Элантида
Шрифт:
Сын Илидора резко обернулся, одарив темного эльфа взглядом, полыхающим праведным гневом.
Дани, ничуть не смутившись, продолжал:
– То, что ты что-то там не чуешь - это еще не показатель. Во-первых, как я только что упомянул, мы накрыты куполом, созданного именно для этих целей - чтобы никто не мог нас 'прочуять'. Во-вторых, прости, но ты еще не совсем пришел в себя после возвращения тебе магического потенциала, так что на это тоже стоит сделать скидку. Если долго не пользоваться магией, иногда приходится самые простые вещи осваивать заново - это нормально. И в-третьих,
Эльстан грустно вздохнул.
– Ну вот и славненько, - кивнул Дани.
– Только теперь я кое-чего не понял. Высочество, объясни мне на пальцах, только спокойно, вдумчиво, и без пафоса - эта самая связь между всеми эльфами есть, или только между родственниками? И в чем она выражается?
Принц неуверенно пожал плечами.
– Мне сложно сказать... она просто есть. Между родственниками она вполне ощутима, а между всеми остальными иногда вообще незаметна... А вот какова ее природа, прости, но даже не знаю - как-то не задумывался, - смутился Эльстан.
– Да ладно, не тушуйся, - подмигнул ему Дани.
– Мне просто интересно стало - а почему я тогда ничего такого не чувствую? Я ж вроде тоже эльф, да и с магией у меня все в порядке... Ну, понятно, что с родичами у меня как-то не задалось, но... теоретически же они где-то есть? Или нет? Или я просто дефективный?
– Данириэль, ну что ты на себя наговариваешь!
– возмутился принц.
– Может быть, это нужно развивать с раннего детства... А может быть, у тебя есть это чувство, но ты не знаешь, что это такое...
Темный эльф пожал плечами.
– Ну, что есть, но не знаю - это вряд ли... что ж я дурак совсем, чего-то чувствовать, но не понимать - чего? А может, его у меня просто нет - не развили вовремя, оно и того - накрылось. Ну и фиг с ним, нет, так нет. Зато у меня масса других достоинств, да, Джен?
– Не то слово, - хохотнула я.
– Знаешь, в Изначальном мире, если в человеке есть что-то особенное, неповторимое, какая-то индивидуальная черта, отличающая его от всех остальных, это называют 'изюминкой'. Так вот в тебе этих изюминок...
– Короче, ты у нас, практически, кекс, - перебил меня Таш.
– Да что там кекс, в кекс столько не поместится!
– рассмеялась я.
– Ну тогда - склад, - согласился Таш.
– И не стыдно вам?
– развеселился Дани.
– Взрослые серьезные боги, совсем засмущали маленького скромного эльфа.
Вот тут уже мы все дружно покатились со смеху. Громче всех, как ни странно, смеялся Корд. Хотя - почему странно? Он-то как раз знал этого 'скромного эльфа' как никто другой...
Таш под шумок обнял меня за талию.
– Господин Лантрэн, вы, случаем, не обознались?
– усмехнулась я.
– Думаю, что нет, - игриво мурлыкнул маг.
– 'Думаю'?
– я с наигранным удивлением хлопнула ресницами.
– Значит, это я обозналась.
– Лана, ты опять?!
– он, было, взвился, но тут же успокоился и расплылся в довольной улыбке.
– Хотя нет, продолжай. Мне так даже больше нравится. Ты сейчас такая язвительная, такая злющая, такая...
– его взгляд мечтательно затуманился, - горячая... А раньше ты была такой тихой, такой мирной... такой нудной...
– Что?!
– я резко развернулась к нему, попыталась вырваться из его объятий, треснув его по руке, но успехом моя попытка не увенчалась, наоборот, привела Таша в неописуемый восторг, он перехватил руку и прижал меня к себе еще крепче, явно наслаждаясь моим бешенством.
Меня это, конечно, же, возмутило, я стала высказывать о нем все, что думаю, не скупясь на выражения и подкрепляя свои слова довольно решительными действиями. Хотя, признаюсь, политику я избрала не то, чтобы неверную, но... явно провальную, причем, изначально. Это было понятно всем - и Ташу, и хитро улыбающемуся Витольду и живо заинтересовавшемуся нашей возней Дани, и... мне.
Бог магии был очень красив... нет, он был безумно красив! Его красота была дикой и необузданной, такой же, как его сила, наполняющая рельефные мышцы и рвущаяся наружу, как его мощь, струящаяся по жилам, пробегающая едва заметными искорками по гладкой загорелой коже, путающаяся в роскошной гриве его волос цвета воронова крыла... как его страсть, вздымающая его мощную грудь, обжигающая его учащенным дыханием, испепеляющая взглядом его карих глаз, в которых было... О боги, сколько всего в них было!
Я не знаю, что он прочел в моем взгляде... Честно говоря, в тот миг я вообще перестала понимать, где я, кто, в каком времени, мире, это было не важно. Я видела перед собой только его пламенеющие глаза. Я вдыхала только потрясающий аромат его кожи. Я слышала только бешенный стук его сердца и... грохот, с которым Дани, наконец, свалился с кресла.
То, что Таш не запустил в него молнией или не спалил струей огня, можно было объяснить только фантастической везучестью несносного мальчишки. Он только взвыл, как подстреленный бизон и разразился таким набором ругательств, от которого темный эльф застыл каменной статуей, причем, надо сказать, отнюдь не от страха. После чего бог магии тряхнул гривой и вылетел... нет, если быть точнее - стремительно, но гордо, с видом оскорбленного достоинства - покинул комнату.
Проводив взглядом обиженного на весь белый свет кавалера, я повернулась к виновнику переполоха.
Он все также сидел, накрытый опрокинувшимся креслом, вытаращив глаза и не произнося ни звука - казалось, даже не дышал. Впрочем, он был такой не один. Вид взбесившегося Лантрэна кого хочешь дара речи лишит, - мелькнуло у меня в голове, и я не ошиблась - все присутствующие являли собой очень выразительную композицию 'гнев божий', замерев в том положении, в котором застал их 'боевой клич' Таша, только их взгляды были устремлены в сторону двери, словно никто не мог поверить, что он, наконец, ушел. Да уж, вот кого на Гаронда надо выпускать, без всякой армии... Или...