Эмиссар
Шрифт:
Пещера показалась Бенджамену почему-то знакомой. Он попытался вспомнить, присутствовала ли она в его сне или нет?
Спустившись с лестницы, Опака повернулась к командору.
– Вы правы, бахориане в большой опасности, – сказала она. – Такая опасность угрожает народу во время всякого исторического кризиса. Но опасность, угрожающая нашей духовности, самая страшная.
– Возможно, – согласился Сиско. – Но я беспомощен до тех пор, пока народ разобщен…
– Я не могу дать вам того, что вы сами отрицаете, – перебила
Сиско нахмурился, пытаясь осмыслить ее упрек.
– Прошу прощения, – сказал он некоторое время спустя. – Но я…
– Ищите решение внутри себя, командор, – решительно перебила его женщина.
Тут, к изумлению Бенджамена, Опака наклонилась и подняла невесть откуда взявшуюся изящную резную шкатулку. Ловкими движениями она приоткрыла крышку и отступила немного назад, чтобы Сиско мог лучше рассмотреть предмет.
Он подошел ближе, будто его влекло неведомое притяжение. Из шкатулки появилась дрожащая дуга незнакомого ему излучения. Сама шкатулка вдруг засияла и стала походить на искрящийся хрусталь. Вот дуга раздвоилась, плавно изменила свою форму и стала напоминать математический знак бесконечности. Бесконечность?!
В переливающемся неровном свете лицо Опаки приобрело зеленоватый оттенок.
– Что это? – негромко спросил Сиско, повернувшись к Опаке.
Женщина отошла от него еще дальше, сейчас она стояла у лестницы, касаясь рукой стены.
– Слезы святого, – ответила она.
Нажав на выступ в стене, Кай отворила потайную дверь, за которой угадывался коридор. Женщина переступила порог, дверь закрылась и исчезла.
Оставшись один в темной пещере, Сиско впервые за последние годы испытал страх. Он уже собрался было громко позвать Опаку…
В пещере вдруг вспыхнул странный зеленый свет.
Сиско посмотрел на оставленную шкатулку. Исходившая из нее светящаяся замысловатая фигура продолжала переливаться загадочным светом. Вот она стала увеличиваться в размерах, а потом неожиданно закружилась. Она кружилась все быстрее и быстрее, одновременно становясь все шире и шире, пока не заполнила всю пещеру. Свет стал таким ярким, что слепил глаза. У Сиско полились слезы, затем он ощутил в глазах острую боль. Он зажмурился, но ощущал, что свет продолжал усиливаться. Одновременно боль в глазах нарастала, и вот она уже превысила границы терпения человека…
Потом свет померк. Бен осторожно открыл глаза, ожидая, что сейчас увидит темноту или, по крайней мере, перед глазами будут плясать зеленые круги.
Но увидел он… раскинувшийся песчаный берег, окаймленный голубой водой. И над всем этим синее небо. Не веря собственным глазам, Бен потряс головой и несколько раз моргнул. Нет, ничего не изменилось. Более того, он ощутил запах моря. Взглянув на самого себя, Бен увидел не форму офицера Звездного Флота, а всего лишь плавки, едва прикрывавшие его молодое сильное тело.
На песке у ног
– Что за чертовщина, Опака? – не выдержал Бенджамен.
Но где она? Мимо прошли двое юношей, болтая между собой на пляжные темы. Сиско замолчал и сосредоточился на своих чувствах и переживаниях. Странно, но все, что он сейчас видел, когда-то уже проходило перед его глазами. Но когда и где?
Тут он почувствовал, что песок обжигает его ноги. Он не знал, голограмма это или нет, но боль была самой настоящей.
– Ой-ой! – невольно затанцевал Бен.
Он прикинул – до воды далековато, но невдалеке на песке лежало полотенце. Бен побежал к нему, разбрасывая ногами песок на лежавших вокруг отдыхающих. Лежавшей на животе девушке это не понравилось.
– Эй, ты, осторожнее! – крикнула она.
Резко приподнявшись, она села, прижав к груди незавязанный верх купальника. При этом ее черные бровки смешно сошлись у переносицы над дугами солнечных очков.
– Извините, – пробормотал Бен, чувствуя себя смущенным и смешным. – Но песок такой горячий…
Здесь он осекся и, взявшись за сердце, медленно опустился на колени. Он уже и забыл, как хороша была она тогда.
– Джен… Дженифер? – громко прошептал он, неуверенно протягивая ей руку.
Девушка недоуменно посмотрела на него и слегка отстранилась. Ее золотисто-карие глаза смотрели на него настороженно, даже немного испуганно – она не узнавала его.
– Извините, наверное, мы встречались вчера у Джорджа на вечеринке? – недоуменно спросила она.
– У какого Джорджа? – тупо повторил вопрос Бен, не в силах понять смысл ее слов. – Дженифер, погоди минутку… это невозможно…
Тут он неловко зацепил стоявшую рядом с ней бутылку с лимонадом…
– С вами все в порядке? – встревоженно спросила Дженифер.
Бен глупо озирался вокруг, надеясь увидеть поблизости Опаку.
– Что ты здесь делаешь? – спросил он. – А что я здесь делаю?
Дженифер неловким движением поправила купальник на груди.
– Вам лучше бы на таком жарком солнце надевать головной убор, – посоветовала она.
– О, я узнал это место! – воскликнул Бенджамен. – Это Гилго-Бич, где мы впервые встретились.
Теперь удивилась Дженифер.
– Мы здесь никогда раньше с вами не встречались, – запротестовала она.
– Да, да, я нес поднос с тремя стаканами лимонада; – обрадованно продолжал он.
На лбу Дженифер образовались морщинки, и она деловито завязала купальник.
– Верно, песок обжигал мои ноги, и я остановился здесь, – торопливо припомнил Бен. – Ты понимаешь, как это важно? Нет, конечно же, не понимаешь, Дженифер.
Он уставился на нее, ошеломленный ее близостью. Ему хотелось прикоснуться к ней, рассказать, как вымахал Джейк за те три года, что они жили без нее, как сын стал похож на нее…