Эль-Ниньо
Шрифт:
Тут я и сам услышал, как с верхнего этажа надстройки, где располагались каюты капитана и старпома, доносятся крики.
По лестнице скатился индеец и бросился ко мне, схватил меня за грудки, начал трясти и что-то орать.
С мостика прибежали Дед и Иван, старший механик держал в руках топор.
– А ну прочь! – Дед сделал угрожающий замах.
Индеец быстро меня отпустил, захохотал и с криками побежал по коридору. Я опять услышал слово «Эль-Ниньо».
– Они все там наверху собрались, – сказал Иван. – Наркоманы чертовы!
– Этого нам на хватало! – Дед в сердцах выругался. – Шутов – со мной наверх. Студент здесь. Следи за обстановкой, смотри, чтобы на мостик не полезли.
Дед и Шутов поднялись по лестнице, я остался один. В голове была каша, меня не оставляла мысль: что-то еще произойдет. От Эль-Ниньо нельзя ни убежать, ни уплыть, ни улететь.
Дед появился на лестнице совсем быстро. Я не поверил глазам – он смеялся!
– Ну, Шутов! Бунт, говорит, на корабле! Кухонная душа!– Да что случилось-то?!
– Что случилось? Баба у нас родила! – проревел
– Что делать-то? – вот тут я по-настоящему испугался.
– Что делать? Воду кипятить! Давай-ка, займись. Это уже по научной части!
Когда я снова появился на мостике, «Эклиптика» была уже далеко от берега.
– Как там обстановка? – спросил Дед.
– Нормально. Ребенок в порядке. Мальчик. Спят сейчас вместе с матерью.
– А остальные как?
– В столовой тоже все нормально. Только... нервничают там.
– Боятся, что ли?
– Есть маленько.
– У тебя кинолебедка на ходу? – спросил Дед.
Кинолебедка не подвела. Я привычными движениями протянул между роликами пленку, повернул переключатель, и в полумраке столовой раздалось знакомое натужное стрекотание.
Ростовы давали бал. Ярко горели свечи, играла музыка. Молодежь с упоением танцевала. Обнаженные плечи дам, веера, эполеты – все сливалось в радостный бурлящий вихрь. Вот только звук плавал и запаздывал.
2004 – 20 11, Москва – Копенгаген – Цюрих