Эмиссар
Шрифт:
Переходя на «Энтерпрайз», Сиско еще раз напомнил себе о том, что не имеет права испытывать ненависть к Пикару, ведь тот не отвечает за преступления боргов.
И все же, когда Сиско подошел к большой металлической двери, когда нажал кнопку звонка и услышал жесткий мужской голос, к его голове прилила горячая волна ярости. Сознание Сиско с большим трудом пробивалось сквозь эту волну.
Он не имел права ненавидеть капитана Пикара. В то же время он не мог противостоять собственному гневу, так же, как Пикар не мог выстоять против подавляющей власти,
Дверь открылась. Сиско вошел.
Капитан Пикар сидел за столом и просматривал на экране компьютера только что поступившую информацию. Увидев вошедшего, он встал и с улыбкой протянул ему руку. Его внешность не производила впечатление чрезмерно-властного, сурового человека: обыкновенный пятидесятилетний, сухощавый, почти лысый мужчина. Но несмотря на вполне заурядную внешность, что-то выдавало в нем огромную внутреннюю силу, непоколебимую уверенность в себе.
– Входите, командор, – с теплотой в голосе произнес Пикар. – Добро пожаловать на Бахор.
…Вы будете уничтожены…
Пытаясь освободиться от тех чувств, которые только что пережил за дверью, Сиско натянуто улыбнулся в ответ и пожал протянутую руку. Он не знал, что следует сказать капитану Пикару в ходе этой встречи, а то, что ему хотелось сказать, он, конечно же, оставит при себе.
– Давно не виделись, капитан, – механически произнес Сиско.
Пикар внимательно посмотрел на него светло-коричневыми глазами. Теплый взгляд, теплые человеческие глаза. Но Сиско видел сейчас не их, а мерцающий красным светом оптический сенсороскоп, укрепленный на голове Пикара.
Хозяин «Энтерпрайза» сел, предложив командору присесть на стул напротив.
– Мы уже встречались?
– с любопытством произнес Пикар.
Сиско мысленно повторил, что он не испытывает ненависти к капитану, что ничего не имеет против этого офицера Звездного Флота, но… Но его сжигала ненависть к боргам, и он слишком хорошо помнил Локатуса.
– Да, сэр, мы встречались в бою, – ответил Сиско Локатусу. – Я служил на «Саратоге» во время ее гибели в районе Вульфе-359.
…Сопротивление бесполезно…
Лицо Пикара сразу же обмякло, выражение тепла исчезло из глаз, теперь Сиско видел в них отражение горящих останков «Саратоги», «Кюшу», «Гейджа».
…Безжизненная рука Дженифер…
Капитан Пикар моргнул и внутренне встряхнулся. Затем заговорил холодным, жестким тоном. Сказанное им не имело никакого отношения к событиям трехлетней давности.
– Полагаю, вас вкратце ознакомили с ситуацией на Бахоре?
– Мне известно, что кардасиане перед уходом разграбили планету.
Сиско пытался придать своему взгляду холод и неприязнь, но, похоже, у него это плохо получилось.
…Гранок силой тащит его к выходу из каюты. Они спасены. Он видит, как «Саратога» (там же Дженифер!) взрывается ослепительной вспышкой…
Стараясь прогнать это навязчивое видение, Сиско часто заморгал и попытался вникнуть в смысл того, что говорил капитан.
–…Таково
Он встал, подошел к иллюминатору и, сцепив руки за спиной, стал смотреть на Бахор. При этом капитан подчеркнуто выдержал дистанцию между собой и командором.
– И я один из тех, кто выступает за вступление бахориан в нашу Федерацию, – продолжил мысль Пикар.
– Вы считаете, что это произойдет? – спросил Сиско.
Капитан повернулся к нему вполоборота.
– Это не так легко, – размеренно произнес он. – Партии и фракции, объединившиеся для борьбы против кардасиан, теперь припомнили прежние разногласия и возобновили конфликты.
– Да, похоже, что они не готовы, – заметил Сиско, вспомнив резкие фразы Киры.
Пикар полностью повернулся к Сиско и пристально посмотрел ему в глаза.
– Ваша задача сделать все возможное, чтобы определить степень их готовности, – назидательно произнес капитан. – Разумеется, действуя в пределах Первичной Директивы.
Сиско кивнул в знак согласия. Он счел благоразумным молчать. Назидательный тон Пикара вызвал в нем чувство раздражения. Сиско считал, что не заслуживает подобного обращения с собой. Все же он офицер, свой офицерский долг он всегда выполнял добросовестно и честно. Выполнит и здесь, хотя данное назначение ему крайне неприятно. Выполнит, конечно, в том случае, если останется.
…Она умерла…
Капитан Пикар сделал шаг в сторону командора, его взгляд смягчился.
– Флот предупредил меня о ваших возможных возражениях против данного назначения, – произнес он почти естественным тоном. – Я подумал, что после трех лет службы на Утопии вам необходимо разнообразие.
При этих словах Сиско внутренне напрягся, он вспомнил о Джейке, обреченном на одиночество среди этой разрухи.
– У меня есть сын, капитан, – сдержанно сказал Сиско. – Я вынужден растить его один. Меня проинформировали о состоянии Бахора, но никто не предупредил о плачевном состоянии самой станции…
– К сожалению, мы, офицеры Звездного Флота, не всегда имеем возможность служить в идеальных условиях, – перебил его Пикар.
Однако Сиско не смутился.
– Я прекрасно знаю это, сэр, – продолжал Сиско более холодным тоном. – Поэтому сейчас изыскиваю возможность перевестись на Землю и занять какую-нибудь гражданскую должность.
Пикар неодобрительно хмыкнул и отвернулся от командора.
– Возможно, командованию Флота нужно начать подыскивать вам замену? – спросил Пикар после непродолжительной паузы.
– Совершенно верно, – подтвердил Сиско.
Двое офицеров с откровенной неприязнью посмотрели друг на друга. Эта дуэль взглядов продолжалась несколько секунд.
– Хорошо, я подумаю об этом, – разделяя слоги, сказал Пикар. – А пока…
Что-то изменилось во взгляде Пикара. Он потеплел, и в нем едва заметно обозначилось страдание. Сиско понял, что капитан хотел бы каким-то образом вернуться к разговору о сражении в районе Вульфе-359.