Эксперимент
Шрифт:
– Ты чего так рано? – актриса называется. То есть других вопросов, как и моих аналогичных ответов в арсенале не имеется?
– Освободился пораньше и захотел приехать. Ты против?
– Нет, просто неожиданно. Я тут вкусняшек нам купила.
– Я не голоден, – вырываю пакет из ее рук. – Помнишь, ты на днях мне задолжала очередное проигранное желание в карты?
– Ой, память девичья, не помню.
– Ну, ну. Я придумал, что хочу. Массаж.
– Надеюсь, не простаты?
– Нет, классический. Хочу посмотреть, как в итоге будет крепка
– Окей. Руки-то дашь помыть? – киваю. – Ну раздевайся пока. Только не смей снимать трусы.
– А то что, не сдержишься?
– У меня сериал через полчаса. Не обольщайся.
Явилась ко мне Наталья полураздетая. То ли «крепость» хочет пасть, то ли, судя по тому, как она забралась на меня, ее бы просто сковывала одежда.
– Рельсы-рельсы, шпалы-шпалы… Ехал поезд запоздалый. Из последнего окошка вдруг посыпались горошки…
– О нет, давай без гусей и кур. Я имел в виду эротический массаж.
– Ничо не знаю. Надо было уточнять на берегу, – шепчет мне на ухо, прикусывая мочку. А затем начинает щипать мне спину.
Смеемся ровно до тех пор, пока Наташа не произносит громкое:
– Цыц, мне брат звонит.
И ведь замер. До того момента, пока не почувствовал, что Наташа резко с меня слезла.
– Слава, вставай, живо одевайся и дуй на этаж выше меня. У меня брат придет через минуту, – а что сразу один, а не с невестушкой? – Пожалуйста, не злись. Я не хочу, чтобы он тебя сейчас увидел. Чуть позже. Он просто не одобрит мой выбор сорокалетнего мужчины на данном этапе. Не обижайся, умоляю, – твою мать!
Встаю с кровати и начинаю искать вещи. Ну вот он реальный шанс прекратить все это здесь и сейчас. Зачем ведусь на эти глупые мольбы?
Правда, когда в дверь позвонили, а я успел только взглядом найти одежду, как-то перехотелось знакомиться в таком виде.
– Давай под кровать.
– Совсем ебнулась? Я туда даже не влезу. В ванной пересижу.
– Стой! – резко хватает меня за руку. – Миша всегда моет руки. Это будет ужасно, если он там тебя обнаружит. Давай в шкаф, ты туда точно влезешь.
– А не пошла бы ты… бляха муха, не могу поверить, что на это ведусь.
– Я тебя за это орально отблагодарю. Вот прям сегодня, – складывает ладони в молитвенном жесте. – Клянусь.
Как только я залез в шкаф, сразу осознал, насколько у меня дебильное положение. А уж когда по ту сторону шкафа услышал голос не братца, а невестушки, так вообще подохерел…
Глава 31
– Ты не рада? – обеспокоенно интересуется уже не моя невестушка. Конечно, Наташа «рада», аж прыгает от счастья, а я вместе с ней.
– Я просто не тебя ждала. Миша звонил только что, сказал, что будет через минуту у меня, вот я и подумала, что это он.
– Кошмар. Он запретил мне выходить из дома, если меня тут увидит, то мне будет очень плохо, – нет, мямля, плохо будет мне. – Что теперь делать?!
– Срать, да бегать.
– Можно я где-нибудь спрячусь? В ванную? – главное не в шкаф!
– Нет, Миша всегда моет руки. Лезь под кровать. Только не в шкаф! – хорошо, что мозг еще работает.
– Ага.
Рано радовался. Ой рано. Когда в шкафу появилось еще одно тело и оно зашевелилось, светя на меня телефоном, у меня вся жизнь пронеслась перед глазами. Дебильнее ситуации не придумать. Ну, разве что вопящая Маша при виде меня. Ан нет, она в очередной раз меня удивила, произнеся едва слышимое:
– Здрасте.
– Рыбой по мордасте, – шепчу в ответ. По-хорошему, надо выбираться из шкафа прямо сейчас. Все равно мямля выдаст, что мы знакомы, как только выползем отсюда.
– Как поживаете? – слышу слева от себя. Долбанутая. На всю голову. У меня настолько нет слов, что я тупо поднимаю большой палец вверх. – Как вам курс доллара? – вот, что должно быть у человека в голове, чтобы он поинтересовался такой ерундой?
– Курс доллара и евро – херня. Погода аналогично. Экология меня не интересует, на мой век хватит. Какую еще херню ты собираешься меня спросить?
– Как вам цены в магазине? Вареная колбаса сильно подорожала за последний месяц, – нет слов…
Указательный палец сам собой поднялся к виску, и я начал крутить им, показывая всю степень долбанутости этой девицы.
– А вы тут какими судьбами? – да неужели какой-то дельный вопрос?
– Решил прикупить себе шкаф, смотрю дверь открыта у соседки, зашел измерить размеры шкафа. И вот я тут. Хватит светить мне в глаза, – шепотом произношу я, одергиваю ее руку. Вместо того, чтобы догадаться, что я тут делаю, Берсеньева не стесняясь рассматривает мой низ. – Чего вылупилась?
– Вы без штанов, что ли?
– Без.
– Ужас.
– Ужас бы был, если я был без трусов.
– Подождите, вы и есть тот Наташин террорист?
– Кто?
– Парень Наташи? В смысле мужчина, – ах, ну да, ебарь-террорист.
– Надо же, ты умеешь что-то додумывать. О, а вот и «отец» пришел, – чуть ли не с хохотом произношу я, услышав по ту сторону шкафа мужской голос.
– Чей? Ваш?
– Если мой, то дела хуже, чем я думал.
– Почему?
– Потому что мой умер.
– Значит мой?
– Твой.
– А как он здесь оказался? Следит за мной?
– Вероятнее всего, – м-да… троллить эту девчонку приятно, даже находясь в шкафу и без штанов.
– Это голос не моего папы. Это голос… моего бывшего охранника.
– И?
– Что и? Вы тупой, что ли? Он не мой отец.
– Как не твой? – саркастично бросаю я. – А чего он тогда твоим папашей представлялся, а ты поддакивала?
– Как вы…
– Поживаю? Бывало и лучше. А вообще заткнись, будем надеяться, что твой «охранник», пал жертвой любви и настолько отупел, что не заметит ни моих следов, ни твоих. И я поживу спокойно хоть еще недельку.