ЭлектроРод
Шрифт:
Вениамин Градов вышел на связь и сообщил, что нашёл всё, что мы просили купить, да и покупателей на наш полимер он тоже нашёл. Так что какие-то ресурсы и деньги у нас были. По крайней мере рабочим и гвардейцам, которые были не автоматонами, мы платить могли. Всё шло своим чередом, пока Кукша не сообщил, что прямо на нас движется огромная мобильная крепость Парамонова.
Я уже и забыл о старике. И думал, а где-то в глубине души надеялся, что и он забыл за нас. Много раз прокручивая в голове наши диалоги, я понял, что мне не нравится обращение этого старика. И хотя внутренний голос говорил, что так дела не ведутся,
Глава 23
Как того требовал этикет, мы дождались, пока мобильная крепость Парамонова прибудет в окрестности Южно-Енисейска. Затем старик пересел на вездеход, и направился к нам. Мы же на процессии из багги выдвинулись ему на встречу, чтобы перехватить его на пол пути.
— Сынок! — воскликнул Парамонов, когда наша техника выстроилась друг напротив друга, и мы вышли встретить его.
— Сынок? — произнесла с недовольством Нина.
Широкими шагами дед преодолел расстояние между нами и заключил меня в объятия, как будто мы и правда были каким-то родственниками.
— А я всё гадал, продержишься ли ты тут без меня? — отечески произнёс он, покончив с объятиями и держа меня за плечи, видимо, чтобы я ненароком не убежал.
— Спасибо, жив и здоров, — ответил я, пряча боль от ушибленных рёбер, которая пронзила меня, в момент стискивая груди в объятиях.
— И это хорошо, хорошо, — похлопал он меня по плечу.
— Как ваши дела? — поинтересовался я для соблюдения приличия.
— У-у-у, — закатил глаза Кузьма. — Обложили по полной. Куда не сунусь, за всё приходится воевать. Глотки грызть своим врагам. А теперь таких много, все подумали, что Парамоновы сдались, слились. Но нет, они ещё удивятся, когда мы начнём наносить ответные удары. Ты представляешь, что мне сказал этот чёртов Рудин, когда я ему высказался по поводу атаки…
Парамонов всё говорил и говорил. Мне было уже сложно сосредоточится.
— … так что, когда я им сказал, что скоро наши рода объединяться, у них глаза на лоб полезли, — закончил дел, молодцевато ухмыльнувшись.
— Наши рода объединяться? — тут уже у меня полезли глаза на лоб. — А разве речь не шла просто об ответной помощи, оружием там или технологиями, — я обернулся к Валере. Тот поднял взгляд к небесам и просто с профессиональной увлеченностью рассматривал облака.
— Это если бы там приехал, пару гаек отвинтил, — заметил Кузьма. — А ты мне жизнь спас… ну и внучке моей. Я теперь у тебя навечно в долгу, — заметив мою задумчивость, старик схватил меня и повёл к своей машине. — Да не тушуйся, — громко проговорил он. — Сейчас закатим пир, а там поговорим о делах.
— Просто принц в сияющих доспехах, — отметила Нина, когда меня бесцеремонно уводили. И такая на меня злость взяла за её слова. Что там говорил Кузьма? Женится на его внучке? Вот женюсь, чтоб Нина была не единственной и не самой любимой женой. Начерта я вообще этот Южно-Енисейск отстраиваю? Мало полуразрушенных городов на планете?
* * *
Пир мы правда закатили. Правда не слишком шикарный. В нём участвовали только представители обоих родов. Гвардейцев с постов мы, естественно, не снимали. А те, кто сейчас были не на посту, получили усиленный паёк и немного алкоголя. Всеволод
— Я так думаю, — проговорил Кузьма. — Нам нужно объединить род. Ты парень хороший, цели у тебя правильные и пойдёшь ты далеко, тебе нужна партия. Моя внучка согласится выйти за тебя замуж, а твоя сила вкупе с технологиями Парамоновых поможет нам выдавить наших врагов хоть в Арктику, пусть там себе задницы морозят, — подмигнул дед.
— Вы наверное не совсем осведомлены, кто наш враг, — заметил я осторожно. По правую руку от меня сидела Нина, тяжко дышала, ничего не ела и не пила.
— Это ты зря, — указал на меня пальцем Кузьма. — Мы можем его не любить, можем его ругать или делать вид, что в составляем ему оппозицию, но воевать против него — всё равно, что рубить сук, на котором сидишь. Император во главе всей этой родовой системы. Не будет его, не будет Парамоновых, Казанцевых…
— А также не будет Якуниных, Сафоновых, Рудиных и других, — согласился я.
— Якуниных и так уже нет, — заметил дед. — Скоро и Сафоновых не будет. Я слушал у них свихнувшаяся баба заправляет. Бабы они род до добра не доведут.
Нина тяжело выдохнула через ноздри. Я положил руку ей на бедро и притормозил работу искусственных надпочечников, а то у неё адреналин хлестал через край.
— Да, родов не будет, — ответил я. — Но будут люди, будут Вадим Казанцев, его дядя, — я кивнул в сторону моего советника, — Кукша Казанцев, другой дядя Всеволод Казанцев, друг его семьи Кузьма Парамонов, и многие многие другие. А если всё продолжит существование так, как сейчас, то, возможно, Рода то будут, но вот людей уже не будет.
— У тебя странные идеи, — скривился Парамонов. — Даже глупые, — добавил он. — Мне надо подумать.
Я улыбнулся настолько, насколько мне позволяло моё раздражение. Нашу милую беседу прервали отдалённые звуки борьбы, которые окончились вознёй под дверью. Железное полотно ушло в сторону и на пороге появился Долговязый Джо в своей новенькой броне. Он держал как котёнка какое-то жалкое побитое создание, в гербах на форме которого узнавался стилет Сафоновых.
— Вот, говори, — метнул человека, словно тряпичную куклу, Джо. Тот упал на пол и свернулся, трясясь всем телом.
— Пожалуйста, — прошептал пленник. — Пусть он уйдёт. Я всё скажу.
— Ты кто такой? — заинтересовался дед. — И кому ты это шепчешь?
— Пожалуйста, пусть он уйдёт, — поднял на нас глаза бедолага.
— Кто это? — спросил я у Долговязого.
— Ошивался тут, — указал на него пальцем автоматон. — С остальными, такими же.
— С остальными? — нахмурился я.
— Да, — кивнул Джо. — Мы всех поймали, только не знали, как их заставить говорить. Поэтому, пока разбирались сломали остальных, нечаянно…
— Они такое с ними делали, такое… — заскулил пленник.
Я тяжко вздохнул.
— Спасибо, Джо, можешь идти, — приказал я ему.
— Странный у тебя автоматон. С пулемётом, а ведь мирная версия, для малярных работ и прочее, — заметил Кузьма. А я лишь кивнул.
— Кто ты? — задал я вопрос пленнику.
— Василий, я служу Сафоновым, — сжался тот.
— Что ты делал здесь, Василий?
— Я должен был поставить маячки, чтобы наведение было лучше.
— Наведение? — я нахмурился. — Зачем? Что планировал род Сафоновых?