Эмили
Шрифт:
То, как он глазел на мою прозрачную блузу, смутило меня. Я скрестила руки на груди, пытаясь прикрыть что только можно.
— Что… вы работаете где-нибудь? — спросила я, мучительно соображая, о чем бы поговорить.
— Господи, с чего вы взяли?! Нет, конечно. Я очень рано понял, что не способен себя обеспечивать, поэтому и женился на Дэйдре. С ней я занят полностью, но иногда все же урываю свободный вечерок, когда она заседает в благотворительных комитетах. А вы?
— Я только семь недель замужем, — твердо объявила я.
— Значит,
— Почти не пьет, — сказала я, краем глаза увидев, как Рори наливает себе второй стакан виски.
— Восхитительная лояльность, как и подобает новобрачной, — сказал Кэлен. — Должен сказать, вы действительно очень привлекательны. Жаль, что вы скрестили руки как регбист, я бы хотел к вам получше приглядеться. Обещайте мне, что, если вы когда-нибудь решите изменить Рори, первому вы дадите шанс мне.
Я пыталась принять суровый вид, но после нескольких недель полного равнодушия со стороны Рори я впитывала комплименты, как губка. Я была уверена, что Марина специально пригласила Калена. Но, хотя он увивался за мной весь вечер, к моему величайшему огорчению, Рори не выказал никакой ревности.
— Хорошо, что тебе нашлось с кем поиграть, Эмили. У него как раз твой уровень умственного развития. — Это было все, что он сказал мне, когда мы вернулись домой.
Шло время. Мы встречали Марину и Хэмиша в гостях. Марина и Рори так тщательно избегали друг друга, что я подумала, уж не встречаются ли они где-то тайно.
Иногда я видела ее противного братца, Финна Маклина. Он разъезжал по острову, очевидно слишком озабоченный постройкой своей дурацкой больницы, чтобы проводить время впустую на вечеринках.
В декабре Коко оступилась на лестнице после очередной попойки и растянула себе связки. На следующий день она позвонила, пожаловалась на скуку и предложила мне навестить ее. По дороге я заехала в Пенлоррен подыскать ей какой-нибудь развлекательный романчик.
Припарковавшись на главной улице, я принялась рыться в книгах. Господи, до чего же чудесные вещи происходят с героинями. И почему Рори не может ко мне так относиться?
Я вдруг услышала у себя за спиной покашливание. Владелец хотел закрыть магазин.
Я поспешно заплатила за книгу и задумчиво побрела по улице сквозь дождь и туман. У моей машины стоял мужчина. В его позе было что-то героическое. Ширина массивных плеч, завитки волос над воротником потертой дубленки напоминали микеланджеловского Давида.
Я автоматически высвободила из-за уха длинную прядь волос и самым обольстительным образом распустила ее по лицу. И только тогда я поняла, что этот мужчина — Финн Маклин и что он вне себя от бешенства.
— Это ваша машина?
— Да… то есть это машина Рори.
— Вы читать умеете?
Схватив меня за руку, он вынудил меня повернуться, и я увидела
— Ах это, — сказала я. — В Лондоне люди часто пишут такое на своих гаражах, даже если они и не врачи. Просто, чтобы им не мешали.
— Здесь вам не Лондон.
В самых уничижительных выражениях он сообщил мне, что он думает о лондонцах вообще и обо мне в частности. Шипел, что человек может умереть, пока такие, как я, паркуют свои машины где ни попадя. Наконец мне надоело это слушать.
— Вам не кажется, — сказала я, — что, пока вы болтаете здесь о преступной безответственности, могут умереть еще двадцать человек? Вообще, если сосчитать всех, кто умер, пока вы и вам подобные распускают языки…
— Хватит чушь пороть, — рявкнул Финн. — Вам, очевидно, ничего не вдолбишь. Уберете вы вашу машину или нет?
Разумеется, эта чертова колымага не двинулась с места. Наконец я сообразила отпустить сцепление, и она тронулась рывком.
— Паразит, скотина, чудовище, — бормотала я по дороге в замок, неудивительно, что он и Рори не выносят друг друга.
Глава 13
Коко я застала в постели, прекрасную, как всегда, но несколько утомленную. Кто-то принес ей лилии, в которые она зарылась лицом, отчего нос у нее был ярко-желтый от пыльцы. Нога у нее, видимо, сильно болела, но она приветствовала меня с обычным свойственным ей энтузиазмом.
— Налей себе и мне тоже, cheri. Бастер на охоте. Каждый день он на охоте, пиф-паф. Это так скучно. Я прожила в Шотландии почти тридцать лет и все-таки не нахожу в брюках гольф ничего особенно сексуального. Надо признать, у Бастера ноги очень недурны. Чайка обкакала ему куртку, когда он уходил. Он ужасно разозлился.
Я засмеялась. Коко всегда умела меня развеселить. Мы посплетничали с полчасика, и я снова вернулась к вечной для меня теме, хотя разговоры об этом причиняли мне ужасные страдания.
— Вы видели Марину?
Коко возвела глаза к небу.
— Ну конечно. Они вот-вот разойдутся, она и Хэмиш. Мы у них ужинали на днях, и я прочитала ей лекцию. Я сказала Марине: «Вы не делаете его счастливым, как Эмили моего Рори». — (Меня при этом передернуло.) — Она расхохоталась мне в лицо. Я иногда думаю, что у нее не все дома. Она так не похожа на своего брата. Финн такой добрый, простой и такой чудесный доктор.
В дверь постучала горничная.
— Доктор Маклин, мадам.
— Пригласите его, — оживилась Коко.
— О Господи, когда мы последний раз с ним встретились, он был злой как черт, — сказала я.
Коко не слушала, озабоченно поправляя прическу и прыская на себя духами. Вошел Финн Маклин.
— А вот и он, — возгласила Коко, — легок на помине. Я только что расхваливала вас Эмили, какой вы замечательный доктор — такой добрый и внимательный. Мне кажется, вас ничто не может вывести из себя, правда, Финн?