Ермак. Телохранитель

Валериев Игорь

— Очень хорошо, — задумчиво произнёс Корф, заканчивая разговор, и направился вместе с Вершининым к тарантасу.

Прибыв всем отрядом минут через двадцать в станицу, мы увидели столпотворение у Черняевской церкви во имя Сретения Господня. Счастливцев, попавших внутрь церкви, где проходила обеденная служба в присутствии цесаревича, было не много. Основная масса народу стояла перед церковью в ожидании, когда Николай выйдет, и можно будет ещё раз увидеть обожаемого Государя Наследника, а может даже удастся к нему прикоснуться.

Найдя

свободное пространство рядом с церковью, где смогли разместиться оба десятка с конями, спешились и, наконец-то не спеша и не взахлёб, между ребятами началось обсуждение событий на полигоне.

— Ермак, часы покажи, — попросил меня сияющий, как надраенный самовар Ромка, который то и дело сжимал рукоять вручённого цесаревичем кинжала. С такими же сияющими лицами, на которых каждые десять-пятнадцать секунд возникали глупо-восторженные улыбки, были ещё четыре обладателя наград от наследника престола.

Я, сдвинув перевязь с метательными ножами, достал из левого нагрудного кармана рубахи часы в золотом корпусе с золотой цепочкой. На крышке красовался вензель императора. Щёлкнув кнопкой, откинул крышку, на внутренней стороне которой оказалась надпись "Hy Moser & Co".

— Эх-ты, с вензелем, да ещё и минутным репетиром, — восхищённо выдохнул командир мальков Мишка Башуров. — Ермак, а дай в руках подержать.

Я отдал Мишке часы, а сам посмотрел на вход в церковь. В этот момент на крыльцо церкви выскочил отец Дана приказный Данилов и буквально скатился по ступеням, ужом проскользнув в толпу. Через пару минут он вместе с Митяем Широким и дядькой Михайло Лесковым застыл у крыльца церкви с правой стороны.

"Кажется, скоро начнётся, по словам генерал-губернатора, "совет в Филях" — подумал я, слушая краем уха разговор среди казачат.

— В станице Иннокентьевской атаману Катанаеву, как гутарят, такие же часы Государь Наследник вручил…

— А в станице Пояркова десятилетнему Власу Тюменцеву, который проскакал, стоя в седле на голове и с вытянутыми вверх ногами, Государь Наследник только деньги вручил, а нам кинжалы…

— В Кумарской атамана Плотникова тоже часами с вензелем наградил…

— А у нас в станице Государь Наследник две золотые и пять серебряных медалей "За усердие" вручил, да ещё на Анненской ленте…

— Столько говорят он только во Владивостоке, Хабаровке, да Благовещенске награждал…

— А из казаков, по слухам, никому не вручил, только купцам гильдейским…

— Наша станица теперь на всё Приамурье прославиться…

— Ермак то теперь начальник нашей казачьей школы…

Я слушал трёп казачат, мысленно улыбаясь, а сам внимательно смотрел на вход в церковь. Трезвон колокола при целовании креста возвестил об окончании литургии.

Наследник российского престола под громогласные крики "Ура!" вышел на церковное крыльцо и, подняв фуражку, помахал ею над головой. Рёв толпы стал ещё неистовее.

Надев

головной убор, Николай в сопровождении протоирея Ташлыкова, свиты, атамана Савина и старейшин направился через станичную площадь к трактиру, где был накрыт стол для трапезы.

Рядом с церковным крыльцом остались генерал-губернатор, князь Барятинский, есаул Вершинин, какой-то чин в белом мундире, фуражке и брюках. Видимо капитан парохода. К этой группе по команде Вершинина присоединились Митяй Широков и Лесков.

Совещание длилось минут десять. По его окончании члены свиты цесаревича отправились в трактир. Лесков куда-то побежал с площади по центральной улице станицы, а вахмистр Шохирев пошёл в нашу сторону.

— Ну что, баламут, — Шохирев от души заехал своей лопатой-ладонью по моей спине, да так, что я чуть не упал, — опять всех на уши поставил.

— Дмитрий, что там решили генералы? — я свёл лопатки, занывшие от дружеского приветствия вахмистра.

— Что решили? То и решили. Слушай. — Митяй наставительно указал на меня пальцем.

Из дальнейшего повествования Шохирева, я уяснил следующее. После обсуждения возможного нападения на пароходы и варианты этого нападения, генерал-губернатором Корфом при полном одобрении князя Барятинского было принято следующее решение.

Первое. О моём предчувствии опасности Цесаревича в известность не ставить. Тот ещё от покушения в Японии не до конца в себя пришёл. А здесь будет нападение, не будет. Гадание на ромашке. Но насколько возможно, на всякий случай решили подготовиться.

Второе. Десяток казачат для усиления решили включить в конвой. Шесть казачат, со мной включительно на пароход со штандартом цесаревича, пять казачат на пароход сопровождения.

Третье. Восемь атаманцев во главе с есаулом Вершининым, также располагаются на пароходе "Вестник". Из свиты на пароходе с Николаем остаются генерал-губернатор Корф, князь Барятинский, доктор фон Рамбах и штабс-ротмистр Волков. Остальные, чтобы не мешать, переходят на пароход-конвоир. Старшим на пароходе "Ермак" назначен контр-адмирал Басаргин. Кроме того, с "Ермака" на судно с наследником престола переходит пара речников, умеющих управлять пароходом. На всякий случай.

Четвёртое. Для разведки островов выделяется десяток казаков во главе с Лесковым, который убежал узнавать у Генки Савватеева, где тот лодку в пойме прячет. Сначала хотели на лодках до островов из станицы плыть. Да выгребать против течения долго придётся, не успеют казаки проверить острова до подхода к ним пароходов. Через час цесаревич по графику должен идти по Амуру дальше. А так казаки через лес по тропе, и дальше на лодке Савватеева острова и проверят.

В-пятых. Капитан парохода "Вестник" сказал, что если вода стоит также высоко, как две недели назад, когда он в Благовещенск шёл, то можно пройти и вдоль нашего берега.