Экспаты

Павон Крис

Декстер уже добрался до офиса. Если он первым делом проверяет записи с камеры наблюдения, стало быть, он уже все знает.

Кейт, вероятно, уже сотню раз смотрела на свой мобильный, опасаясь, что пропустила звонок Декстера, каждый раз ожидая увидеть на экране сигнал голосовой почты и услышать его гневный вопрос: «За каким чертом ты залезла в мой офис?!» Но сигнал так и не появлялся. Единственным, кто ей позвонил, оказалась Джулия. Кейт не ответила, а Джулия не оставила никаких сообщений.

Декстер отправился на работу позже, чем обычно, и домой вернулся тоже раньше обычного.

— Я утром лечу в Лондон, — сообщил он. — На какой-то

период времени это будет моя последняя поездка. Последняя командировка. Но на уик-энд мы едем в Амстердам, ты не забыла?

— Конечно, я помню, — ответила Кейт.

Эту поездку в Амстердам Декстер готовил сам, намереваясь встретиться там со своим старинным другом, собравшимся туда по делам; это был его коллега, с которым они вместе начинали заниматься внутрисистемным программированием. Они связались через Интернет и решили, что будет здорово увидеться после стольких лет, да еще в Европе.

Так что это стало первой поездкой, которую Кейт не готовила сама, ничего не заказывала и не бронировала прямо из дома. С компьютера, которым Джулия однажды пользовалась в течение десяти минут, чтобы проверить свою электронную почту, когда у нее отрубился Интернет.

Декстер встал задолго до рассвета. Кейт оставалась в постели, лежала, не двигаясь, и смотрела на темную стену, пока он спешно принимал душ и одевался. И поднялась, только услышав, как хлопнула, закрывшись, входная дверь.

И начала свои расследования в предрассветной мгле — полезла в компьютер. Открыла страничку их текущих банковских счетов — один здесь, в Люксембурге, другой в Вашингтоне. Американский счет имел минимальную онлайновую защиту — ничего особо сложного, всего лишь имя пользователя и пароль. А вот люксембургский требовал длинного и сложного имени пользователя, целой цепочки бессмысленных цифр и букв. За ним следовал аналогично сложный пароль. Затем на экране возникала замысловатая таблица, которую требовалось правильно заполнить, чтобы получить доступ к данным, и Кейт надо было вставить в нее нужные цифры и буквы ключа, напоминающего пазл.

Если такая бодяга необходима для их счета на одиннадцать тысяч восемьсот девятнадцать евро, то можно себе представить, что за сложности вводятся для счета на пятьдесят миллионов евро. На пятьдесят миллионов украденных евро. Такого рода коды и пароли слишком сложны, чтобы Декстер их запомнил; чтобы вообще кто-то мог их запомнить. Значит, где-то должны храниться записи номеров счетов и программ обеспечения их безопасности. Вряд ли они находятся в его офисе в административно-офисном центре, окруженном со всех сторон разными службами охраны и правопорядка. В это здание нетрудно попасть, вломиться, его легко захватить и закрыть, а имущество конфисковать.

Значит, он хранит эту информацию здесь, в квартире.

Кейт начала открывать все файлы на жестком диске и внешних носителях, высматривая аналогичный набор букв и цифр, но предназначенный совсем для другого счета.

Когда час спустя проснулись голодные мальчики, Кейт еще ничего в компьютере не обнаружила. Иного она и не ожидала. Как говорил Декстер, влезть можно в любой компьютер. Стало быть, следует действовать терпеливо и тщательно.

Код должен быть где-то здесь.

Ей потребовалось два часа, чтобы просмотреть содержимое ящика с папками, проверить каждый клочок бумаги, каждый конверт и скоросшиватель в поисках написанных от руки заметок, листы

формата А1 с распечатками на их домашнем принтере, каракули, нацарапанные на телефонных счетах, куда Декстер мог занести свои коды.

Ничего.

Кейт занялась книгами, которые он привез с собой из Штатов — несколько романов, словари, путеводители, инструкции к домашней технике. И обнаружила лишь, что он особенно восхищается несколькими пассажами из «Конфедерации идиотов». [81]

Она исследовала все записные книжки, разбросанные по квартире, маленькие и средней величины блокноты мальчиков, большие альбомы и огромные рисовальные планшеты, стараясь при этом не отвлекаться на их живописное искусство. Бен, например, как раз проходил этап портретной живописи, обращая особое внимание на носы своих персонажей.

81

Роман американского писателя Джона К. Тула, получивший в 1981 г. Пулитцеровскую премию; классика современной американской литературы.

Счета из их американского банка, балансовые справки, корешки чеков. Фотоальбомы. Паспорта детей. Прикроватная тумбочка. Шкафчик с аптечкой. Карманы пальто. Ящики кухонных шкафов.

Ничего.

В половине одиннадцатого Декстер вернулся из Лондона совершенно вымотанный. Казалось, он уехал несколько лет назад, а не нынче утром. Они едва успели поговорить — полет прошел нормально, все встречи состоялись, — прежде чем он свалился в постель с толстенной книгой на груди — огромным томом сводок с финансовых рынков.

Он все еще ни словом не обмолвился о записи с видеокамеры в своем офисе. И вообще не сказал ничего, имеющего хоть какое-то значение.

Она тихо легла рядом с ним, взяла журнал, открыла оглавление, полистала страницы, пытаясь читать, но лишь скользила взглядом по словам и фотографиям.

Декстер скоро заснул. Кейт не отрывала глаз от журнала, просто убивая время, тихонько переворачивала страницы и все смотрела на фотографии, словно пытаясь разбить изображения на составляющие их пиксели, на абстрактные формы и цвета. Это был глянцевый журнал двухмесячной давности, полученный из Штатов, — сплошные устаревшие сплетни из жизни разных знаменитостей и безликие комментарии вроде как из области культуры, а еще длиннющий текст якобы политического характера, словно пришедший не просто из другой страны и с другого континента, но вообще из иного мира. С планеты, где она когда-то жила, но теперь не в силах узнать.

Кейт подождала минут пять после того, как Декстер сонно засопел, и тихо выбралась из кровати.

Она на цыпочках спустилась вниз, в темноту. Достала его бумажник, отнесла в ванную и закрыла за собой дверь. Вынула из него все, что там было, один предмет за другим: кредитные карты, удостоверение личности, счета и чеки, разнообразные банкноты.

Кейт изучила все это и ничего не обнаружила.

Потом сняла полотенце с крючка в кухне и отнесла его на письменный стол, где заряжался мобильник Декстера — на зарядном устройстве горел красный глазок. Завернула телефон в полотенце, чтобы приглушить звук сигнала, когда она отсоединила его от зарядника. Вернулась в ванную, села на унитаз и проверила память аппарата: все полученные и исходящие звонки, все записи, дающие возможность набрать и упрятать в память набор цифр или букв.