Эпицентр бури
Шрифт:
– Капитан иракской разведки по имени Али Рашид, присматривавший за Ароном, – пояснил Диллон.
– Наемный убийца, вот к чему все свелось, да, Син? Почему ты убил его? – Броснан кивнул на труп Арона.
– Я же сказал вам, он не захотел платить долги. Дело чести, Мартин. Я всегда держу свое слово, ты знаешь это. Он не захотел. Каким образом вам удалось найти меня?
– Женщина по имени Мира Харвей приказала проследить за тобой вчера вечером. Это и привело нас в Кадж-Энд. Ты стал беспечным,
– Так может показаться. Если это успокоит тебя, скажу, что единственной причиной, по которой мы не взорвали к чертям весь британский кабинет, стало то, что ты и твои друзья слишком близко приблизились ко мне. Это заставило меня спешить – роковое обстоятельство. Данни хотел установить стабилизирующее оперение на тех кислородных баллонах, которые мы использовали как бомбы-мортиры. Это совершенно изменило бы картину в плане точности. Но у нас не осталось времени – благодаря тебе.
– Мне так приятно это слышать, – произнес Броснан.
– А как вы нашли меня здесь?
– Эта бедная, разбитая горем молодая женщина рассказала нам, – ответила Мэри.
– Анжела? Я очень сожалею о ней. Хороший ребенок.
– А Данни Фахи и Грант на аэродроме? Ты сожалеешь и о них тоже? – спросил Броснан.
– Они не должны были влезать в это дело.
– Белфаст и убийство Томми Мак-Гира, это тоже вы? – поинтересовалась Мэри.
– Это одно из моих лучших выступлений.
– И вы не вернулись обратно лондонским рейсом? Я права?
– Я полетел в Глазго и сел на челночный рейс до Лондона.
– И что теперь? – спросил Броснан.
– Со мной? – Диллон взял портфель. – Я взял довольно большую сумму наличными в сейфе, у меня несколько самолетов. Мой дом – весь мир. Любое место, кроме Ирака.
– А как же мы? – Харри Флад выглядел совсем плохо, его лицо было искажено от боли. Он высвободил левую руку из перекинутой через шею повязки.
– Да, что будет с нами? – спросила Мэри. – Вы убили всех остальных, что для вас значат еще три трупа?
– У меня нет другого выхода.
– Зато он есть у меня, ты, подонок!
Харри Флад сунул правую руку в повязку, где у него был спрятан вальтер, выхватил его и дважды выстрелил в сердце Диллону. Диллон подался назад, уперся в панель на стене, уронил портфель и съехал на пол, перевернувшись в конвульсии, и внезапно застыл неподвижно на полу лицом вниз. Вальтер и глушитель Карсвелла он все еще крепко сжимал в левой руке.
Фергюсон ехал в своей машине и был уже на полпути от Лондона, когда из кабинета Арона ему позвонила Мэри.
– Мы поймали его, сэр, – просто сказала она.
– Расскажите подробнее.
Мэри рассказала ему все: про Мишеля Арона, Макеева, Али Рашида. Закончила она словами:
– Итак, дело сделано, сэр.
– Да, кажется, так.
– Что теперь, бригадир?
– Садитесь в самолет и тотчас вылетайте. Помните, вы на французской территории. Я переговорю с Арну завтра. Он займется всем этим. Теперь идите и садитесь В самолет. Свяжитесь со мной в воздухе, и я сообщу вам данные на посадку.
Как только он закончил говорить с Мэри, тут же позвонил в кабинет Арну в штаб-квартире ДЖСЕ. Ответил Савари.
– Говорит Фергюсон. Есть у вас данные о том, когда полковник Арну прибывает в Сен-Дени?
– Погода там не очень хорошая, бригадир. Они совершат посадку на аэродроме Мопертус в Шербуре и проследуют дальше по дороге.
– Он найдет там соперников из последнего акта «Макбета», – сказал Фергюсон Савари. – Так что лучше я все вам поясню, а вы сможете передать эту информацию Арну.
На взлетной полосе видимость была не больше ста метров, с моря надвигался туман. Мэри Таннер вырулила до конца взлетной полосы. Рядом с ней сидел Броснан, а Флад уместился сзади, вглядываясь в кабину пилота.
– Вы уверены, что мы сумеем взлететь? – спросил Флад.
– В таком положении трудно садиться, а не взлетать, – ответила Мэри и пустила «навайо» вперед, прямо на серую стену мглы. Она потянула на себя рулевую колонку, и самолет стал подниматься. Постепенно туман остался внизу, и она повернула самолет к морю, удерживая его на высоте три тысячи метров. Через некоторое время она включила автопилот и откинулась на сиденье.
– С вами все в порядке? – спросил Броснан.
– Да, хорошо. Немного устала, вот и все. Он был такой… такой непосредственный. Я не могу поверить, что его уже нет.
– Он умер, нет сомнения, – сказал Флад радостно, держа в одной руке полбутылки шотландского виски, а в другой неловко сжимая пластиковый стакан. Он уже успел обнаружить ящик со спиртным.
– Я полагал, что ты никогда не пьешь, – удивился Броснан.
– Это особый случай. – Флад поднял свой стакан: – За Диллона. Пусть он поджаривается в аду.
Диллон слышал их голоса, слышал, как закрылась за ними дверь. Когда он повернулся лицом вверх, у него было чувство, что он воскрес из мертвых. Боль в груди была ужасная, что неудивительно: шоковый эффект от выстрела с такого близкого расстояния был очень сильный. Он обследовал два рваных отверстия в своей кожаной куртке, расстегнул ее и положил вальтер на пол. Пули, которые выпустил в него Флад, застряли в жилете, сделанном из сплава титана с нилоном, который дала ему Таня при первой встрече. Он расстегнул застежки, снял жилет и бросил его на пол. Потом поднял вальтер и встал.