Эолин
Шрифт:
— Я понимаю, — если король и находил снисходительный тон Церемонда оскорбительным, он не показывал этого. — Очень хорошо. Любой обиде, которую я имею к моему отцу, придется подождать до загробной жизни. Мастер Церемонд, вы будете держать меня в курсе ваших находок. Я также хотел бы поговорить с Верховным Магом Телином и другими магами, участвующими в этом проекте.
— Как пожелаете, мой король.
— Сэр Дростан, нам нужно усилить бдительность вдоль границ и следить за деятельностью наших кузнецов. Вы также доложите мне о полной оценке обороны этого города и нашей готовности в случае восстания.
Сэр Дростан кивнул. Ему было что сказать об их готовности в случае нападения, хотя
— Могу ли я предложить, мой король, — сказал Церемонд, — что было бы полезно на этом раннем этапе вашего правления организовать продвижение Всадников, чтобы напомнить людям о цене измены?
Ожидаем для волшебника. Банда рыцарей без чести опустошит сельскую местность. Кедехен не колебался бы с таким предложением, но Акмаэль остановился. Челюсть его боролась с какой-то невысказанной мыслью.
— Мой король? — подсказал Церемонд.
— Нет, мастер Церемонд. Нет. Я бы распустил «Всадников».
У сэра Дростана перехватило дыхание от неожиданности.
— Это был путь моего отца. Не мой.
— Мой король, — пробормотал Церемонд, — я не думаю, что это разумно.
— Я не спрашивал вашего мнения, мастер Церемонд. Это военное дело, и король решил. Сэр Дростан, проследите, чтобы это было сделано.
— Да, мой король, — Дростан ощущал ярость Церемонда, как жгучий туман. Волшебник не привык к тому, чтобы его мнение не принималось во внимание королем Мойсехена.
— Есть еще один вопрос, который мы еще не решили, Дростан, — продолжал король. — Относительно сэра Бортена. Мы будем уважать желание моего отца. Этот человек не должен возвращаться в Моэн. Держите его здесь в течение одного года, и пусть он выполняет любую услугу, которую вы сочтете уместной, в поддержку наших воинов. По истечении этого периода, если он хорошо послужит и покажет себя достойным, мы рассмотрим возможность сделать его рыцарем Вортингена.
— Мой король, — сэр Дростан кивнул. Хотя он был менее доволен этим приказом, он был обязан повиноваться.
Церемонд пошевелился, словно хотел что-то сказать, но Акмаэль поднял руку и отпустил их обоих.
— Это все.
Хотя волшебник молчал, когда они уходили, Дростана он не обманул. Церемонд будет искать способ заставить волю короля отражать его волю, и он не успокоится, пока не преуспеет.
ГЛАВА
Призывы
Вскоре после воссоединения Круга Кори в городе Селен их навестил Верховный маг Телин. Член Совета прибыл верхом в сопровождении небольшого эскорта воинов, несущих знамя и герб королевского дома Вортингенов.
В одежде, соответствующей его положению, Телин спешился с легкой грацией. На голове у него была квадратная шапка, а в руке он держал посох из полированного вишневого дерева. Его зеленый плащ свисал длинными свободными складками. Высокий и ухоженный, Телин очень хорошо носил эту форму.
Маг Кори тепло поприветствовал Телина, радуясь встрече со своим старым другом. Кори и Телин были одного возраста и вместе изучали магию в Королевском городе. Хотя Телин не разделял природного таланта Кори, у него была более высокая терпимость к характеру Церемонда и врожденная способность к политическим маневрам, необходимым для преуспевания в его Ордене. Он обладал впечатляющими познаниями в Первобытной Магии и с самого начала поддерживал уникальную работу Круга.
Вместе они уединились в палатке мага Кори. Их встреча, прошедшая в тихих тонах, продолжалась более часа. Когда они, наконец, вышли, маг Кори позвал Ришону и попросил ее присмотреть за подготовкой палатки Телина. Затем Кори послал за госпожой Ренатой.
Он сразу же перешел к делу, как только появилась Рената.
— Тебя вызывают в Королевский город.
Она замерла в нескольких шагах от стула, который он поставил для нее, с белым, как лилия, лицом.
— По правде говоря, мы все вызваны, — сказал Кори, — но твой вызов немедленный. Завтра ты отправишься с верховным магом Телином.
— Завтра? — обычно резкий голос Ренаты звучал тихо и слабо. — Почему? Что я сделала?
— Ты ничего не сделала, дорогая Рената, — маг Кори взял ее за руку и подвел к креслу. Он наполнил бокал и настоял, чтобы она выпила. — По крайней мере, Телин здесь не под открытым предлогом твоего ареста. Каким-то образом ему удалось убедить мастера Церемонда и нашего нового короля в том, что весной этого великого правления было бы уместно возродить некоторые из старых обычаев. Воссоздать, так сказать, былую славу Высоких фестивалей Мойсехена.
— Но какое это имеет отношение ко мне? Почему их план должен обязывать меня вернуться в то место?
Кори медленно вздохнул. Ему было больно просить об этом Ренату. В тех немногих случаях, когда Круг посещал Королевский город, он всегда разрешал госпоже не сопровождать их. Она презирала возвращение в то место, где оставила свою магию и смотрела, как умирают ее сестры.
— Телину нужна женщина, которая поможет ему. Кто-то, кто помнит роль маг на старых фестивалях. Кто-то, способный построить образ этих ритуалов в соответствующих границах, определенных просвещенной эпохой, в которой мы сейчас живем. Он считает, что твоя работа с Кругом делает тебя именно тем человеком, который подходит для этой задачи.