Экспат
Шрифт:
— А кто поможет Вайту? Ты? — взорвался Энигма. — Ты вообще пёс знает кто, надо было бросить вас и идти дальше…
Эрнест слушал ровно десять секунд. Выдвинуть раубтир, сделать два шага. Не обратить внимание на судорожный писк — кровь на лице противника оказывает странное воздействие на гражданских. Сгрести за длинные волосы, протащить по полу, не обращая внимания на лёгкие тычки. Ударить ногой под колено, подтащить к устью слепого ствола, где внизу вовсю шумела вода. Приложить пару раз головой о бетон. Вытащить голову над устьем, приложить к горлу
— У тебя отсюда два пути. С нами наверх или без нас — вниз. Есть ещё и третий, но в нём есть злой и голодный кордул, который хорошо покопошится в твоих внутренностях.
— Это всё байки!
— Это не байки. Я — детектив из «АгниКорп». Мой коллега — из «Нокс». Если ты не знаешь первого, то знаешь второе.
Энигма мелко задрожал, то ли — от страха, то ли — в знак согласия.
— Думай сам и решай. Но быстро. Вы нам больше не нужны и можете оставаться тут. В знак благодарности отправим спасательную бригаду сразу как выберемся.
— Хорошо, хорошо… мы с вами…
— Вот и славно, — произнёс А. Н. и откинул от люка длинноволосого. Девушка и парень смотрели на раубтир с нескрываемым ужасом. — Подъём. Мы выходим наверх. Держитесь меня и коллеги. Моего коллеги.
При этих словах молчавший Антон развернулся и пошёл по коллектору.
— А что наверху? — подала голос девушка.
— Жизнь, — коротко бросил Эрнест и двинулся за «тёмным».
Глава 3.4. Часть вторая
Группа прошла с десяток минут. Ход никуда не сворачивал, хотя иногда Эрнест замечал не очень заметные дверцы в какие — то помещения. Наконец, Антон остановился перед одной из них и заметно усмехнулся. Подошедший А. Н. заметил чёрную окантовку двери.
— Это оно?
— Да. — произнёс безопасник, открыл какой — то лючок. Спокойно встретил панель доступа, приложил ладонь. Не удивился автоматически открывшейся дверце.
Эрнест ожидал увидеть внутри тайную комнату, оборудованную для отдыха и довооружения. Но разочарованно увидел лишь забитую снаряжением, хоть и глубокую нишу. Антон молча вытащил пять лёгких бронежилетов, две аптечки, столько же — дробовиков с коробчатыми насадками, патронташей и лазпистолетов.
— Глушитель? Для дробовика?
— Иначе оглохнешь. Рад, что тебе не нужно объяснять отсутствие лазвинтовок.
— Не идиот же, — усмехнулся А. Н.
— А нам? — робко произнесла девушка.
— А вам, девочка, бронежилеты. На крайний случай — могу выдать ещё аптечек, если вы умеете ими пользоваться.
— Умею, — бледно улыбнулась собеседница. — Я прошла фельдшерские курсы в этом году.
— Хоть что — то, — вздохнул Антон и протянул сумку. — Пользуйся на здоровье, девочка.
— Хильдур. Меня зовут Хильдур, сэр.
— Хорошо, Хильдур, — успокаивающе улыбнулся Эрнест, передавая сумку, — держись ближе к дяде Антону, и останешься в живых.
— Закончили болтать? — осведомился упомянутый «дядя», захлопывая
— Как? Тут же не ловит связь!
— У меня очень даже ловит, — отрезал Антон.
Все вздохнули и принялись кое — как надевать броню. Эрнест с матом вспомнил, что на нём вообще — то уже есть карапасная лёгкая броня уже тогда, когда подогнал бронежилет. Впрочем, все равно он толком не чувствовался, может и поможет когда — нибудь.
Следующие пятнадцать минут прошли монотонно. Пройти сто метров, направляющий — Антон, замыкающий — Эрнест. Оба — с дробовиками наизготовку. Замереть по сигналу Антона. Пройти ещё двести метров. Повторить. Ужас и сырость глушили в гражданских природное намерение бежать куда подальше. А может — и два дробовика у мужчин.
Через несколько остановок наступил длинный отрезок, когда колонна просто шла. Пока в какой — то момент «тёмный» не остановился и не замер.
— Что там?
— Тихо… тихо… — прошептал Эрнест и, наконец, услышал то, что очень не хотел. Цоканье острых ложноножек по бетону.
— ВСЕМ НА ПОЛ! — заорал Антон. И сразу же принялся палить куда — то в темноту, пользуясь преимуществом своих биомодификаций.
А. Н. бессистемно водил стволом и закрепленным на нём фонариком, пока не увидел на потолке тварь. Большой белый кордул с проломами, сочащимся чем — то жёлтым. Он быстро преодолел расстояние до середины колонны. Оторвался, удерживаясь только задними ложножвалами. Схватил так и не назвавшего своё имя, воющего и отчаянно бьющего по хитину диггера массивными челюстями за голову.
Некоторое время парень сопротивлялся, но вскоре челюсти взяли своё и прокусили кость. Тело обмякло, Хильдур взяла очень высокую ноту.
Энигма оттолкнул Эрнеста и убежал во тьму тоннелей, под женский крик:
— Энигма! Вернись, трусливый пидор!
Эрнест же воспользовался возможностью, и всадил в брюхо твари три выстрела. Один за другим. Всадил бы и ещё три, но она упала на землю и бросилась прямо на детектива. Драгоценные секунды он потерял, пытаясь прицелиться наверняка, а дальше кордул прыгнул.
Эрнесту живот с трёх сторон сдавили челюсти, тело, повинуясь импульсу, пролетело с сороконожкой метров пять. Увидеть матерящегося Антона, судорожно запихивающего патроны в магазин. Вспомнить уроки боевой подготовки и многочисленные симуляции. Сопротивляться.
Не дать твари мотать головой — хаотичными ударами по глазам. Пинать в незащищённый живот. Рвать вибрирующие длинные усы, удивиться прочности. Отломать одно, почувствовать прекращение давление. Ударить один раз кулаком, другой, третий, не слышать шипения выдвигающегося раубтира — заклинило. Почувствовать, как броня с неприятным скрежетом продавливается, сминается, раздирается, и тело заливает мерзкая горячая жидкость. Кровь? Ихор? Неважно. Бить, снова бить, выламывать остатки усиков, увидеть нацеленные в шею толстые жвала, схватить их двумя руками