Элантрис

Сандерсон Брендон

«Интересно, он узнал меня? – Раоден наблюдал, как Йена занесло по пути. – Или он помнит только жест?»

Проверить ему так и не довелось. Повисев над ладонью, сеон потерял интерес и отлетел в сторону.

– Ох, дружище, – прошептал принц. – А я думал, что шаод жестоко обошелся только со мной.

Глава одиннадцатая

На приглашение Киина откликнулись всего пятеро. Люкел нахмурился, увидев, как мало собралось дворян.

– На собрания Раодена приходило

не менее тридцати. Я не надеялся, что придут все, но пятеро? Мы потратим время впустую.

– Пятерых достаточно, сын, – задумчиво откликнулся Киин, выглядывая из кухонной двери. – Их мало, но пришли лучшие из нашего круга – самые могущественные и мудрые мужи Арелона. Принц умел привлекать на свою сторону умных людей.

– Киин, старый медведь! – позвал из столовой один из пришедших, статный мужчина с сединой в волосах, одетый в строгую военную форму. – Ты собираешься нас кормить? Доми свидетель, я явился только ради твоего жареного поросенка.

– Поросенок уже на вертеле, Иондел, – откликнулся теоданец. – И я готовлю для тебя двойную порцию. Уговори свой желудок потерпеть еще чуток.

Военный расхохотался и похлопал себя по животу, который оставался плоским и подтянутым, как у юноши.

– Кто это? – спросила Сарин.

– Граф Ионской плантации. Люкел, сходи проверь мясо, пока мы с твоей кузиной посплетничаем о гостях.

– Конечно. – Люкел взял у отца кочергу и удалился в глубину залитой светом очага кухни.

– Иондел – единственный после принца, кто открыто противостоит королю и не боится наказания, – продолжал Киин. – Он помешан на военном искусстве и завел собственную армию; у него пара сотен солдат, и они прекрасно вышколены.

Сквозь приоткрытую дверь кухни Киин указал на человека с темно-коричневой кожей и тонкими чертами лица.

– Это барон Шуден, рядом с Ионделом.

– Джиндосец?

Дядя кивнул.

– Его семья переехала в Арелон лет сто назад, и они нажили капитал, прокладывая торговый путь между Джиндо и Арелоном. Придя к власти, Йадон предложил им баронство в обмен на услуги их караванов. Отец Шудона умер около пяти лет назад, а сын очень привержен древним традициям. Он считает, что методы нынешнего короля противоречат заветам Шу-Кесег, поэтому и согласился на нашу встречу.

Рассматривая Шудена, Сарин задумчиво потерла щеку.

– Судя по цвету кожи, он истинный джиндосец. Если это так, мы можем заполучить ценного союзника.

– Так считал и твой супруг, – согласился Киин.

Принцесса поджала губы.

– Почему ты называешь Раодена моим супругом? Я знаю, что я замужем. Не надо постоянно об этом напоминать.

– Ты знаешь, но не веришь.

Либо Киин не заметил ее вопросительного взгляда, либо решил не обращать внимания, но он продолжил представлять гостей, как будто ничего не случилось.

– Рядом с Шуденом стоит герцог Ройэл с плантации Ял. – Дядя кивком указал на самого старшего из присутствующих. –

В его владении находится город Ялд – второй по богатству после Каи. Из всех собравшихся он наиболее влиятелен и умен. Ему не нравится мысль о действиях против короля, но они с Раоденом были большими друзьями. Их дружба зародилась еще до реода.

– Тогда зачем он пришел сегодня?

– Ройэл – хороший человек. Он понимает, что правление Йадона губит страну. Но в целом, мне кажется, он приходит от скуки.

– Он втянулся в заговор потому, что ему скучно? – удивленно спросила Сарин.

Киин пожал плечами.

– Когда проживешь на свете много лет, прежние занятия начинают приедаться. Герцог всю жизнь вращался в политических кругах; ему не уснуть спокойно, если он не замешан в десятке-другом рискованных интриг. До реода Ройэл управлял Ялдом и остался единственным из назначенных элантрийцами градоправителей, кому удалось сохранить пост после восстания. Еще он невероятно богат – Йадон опережает его только потому, что добавил к личным заработкам собираемые с королевства налоги.

Сарин рассматривала герцога и смеющихся над его шутками гостей. Ройэл казался по-юношески шумным и озорным и совсем не походил на пожилых государственных мужей, выдержанных и переполненных ощущением собственного достоинства. Несмотря на небольшой рост и хрупкое сложение, казалось, что он возвышается над собеседниками, смеясь и встряхивая редкими седыми локонами. Только один из приглашенных не поддавался обаянию герцога.

– Кто сидит рядом с Ройэлом?

– Тот плотный мужчина?

– Плотный? – переспросила, приподняв бровь, Сарин. Мужчина был настолько толст, что его бока свисали со стула.

– Мы, толстяки, вежливо относимся друг к другу, – с улыбкой ответил Киин.

– Но, дядя, – сладко промурлыкала принцесса, – ты совсем не толстый. У тебя просто крепкое сложение.

Киин испустил скрипучий смешок. Сарин с детства привыкла к его сиплому голосу, но до сих пор не знала, отчего он таков.

– Ладно. Господина крепкого телосложения зовут граф Эхан. Глядя на них, не догадаешься, но они с герцогом давние друзья. Или давние враги, я все время путаю.

– Разница существенная, дядя.

– Не особенно. Они настолько привыкли ссориться и препираться, что не смогут жить друг без друга. Надо было видеть их лица, когда они осознали, что их мнения по поводу короля сходятся; Раоден смеялся несколько дней после первой общей встречи. Он разговаривал с каждым по отдельности, они пообещали поддержку и пришли на собрание в полной уверенности, что утрут другому нос.

– Так почему они не выйдут из общества?

– Оба согласны с нашими взглядами. Не говоря о том, что им вроде нравится компания друг друга; или же они шпионят за друг за другом, с ними никак не поймешь. – Киин пожал плечами. – В любом случае, они помогают делу, а мы не жалуемся.