Эпицентр
Шрифт:
Скалли вернулась к столу и, стараясь держаться подальше, посмотрела на труп. Пар дыхания вырывался из респиратора, как пламя из пасти дракона.
Задолго до взрыва, оборвавшего жизнь доктора Эмила Грэгори, зловещие щупальца опухолей уже подорвали его организм изнутри.
В любом случае, жить ему оставалось не больше месяца: у него была последняя стадия рака.
База ВВС Ванденберг, Калифорния.
Бункер управления ракетной системой «Минитмэн»
Вторник, 15.45
Ну
А ведь поначалу капитану Франклину Месте его профессия даже нравилась: сидишь себе в подземной крепости, одно движение пальцем — и начался ядерный Армагеддон. Набираешь координаты, нажимаешь кнопки — судьба всего мира в твоих руках, вот он трепещет в ожидании команды «ПУСК».
На самом же деле служба в ракетных войсках оказалась сродни одиночному заключению… только без уединения и покоя.
Места и впрямь ощущал себя узником в камере. Правда, иногда с ним работал напарник, но у них не было ничего общего. Сорок восемь часов без дневного света, без морского ветра. Ни тебе потянуться, ни размяться как следует…
Какой прок, что их база расположена на живописном побережье в Калифорнии, если целыми днями сидишь под скалой? С таким же успехом можно горбатиться где-нибудь в Северной Дакоте. Бункеры везде одинаковые — наверняка их сработали по одному проекту, по какому-нибудь дешевому государственному заказу.
Может, стоит попроситься в службу артиллерийско-технического снабжения? Там хотя бы общаешься с живыми людьми.
Обернувшись, он взглянул на своего напарника, Грега Луиса, сидевшего в таком же рабочем кресле с обшарпанной обивкой из красного кожзаменителя. Кресла стояли на стальных направляющих таким образом, что ракетчики постоянно находились под прямым углом друг к другу. Согласно инструкции, оба были все время пристегнуты.
В углу висело круглое зеркало, и они могли смотреть друг другу в глаза, но дотронуться друг до друга не могли. Капитан Места не сомневался, что было немало случаев, когда в конце смены ракетчики, одурев от длительного сидения без движения, пытались задушить друг друга.
— Интересно, какая сегодня погода там, наверху? — спросил он.
Капитан Луис сосредоточенно царапал какие-то вычисления на листке блокнота. Услышав вопрос, он оторвался от формул и поднял взгляд на отражение Месты в зеркале. Хотя плоское лицо Луиса с широко посажеными глазами и толстыми губами казалось глуповатым, он был большой спец в математике.
— Хочешь, позвоним? Получим по факсу подробную метеосводку.
Места покачал головой и от нечего делать оглядел старые металлические пульты управления. Здесь все было выкрашено в голубовато-серый или, того хуже, грязно-зеленый цвет, приборы допотопные, с черными пластмассовыми наборными дисками, да к тому же аналоговые — явно еще со времен «холодной войны».
— Нет, просто интересно, — вздохнул он. Все-таки Луис туповат. — А что ты опять считаешь?
Луис опустил карандаш.
— Зная приблизительную
Места застонал.
— Ты это серьезно?! Да ты просто шизик!
— Все равно делать нечего. А разве тебе неинтересно?
Места переместился в кресле по направляющему рельсу, прикрепленному к полу болтами, и проверил показания приборов, хотя проверял их всего несколько минут назад. Все по-прежнему в норме.
Он покосился на тяжелый черный телефон.
— Пожалуй, позвоню и попрошу разрешения выйти в туалет, — сказал он. На самом деле необходимости в этом не было, но это хоть какое-то развлечение. К тому же, пока получишь разрешение службы охраны, глядишь, такая необходимость уже появится.
— Давай! — ответил Луис, не поднимая головы от своих формул.
Сзади, за плотной красной портьерой, стояла койка, где можно было уединиться и расслабиться (всего один раз в смену). Спать Месте пока не хотелось.
И тут зазвонил красный телефон. В обоих ракетчиках мгновенно проснулся профессионализм, и они, как роботы, начали действовать по заложенной в них программе. Вымуштрованы они были отменно и к каждой тревоге относились с полной серьезностью. Места снял трубку.
— Капитан Франклин Места у аппарата. Есть приготовиться к проверке шифра. — Схватив черный журнал с шифром, он лихорадочно перекидывал ламинированные страницы, ища нужную дату и фразу-отзыв.
А голос в трубке — ровный, бесстрастный и словно бесполый — деловито сыпал буквы условного алфавита и числа:
— Танго Зулу Десять Тринадцать Альфа Икс. Следя пальцем по странице, Места повторял в трубку:
— Танго Зулу Один Ноль Один Три Альфа Икс. Проверено. Второй, вы следите?
У такого же аппарата капитан Луис смотрел в свой журнал.
— Слежу. К приему информации готов.
— К вводу координат готовы, — доложил Места.
Хотя Места и знал, что тревога учебная, сердце тревожно застучало, в крови подскочил адреналин. Чтобы ракетчики не сходили с ума от скуки и не роняли уровень подготовки, учебные тревоги проводились довольно часто. А сейчас пришел черед их расчета наводить «свою» ракету, установленную в одной из стартовых шахт Ванденберга.
Кроме тренировки и нарушения однообразия службы, тревоги преследовали еще одну цель: они приучали ракетчиков бездумно следовать инструкциям. Замурованные под энным количеством тонн камня. Места и Луис не могли и не должны были знать, какой пуск они готовят — учебный или боевой. Так уж распорядились начальники.
Как только они приняли и набрали координаты, Места понял, что пуск учебный.
— Да ведь это западная часть Тихого океана, где-то в районе Маршалловой гряды, — заметил он, взглянув на приклеенную к металлической стене, пожелтевшую от времени карту мира. — Похоже, мы решили шарахнуть бомбу в свой остров.