Эмфирио

Вэнс Джек Холбрук

Гил кивнул: «И что потом?»

«Потом? — Найон колебался лишь долю секунды. — Попробуем получить выкуп. Такова логика вещей».

«Выкупы больше не платят, лорды заключили договор о прекращении сношений с похитителями».

«Так говорят. Нельзя же верить всему, что говорят. В любом случае, если лорды не раскошелятся, мы плакать не будем. Сбросим их на Моргане или еще где-нибудь и улетим искать богатства и приключений».

Прихлебывая чай, Гил смотрел на речные воды, медленно струящиеся в рассветных лучах. Что оставалось для него в Амброе? Прозябание резчика по дереву и вечные наставления Шьюта Кобола? Шанна? Кто он для нее? Сентиментальное домашнее животное? Вспомнит ли она о нем

вообще?

Гил поморщился и сказал, тщательно выбирая слова: «Я хотел бы захватить космическую яхту хотя бы для того, чтобы найти Историка — человека, которому известно все прошлое человеческой расы».

Флориэль снисходительно усмехнулся: «Гил желает изучить биографию Эмфирио во всех подробностях».

«Почему нет? — великодушно вопросил Найон Бохарт. — Это его право. Когда у нас будет звездолет и в карманах заведутся талоны, каждый сможет делать все, что хочет».

Флориэль пожал плечами: «Нет возражений».

Гил настороженно переводил взгляд с одного приятеля на другого: «Прежде чем мы займемся пустой болтовней, я хотел бы поставить совершенно необходимое условие: мы должны договориться, что не будет никаких убийств, никакого грабежа, никаких похищений или пиратства».

Найон раздраженно рассмеялся: «Мы станем пиратами, как только захватим космическую яхту! Называй вещи своими именами».

«Верно».

«У лордов будет с собой большая сумма на расходы, — заметил Флориэль. — Не вижу причины, по которой следовало бы оставлять эти деньги в их распоряжении».

«Тоже верно. Имущество лордов — законная добыча. Если мы украдем их звездолет, глупо было бы лицемерить, изображая смущение вместо того, чтобы залезть к ним в карманы поглубже. Но после этого мы больше никого не будем грабить, больше никому не нанесем ущерб — договорились?»

«Ладно, ладно! — нетерпеливо уступил Найон. — А теперь: когда вылетает яхта?»

«Флориэль, как насчет тебя?»

«Конечно, я согласен. Яхта — все, что нам нужно».

«Прекрасно. Договор дороже денег. Никаких убийств...»

«Помимо неизбежных в случае самозащиты», — вставил Бохарт.

«Никаких похищений, никакого грабежа, никакого ущерба».

«Договорились», — сказал Флориэль.

«На том и порешим», — добавил Найон.

«Яхта вылетает скорее, чем через неделю — через неделю, считая со вчерашнего дня. Флориэлю этот корабль хорошо известен. Ты, надеюсь, не забыл черный с золотом «Димм», откуда нас когда-то, давным-давно, вытолкали самым бесцеремонным образом?»

«Надо же! — пробормотал Флориэль. — Кто бы подумал?»

«Еще один вопрос, — продолжал Гил. — Допустим, нам удастся захватить звездолет. Кто умеет им управлять? Кто починит двигатель, если он сломается?»

«С этим не должно быть проблем, — отозвался Найон. — Лорды тоже не умеют управлять звездолетами. Они нанимают команду техников из Люшейна, а те выполняют их указания — пока им исправно платят».

«Таким образом, все решено, — заключил Флориэль. — Можно считать, космическая яхта наша!»

«Не вижу, кто и как мог бы нам помешать, — кивнул Найон Бохарт. — Само собой, потребуются еще два-три человека — Маэль и Шальк. Уолдо Хайдль тоже — он достанет оружие. Превосходно! За новую жизнь для каждого из нас!» Он приподнял кружку, и заговорщики чокнулись, чтобы отметить начало отчаянного проекта глотком крепкого чая.

