Эртэ
Шрифт:
Экран монитора мигнул, и на нём возникла странная размытая картинка. Сергей Викторович почувствовал, как ему стало жарко. Он скинул куртку на стул, и, подвинув стул ближе к компьютеру, уселся прямо на куртку. Он думал только о том, что сейчас… именно сейчас он увидит ту, что видимо, ждала его тоже…
Очертания женщины на экране становятся всё ярче и чётче. Её лицо, смуглое, словно загорелое на тропическом солнце, поражает своей красотой, и в тоже время что-то заставляет тревожно биться сердце, глядя на её рот с чуть подрагивающей нижней губой.
— Здравствуй Апрель! Позволь мне называть тебя так, как когда-то тебя назвала природа-мать. Итак…
— Здравствуй Эртэ! Здравствуй ещё и ещё раз! Называй меня так, как тебе того хочется, но пойми, я не могу без тебя… — торопится высказать свою мысль Сергей Викторович.
— Я понимаю тебя землянин. Стараюсь понять! Я чувствую, как ты страдаешь, вибрация твоих нервных клеток достигла своей кульминации. Тебе пора остановиться и подумать, как начинать действовать. Тебе необходимо стать сильным…очень сильным…
Женщина улыбается, а Сергей Викторович чувствует в себе нарастающее возмущение.
— Я не могу понять Эртэ, что происходит? Почему круг за кругом я возвращаюсь сюда, к тебе, в эту комнату. Я ищу свою жену и сына? Так, где же они? Объясни…
— Возвращайся домой! Наступает время, начало всех начал…
— Объясни… — отчаяние заставляет мужчину с гневом обратиться к той, что начинает удаляться, растворяясь на экране монитора. — Объясни…
— Я не могу, не имею права. Ты поймёшь сам, если не испугаешься…
— Чего? Чего я не испугаюсь? — кричит мужчина вслед удаляющемуся изображению.
— Кровавых рек Вилона-а-а-а… — словно эхо доносятся до Сергея Викторовича слова.
А может быть, всё это ему лишь кажется. Его взгляд прикован к стопе книг, что лежат на столе. Лунный свет высвечивает обложку первой книги, на которой ярким неоновым светом высвечиваются кошачьи глаза. Они кажутся живыми…
Сергей Викторович подходит к столу и берёт в руки книгу. Ну конечно! Это та же мистика! Неужели этот глупый дешёвый романчик мог показаться ему зловещей книгой? Зловещей… Где корень слова, само зло!
Но такая же книга лежит у него в квартире. Она лежит и ждёт его! Быть может, там кроется разгадка странных событий проишедших за последнее время: болезнь Маринки, её исчезновение, исчезновение сына… и синего камня… и Бармалея…
Кажется, это из коридора доносится какой-то шум. Торопливо выключен компьютер, и доктор спешит покинуть кабинет статиста. Ключ легко поворачивается в замке, затем прячется в карман брюк. Но в коридоре стоит тишина, которая, как ни крути, а всё-же обманчива. Именно обманчива. Так как, спускаясь по лестнице, Сергей Викторович чувствует движение за спиной. Странно, но он знает, стоит ему оглянуться, и бесформенное чудовище на стене разинет свою пасть в приветливой улыбке, роняя на пол тягучую слюну, похожую на желтый апельсиновый кисель…
С отвращением преодолев лестницу, Сергей Викторович спешит пройти коридор первого этажа, направляясь к
Вдруг он слышит звук открываемой двери, и скрип железной каталки, на которой вот уже сколько лет перевозят тяжелых больных. Дверь, что ведёт в поликлинику с большого холла с шумом закрывается, и Сергей Викторович отчего-то вспоминает, что он не запирал её за собой. Слышны шаги и негромкие голоса, которые неумолимо приближаются к нему. Мужчина прижимается к тёмному выступу в стене, и ждёт, пока каталка проедет мимо. Её везут молодые медсестры, сонные и злые. Они тихо ругают сторожа Федора за то, что он оставляет вечно открытые двери…
— А вдруг, маньяк где засел?
Слышится негромкий голос в тишине коридора, и Сергей Викторович усмехается. Ох, уж эти медсёстры, или девочки-санитарки, у них одно на уме.
— А то как-же, ждёт он тебя! Здесь, скорее всего, пришельца какого-либо встретишь в это время, чем маньяка. Чего тут маньяку делать? — со смешком отвечает другой голос
— А пришельцу? — упирается первый. — Ему то чего надо здесь?
— А хотя бы мусорное ведро из процедурного кабинета. Вдруг забыли вынести. — засмеялся первый голос. — А там, в ампулах, каких только остатков лекарств нет…
— Да, нет! — упирался опять первый голос. — Если и лезть куда, то только в кабинет статиста. Там новый компьютер…
Сергей Викторович едва не поперхнулся своей собственной слюной, услышав последнее, но тут раздался истеричный скрип колёс, и каталка медленно проехала мимо.
На ней, прикрытая до подбородка кипельно белой простынёй, лежала женщина. Сергей Викторович с ужасом смотрит на женщину, и вдруг понимает, что эта женщина — Марина. Его жена! Неужели ей так плохо? Но почему и отчего её везут сюда? Зачем?
Он делает шаг следом, но странная сила держит его, а внутренний голос произносит голосом Эртэ:
— Сейчас ты ей бесполезен! Ты слаб…
— Но моя жена! — бъётся в мозгу торопливая мысль, готовая выплеснуться в громкий крик протеста:- Моя жена…
— В опасности! Помни об этом! Ты должен попасть в страну Вилона. Сделаешь это ты. Только ты — больше никто! Иди домой! Чего ещё ждать на сегодня…
Кокофония звуков, обрывки слов, смех медсестёр, скрип каталки, всё смешалось в его голове.
Тяжелым вздохом прерывается весь этот весь сумбур в голове мужчины. А может всё это происходит наяву. Нужно несколько минут тишины, иначе голова его взорвётся…
Неужели он не понимает, что свист ветра, гуляющего по фойе, не что иное, как та тёмная сила, что пытается и стремится завладеть его женой, его Мариной! Но зачем?
К сожалению, он знает ответ на этот вопрос. Что-бы добраться до Эртэ!
Что-то больно ударило его в грудь. Это дверь. Тяжелая входная дверь приемного отделения, открывшаяся вдруг сама по себе от сильного порыва ветра. Где-то посыпались стёкла, слышен чей-то отчаянный крик, ругань. Опять удар, вернее толчок, и Сергей Викторович летит в чёрную бездну, что развернулась перед его мысленным взором…