Эндана
Шрифт:
Аттис возвращался с конной прогулки, когда над самой его головой пронеслась стремительная тень. Его величество, подняв взгляд к небу, широко улыбнулся.
Похоже, младшая дочь наконец-то вернулась домой – знакомый темно-коричневый грифон только что приземлился у парадного крыльца. К животному уже спешили слуги, стремясь помочь наезднице. Девочка сама сняла уздечку, и грифон, не дожидаясь, пока освободят от седла, потрусил в конюшню – ужинать.
Король легко спрыгнул с лошади, и на его плечах мгновенно повисла любимая дочь.
Аттис
– Ну наконец-то. Я уже начал волноваться!
– Папа! – Леа счастливо рассмеялась.
Аттис погладил ее по голове:
– Как выросла. Еще немного и станешь невестой! А волосы когда перестанешь коротко стричь? Ты все-таки девушка.
– Отращу, когда и с короткими волосами буду походить на нее! – рассмеялась проказница.
– Ну, пойдем, обрадуем маму, а в комнате тебя ждет сюрприз. Надеюсь, он тебе понравится.
Его величество обнял дочь за плечи и повел во дворец.
Леа стояла на пороге, замерев, словно боялась сделать следующий шаг.
Ее милую, такую привычную комнату непоправимо изуродовали: стены покрасили в отвратительный персиковый цвет, сменили мебель, куда-то убрали любимые книги. Словом, комната стала почти точной копией покоев старших сестер: позолота, завиточки, рюшечки. И в добавление к этому ужасу на кровати лежало небесно-голубое платье.
Ее высочество затравленно обернулась к улыбающейся матери и тихо сказала:
– Я здесь жить не стану.
После чего развернулась на сто восемьдесят градусов и ушла искать поддержки у отца. Королева расстроенно посмотрела дочери вслед.
Похоже, зря она разрешила девочкам обустроить комнату младшенькой на свой вкус. Придется срочно менять все обратно, потому что Леа скорее заночует на конюшне, чем в собственной спальне.
– Отнесите вещи принцессы Леантины в покои Эдвина, – распорядилась королева, – вызовите мастеров, чтобы перекрасили комнату. Только сначала узнайте у принцессы Леантины, какого цвета должны быть стены.
Леа сидела у отца в кабинете в большом кресле. Вчера по приезду девочка узнала, что ее любимый брат отсутствует: его светлость Рикквед сдержал слово и взялся за воспитание шкодливого юнца. Для начала он устроил племяннику двухнедельную прогулку по окрестным лесам, дав почувствовать на собственной шкуре, какова жизнь без слуг и привычных удобств. Так что делать Леа пока совершенно нечего – не с сестрами же сидеть! Она решила провести время с пользой и кое-что выяснить.
– Папа, как нам достался этот замок?
Неожиданный вопрос застал Аттиса врасплох.
Глядя на удивленно поднятые брови отца, Леа поспешила уточнить:
– Я имею в виду – нашему роду. Ты же сам говорил, что замок построили очень давно.
Король укоризненно покачал головой:
– Леа, историю чужих народов ты знаешь лучше, чем собственную. Придется сказать учителю Эдвина, чтобы он исправил этот перекос.
– Расскажи сам, у тебя интереснее получается, – попросила принцесса.
Аттис покосился на стол, заваленный бумагами, и досадливо махнул рукой – подождут. В конце концов, не каждый день его девочка
– Ладно, уговорила. – Его величество взял хрустальный светильник и позвал за собой дочь. – Пойдем, я покажу тебе кое-что.
Леа шла рядом с отцом по замковым переходам, и привычный дом представал перед нею совсем в другом свете. Густые вечерние тени крались следом, делая его таинственнее и загадочнее.
Вон та древняя статуя крылатой девушки… может, когда-то жили такие люди? А этот непонятный зверь с хищным оскалом до сих пор прячется в сумраке лесов?
– Наши предки пришли в Эндану с востока, спустя некоторое время после окончания великой войны. Так гласят предания… – Голос отца вернул Леа из фантазий на землю. – Правил переселенцами воин по имени Дроган Рыжий. Его отряд шел на север, лишь изредка встречая на опустевшей земле полуразрушенные города. Местные жители не понравились пришельцам – испуганные и ожесточенные бедами люди. От них в любой момент можно было ждать чего угодно. И случилось тогда Дрогану около небольшого селения отбить у разъяренной толпы совсем молодую девушку. В чем ее обвиняли, воины так и не смогли понять: горожане выкрикивали бессвязные проклятия в ее адрес. Девушка только плакала и закрывала лицо руками, стараясь укрыться от камней.
Леа не удержалась от возмущенного вздоха – бросать камни в беззащитного человека подло!
Его величество, заметив нахмуренные брови дочери, ласково взъерошил стриженые волосы девочки и продолжил рассказ:
– Дроган Рыжий и его воины защитили девчушку. Женщины переселенцев взяли ее под свою опеку, накормили, переодели, успокоили, и наутро перед Дроганом предстала вместо трясущейся от страха замарашки прекрасная светловолосая красавица, говорящая на незнакомом языке. Как гласят предания, грозный воин влюбился в нее с первого взгляда, и девушка ответила ему взаимностью. После того как сыграли свадьбу, молодая супруга привела мужа в Награну. За городскими стенами скрывались немногочисленные остатки народа девушки, уцелевшие в резне последней войны. Все горожане были светловолосы и весьма привлекательны. Поначалу они настороженно косились на поселенцев, но воины Дрогана вели себя достойно и к тому же дали защиту городу. Девушка оказалась единственной уцелевшей наследницей трона и дворца.
После этих слов ее высочество даже остановилась, чтобы потрогать стену, – девочке не верилось, что в легенде речь идет именно об этом дворце. Это казалось невероятным.
– Постепенно Дроган подчинил себе все ближайшие города, основав сильное государство. Прошло еще немного времени, и жители Энданы перестали вспоминать, кто к какой расе принадлежал. Как память от исчезнувшего народа достались энданцам волосы цвета золота, древний город да секреты камнерезов.
Король закончил рассказ, остановившись напротив самой первой картины. Аттис поднял выше светильник, стараясь лучше осветить старинное полотно, и из темноты древнего холста выступили два молодых лица: рослый воин с волосами цвета меди заботливо обнимал хрупкую девушку. По ее плечам свободно струились длинные светлые волосы, в больших синих глазах таилась печаль.