Эмиссар
Шрифт:
– Командор, что касается моего племянника… – начал он.
– Ну, ну, мистер Кварк, – перебил его Сиско, широко улыбаясь. – Хорошо, что вы еще здесь.
Одо сделал вид, что целиком поглощен изучением информации на экране компьютера, пусть этот Сиско сам разбирается с Кварком.
– Присаживайтесь, пожалуйста, – сказал командор Кварку.
Тот повернул свою треугольную голову, взглянул на стоящий позади стул и неохотно сел.
– Конечно же, я еще здесь, командор, – слащаво начал Кварк. – Мы завтра улетаем, вот почему для нас жизненно
– Не думаю, – весело произнес Сиско.
Челюсть Кварка отвисла, обнажив ряд широких заостренных зубов.
– Что… не думаете? – уточнил Кварк дрожащим голосом.
– Не думаю, что вы улетаете, – с улыбкой произнес командор. – Вы удивлены, мистер Кварк? Все очень просто: вы никуда не улетаете.
Одо с веселым изумлением взглянул на командора.
У ференджи Кварка вместо слов вырвались сплошные шипящие звуки.
– Не улетаем? – растерянно прошипел Кварк. – Но мы уже все упаковали…
– Распакуете, – сказал Сиско тоном, который не допускал возражений.
Одо больше не мог сохранять видимость безразличия.
– Почему вы хотите, чтобы Кварк остался? – спросил Одо. – Этот ференджи обманщик и вор.
– Я не вор, – возразил Кварк, смешно пытаясь изобразить оскорбленное достоинство.
– Нет, ты вор, – повторил Одо, глядя в глаза Кварка.
– Почему же в течение четырех лет, что я здесь, никто не мог этого доказать? – ехидно спросил Кварк, обнажив в улыбке свои острые редкие зубы.
Эти зубы напомнили Одо голодного бахорианского ящера или земного крокодила, изображение которого он однажды видел на голограмме.
Сиско тем временем перестал улыбаться, на его лице появилось выражение деловой сосредоточенности.
– Мои офицеры, бахорианские инженеры и их семьи очень нуждаются в магазинах и всевозможных салонах, – сказал он деловым тоном, обращаясь к Кварку. – Но если такие, как вы, улетят, то город превратится в привидение. Нам нужно, чтобы кто-то первым сказал, что он остается и начинает все сначала. Нам нужен лидер. И этим лидером будешь ты, Кварк.
– Я?! – пискнул изумленно Кварк. – Я – лидер?
Он посмотела на Одо с надеждой получить от него подтверждение, что командор лишился рассудка. Одо откинулся на спинку стула и усмехнулся. Да, этот Бенджамен Сиско хитер и не боится навязывать свои правила игры.
– У вас есть все качества, необходимые политику, – продолжал командор.
Кварк, судя по всему, не заметил иронии и протянул руки с когтистыми пальцами к Сиско, взывая к его благоразумию.
– Но как я могу распоряжаться своими учреждениями, если править здесь будет Флот? – перешел Кварк на деловой тон.
Одо с интересом смотрел на Сиско: как-то он выкрутится?
Командор пожал плечами.
– Что же здесь непонятного?
– сказал он после короткой паузы. – Мы прилетели сюда не для того, чтобы управлять. Если вы будете играть честно, то у нас с вами не возникнет осложнений.
– Играть честно? – воскликнул Кварк.
Он скрестил свои кривые короткие ручки на груди, невольно
Сиско и Одо молчали.
Наконец ференджи отрицательно покачал головой.
– Командор, я сделал карьеру, заранее рассчитывая на то, что улечу отсюда, – сказал он. – Это Временное бахорианское правительство, на мой взгляд, уж слишком временное. А когда правительство меняется, то таких, как я, убивают.
Сиско понимающе кивнул, молча повернулся и направился к выходу. Но в дверях он задержался.
– Вы, конечно, улетите, – мягко произнес он. – Но ваш бедный ребенок Ног проведет лучшие годы своей жизни в бахорианской тюрьме. Я сам отец и понимаю, что предстоит пережить вашему брату. Мальчик должен расти в семье, а не в холодной камере.
Сиско замолчал и с минуту выразительно смотрел на Кварка, который хватал воздух ртом и не мог произнести ни слова.
– Подумайте об этом, – добавил командор и вышел.
Одо улыбнулся и весело посмотрел на ференджи.
– Знаешь, а я ведь сначала думал, что не смогу поладить с новым командором, – сказал Одо.
Кира расчищала лопатой середину Верхней Палубы от наваленного кучей всевозможного хлама. Только в такие минуты она делала короткий отдых в борьбе со своей неуправляемой памятью: физический труд обычно стабилизировал ее блуждающее сознание. Но сейчас это не помогало, и вчерашний сон вновь занимал все ее мысли.
Рациональная часть сознания женщины не допускала, чтобы сон хоть как-то был связан с космической станцией и всем тем, что здесь происходит. Но когда Кира переставала логически мыслить, то не сомневалась, что именно так оно и есть.
Во сне, который снился ей уже несколько ночей подряд, она видела Сиско. Впрочем, может быть, она только пыталась убедить себя, что это именно Сиско. Во сне ей являлся чернокожий мужчина с темными волосами и глазами, и там у нее не возникало сомнений, что этот человек призван сыграть очень важную роль в судьбах людей ее планеты. Планета так нуждалась в помощи, что многие жители заявляли, будто бы им было пророческое видение относительно человека, чья внешность предсказана еще более ранними пророками. И этот человек будто бы принесет с собой планете надежду и спасение.
Однако Кира довольно цинично смотрела на жизнь, и теперь она боялась, что ее отчаяние и отчаяние народа ослепит всех и заставит поверить в несуществующие вещи. Где же сейчас эти пророки, когда бахориане так нуждаются в них? Вот о чем думала Кира, яростно работая лопатой.
И все же… Когда она начинала воспринимать реальность сердцем, а не разумом, то чувствовала и понимала такие необычные вещи…
Иногда ей казалось, что ее сущность вмещает два разных, совершенно отдельных человека: мистика и скептика. Они постоянно конфликтуют между собой. А что, если подобное происходит со многими другими бахорианами? Тогда неудивительно, что планета находится в таком плачевном состоянии.