Глава 14

Гил вернулся на Ондл-сквер с чувством странника, посещающего давно покинутые места. Под небом, сплошь затянутым высокими перистыми облаками, старая площадь и фасады вокруг нее казались буроватыми,

истомленными, уходящими в тень. В воздухе повисло неестественное затишье, как перед сильной грозой. Лишь немногие иждивенцы, натянув плащи на головы, спешили разбежаться по щелям — суетливые домашние насекомые! Гил открыл замок, зашел в мастерскую и запер за собой дверь. В воздухе чувствовался знакомый запах древесной стружки и полировального масла; в оконное стекло стучались, надоедливо жужжа, пытавшиеся вылететь наружу шершели. Как всегда, Гил бросил взгляд на скамью у верстака Амианте, будто ожидал в один прекрасный день обнаружить там дорогой его сердцу силуэт грузной, сгорбившейся фигуры. Подойдя к своему верстаку, Гил постоял несколько минут, рассматривая резную панель, которую ему не суждено было закончить.

Он не чувствовал сожалений. Недавнее прошлое казалось далеким. Каким скучным, каким ограниченным было ежедневное существование иждивенца! Но что сулило будущее? Внутреннему взору представлялась некая бесформенная пустота, наполненная ветром и солнечным светом. Гил не мог даже вообразить, в каком направлении станет развиваться его жизнь — допуская, конечно, что пиратские замыслы успешно осуществятся. Гил посмотрел вокруг: все инструменты, все вещи, спрятанную под крышей коллекцию древних обрывков, любовно собранную Амианте — все бросить, забыть? Нет, старую папку Амианте Гил не мог оставить! Он сходил за ней, спустился по лестнице и нерешительно остановился посреди мастерской, держа ее в руках. В том виде, в каком она хранилась, ее нельзя было взять с собой — папка была слишком большая. Гил сложил в отдельный пакет драгоценные документы, которыми Амианте дорожил больше всего. Остальное приходилось оставить — просто уйти и больше не возвращаться. Мысль об этом причиняла боль. В небольшом помещении с круглыми янтарными окнами и стружкой на полу сосредоточились почти все его воспоминания о детстве, о начале восприятия мира и о трагедии, положившей конец иллюзиям.

На следующее утро в мастерскую явились Найон, Флориэль, Маэль и Уолдо Хайдль. Впятером молодые люди обсудили предстоящий захват звездолета. Найон Бохарт предложил простой и смелый план, отличавшийся всеми преимуществами прямолинейного подхода. Он заметил, что гаррионов не останавливали у турникета, ограничивающего доступ к южной части космопорта — охранники лордов проходили на космодром и покидали его беспрепятственно. Переодевшись и притворившись гаррионами, молодые люди могли бы выйти на бульвар, где парковали космические яхты. Затем они могли спрятаться рядом с черно-золотым кораблем. После прибытия техников-люшей — возможно, в сопровождении одного или двух гаррионов — оставалось только справиться с гаррионами, подчинить себе команду и улететь. Найон и Флориэль хотели ждать прибытия лордов и леди, чтобы захватить их заложниками и требовать выкупа. Гил возражал: «Прежде всего, чем дольше мы будем ждать, тем больше вероятность того, что нас арестуют и реабилитируют. Во-вторых, лорды не станут платить выкуп: таков их договор, предотвращающий распространение практики похищений».

«Еще чего! — воскликнул Найон. — Заплатят как миленькие! Неужели ты думаешь, что они готовы к самопожертвованию ради собратьев по касте? Ни в малейшей степени».

Уолдо Хайдль, высокий рыжий молодой человек с костлявым лицом и бледно-голубыми глазами, занял сторону Гила: «Я считаю, что следует захватить корабль и вылететь в космос как можно раньше. С того момента, когда мы нарушим закон, положение станет очень опасным. Что, если поступит какой-нибудь запрос, и мы не сможем дать правильный ответ? Что, если мы забудем о какой-нибудь несущественной, казалось бы, формальности? В таких случаях патруль сразу штурмует звездолеты».