Эксперт № 03 (2014)
Шрифт:
А наши институты либо вспомнят, ради чего они когда-то и кем-то были придуманы, либо останутся коллекцией вторичных артефактов, с опозданием имитирующих чужую успешную историю. По ироничному замечанию одного из ведущих экспертов в сфере инноваций, заместителя генерального директора Межведомственного аналитического центра Юрия Симачева , высказанному им недавно в эфире Page42, «у нас очень красивая и эстетичная инновационная политика в узком смысле: инновационные инструменты, стимулирование, предложение инноваций. Но только если куда-то выбросить или поменять внешнее окружение в виде неэффективных институтов, невнятной технологической политики и неразвитой конкуренции».
Conditions sine qua non
На наш взгляд, первая и важнейшая — восстановление полноценного контура отраслевой и прикладной науки . Отечественной промышленности понадобятся технологическое импортозамещение и полноценные отечественные НИОКР в целом ряде отраслей (от нефтехимии до микроэлектроники). Система отраслевых НИИ практически полностью уничтожена. Часть их потенциала подхвачена корпорациями, но создать мощную корпоративную науку по широкому отраслевому спектру пока не удалось. Некоторые их функции возлагались на университеты, которые стимулировались, и местами удачно, с помощью 218-го постановления и других мер. Однако пока успехи университетов точечные и скромные, в том числе по причине многолетней стагнации отечественной системы инженерного образования. Необходимо провести масштабный аудит остатков отраслевой и прикладной науки прежде всего в интересах приоритетных отраслей и, возможно, создать единый центр управления и развития этой сферы; президент РАН Владимир Фортов говорил нам в интервью о необходимости воссоздания ГКНТ (см. «Эксперт» № 35 за 2013 год).
Задача вторая — конкурентоспособный отечественный инжиниринг . Пока мы не слишком заметны на этом рынке, отечественные решения, разработанные нашей отраслевой и прикладной наукой, не будут иметь надежного канала продвижения. Впрочем, в этом направлении уже многое делается и бизнесом, и государством.
Третья задача — целенаправленная политика в отношении быстрорастущего технологического среднего бизнеса , работающего на интересы внутреннего контура (вариант такой политики мы предлагали в № 36 за 2010 год, см. «Рождение национальной инновационной системы»). Он вырос в конкурентной среде, правильно угадал направление движения в сегодняшней ситуации межсезонья, уже давно работает в парадигме эффективности и не обременен излишними обязательствами и связями с частью элиты, поддерживающей второй сценарий. То есть достаточно свободен. Именно из этой среды могут выйти новые чемпионы для третьего сценария.
Четвертая задача — внятная технологическая политика государства . От заявлений о необходимости ресурсо- и энергосбережения, повышения экологической ответственности и ставки только на эффективные технологии необходимо перейти к практике многолетних технологических коридоров, уже несколько лет успешно внедряемой в развитых странах. Первые попытки построить такие коридоры у нас в области моторных топлив и источников освещения закончились неудачно из-за недооценки системности работы этой, казалось бы, простой технологии регулирования (подробнее см. «Форсайт», т. 5, № 1, 2011).
И наконец, задача пятая — развитие элитного инженерного образования . Вообще, в третьем сценарии STEM-образование (Science, Technology, Engineering, and Mathematics) — одна из ключевых тем. Во многих промышленно развитых странах полным ходом идет разработка долгосрочных национальных стратегий в этой сфере (например, в мае 2013 года Национальный научно-технологический совет США представил пятилетний
Третий сценарий — самый сложный с точки зрения управленческих компетенций и наверняка потребует решения гораздо более длинного списка проблем. Но давайте начнем с перечисленных, впереди много работы и у нас, и у мира. В своей последней прошлогодней статье, опубликованной в журнале Environmental Innovation and Societal Transitions, Карлота Перес призвала всех поторопиться и с сожалением констатировала, что «до сих пор далеко не все готовы признать тот факт, что период беззаботного веселья девяностых и нулевых окончательно завершен».
Эсперанто международных сравнений
Свежие данные расчетов паритета покупательной способности валют позволяют уточнить место экономики России в СНГ и в мире, а также корректно оценить норму накопления в отечественном хозяйстве: она существенно ниже, чем в развитых странах
section class="box-today"
Сюжеты
Фондовый рынок:
Во что вкладывают деньги основные инвестфонды
Брокерам хорошо, трейдерам — не очень
/section section class="tags"
Теги
Косарев Андрей
Фондовый рынок
Долгосрочные прогнозы
Вокруг идеологии
Финансовые инструменты
Курсы валют
Россия
/section
В декабре минувшего года Статкомитет СНГ опубликовал краткие итоги очередного трехлетнего цикла расчетов для международных сопоставлений — по данным за 2011 год. Результаты дают основу для интересного анализа. Например, пересчет ВВП стран в рубли по паритету покупательной способности (ППС) валют подтверждает, что в России производится практически три четверти общего ВВП стран СНГ. Около 9% в 2011 году приходилось на долю Украины, около 8% — на долю Казахстана.
Важнейшая характеристика экономического состояния страны — ВВП на душу населения. Среди стран СНГ Россия занимает первое место по этому показателю. В 2011 году он составил 390,3 тыс. руб./чел., в Таджикистане (в пересчете по ППС) — в десять раз меньше, 38,9 тыс. руб./чел. При этом немалый интерес представляет динамика этого показателя относительно 2005 года. Наибольший скачок совершил Азербайджан: если в 2005 году его ВВП на душу населения составлял менее 50% среднего уровня по сопоставляемым странам, то в 2011-м он превысил 90%, практически сравнявшись с ВВП на душу населения в Белоруссии (см. график 1).
Активное экономическое развитие Казахстана в этот период также обеспечило существенный рост ВВП на душу населения — до 117% по сравнению со средним уровнем. Это укрепило позиции Казахстана, уступающего лишь России, где данный показатель составляет 127%.
Войти в пятерку
Одним из центральных вопросов, ответить на который позволяет анализ данных о паритете покупательной способности валют, является вопрос о месте, которое занимает в мире та или иная страна по масштабам своей экономики. В связи с тем что итоги Глобального раунда сопоставлений по данным 2011 года (см. «Кто и как считает ППС» ) будут опубликованы не ранее марта 2014 года, о месте России пока можно говорить лишь в форме предварительной оценки.