмахеров, вегетарианцы – поклонников корриды, навоз – мух, повара – гурманов, а женщины – мужчин. Так что ничего необычного в этом нет. Просто ему еще не попадались на глаза двойники космического капитана Дейэль Гилиан. И если эта персона из разряда таких “подарков” – то ему надо быть настороже…
– …личные амбиции или желание стать лучше или обеспечить условия для собственных детей – всего лишь бледное отражение в сравнении с последней трансценденцией Сублимации, с тем, что она предлагает. Ибо, как начертано…
Генар-Хафун осторожно похлопал девушку по плечу.
– Вы убедили меня, – произнес он почти драматическим шепотом. – Простите, можно я на минутку?
Он подошел к двойнику Дейэль Гилиан. Она повернула голову и приветливо улыбнулась.
– Извините, – сказал он, – мне кажется, что мы с вами где-то встречались.
Немного смущенная улыбка показывала, что он отдает себе отчет в тривиальности фразы, знаменующей начало случайного знакомства, а также в том, что ни ему, ни ей глубоко неинтересны словоизлияния
Ответом был учтивый кивок:
– Думаю, что нет. – Голос у нее бы высокий, не такой, как у Дейэль, к тому же с ярко выраженным акцентом. – Я бы не могла вас не запомнить.
– Вот как? – усмехнулся он.
Женщина прищурилась, рассматривая его.
– А вы не местный житель? – спросила она.
– Нет, я из других мест. Просто путешественник, – ответил Генар.
Вспыхнувший факелом бомбардировщик пронесся у них над головами и упал за зданием Сублимации. Тем временем спор вокруг пондрозавра накалялся: животное уже внимательно поглядывало на Синтриката, и погонщик встал во весь рост на его шее, указывая своим жезлом на мрачную колючку, выделявшуюся на хребте.
– Но я уже бывал в этих краях, – поспешил добавить Генар-Хафун. – И, вероятно, мы где-то сталкивались…
Она задумчиво кивнула:
– Возможно.
– О, так вы знакомы? – встрял молодой сублиматик в белом балахоне. – Спешу заметить, что многие вступили в Сублимацию именно благодаря советам друзей или знакомых или даже… возлюбленных.
– Вы играли в Галасценический Кразис? – спросила она, не обращая внимания на сублиматика. – Если да, то странно, что вы оставили это занятие только для того, чтобы поговорить со мной.
– Ага! – не унимался парень в белом. – Игры – выражение потребности вступить в иные миры, помимо реального! Да-да-да! Я знаю, что вам требуется…
– Никогда не слышал о такой игре, – признался Генар. – Вы мне ее рекомендуете?
– О да. В ней везет всем играющим.
– Что ж, никогда не отказывался от возможности испытать новые ощущения. Может быть, вы чему-нибудь научите меня?
– Если вам нужны новые ощущения, то Сублимация как раз… – начал парень в белом. Генар повернулся к нему и сказал:
– Да заткнись ты.
Это получилось чисто автоматически. На мгновение он даже забеспокоился, что своей грубостью произвел на женщину неприятное впечатление, уж очень ему надоел молодой сублиматик.
Она загадочно усмехнулась.
– Пойдемте. Вы будете делать за меня ставки, а я научу вас играть в Кразис.
Генар просиял. Все вышло так просто!
– Согласен, – сказал он. Взмахнув тростью, затянулся дымом и с поклоном протянул ей трость. – Мое имя Бэр.
– Рада встрече. Зовите меня Флин, – сказала девушка, принимая трость из его руки и затягиваясь в свою очередь.
– Так что же, Флин? – спросил Генар, указывая на улицу, простиравшуюся перед ними, на толпу, в которую погрузился по самое брюхо пондрозавр, устало сложив две передние конечности на подбородке. Теперь уже два полицейских Синтриката кричали на разъяренного погонщика, который размахивал перед ними светящимся жезлом. Наемные стражи с нервным видом похлопывали клистрифлеров по спинам. – В путь?