Эсхил
Шрифт:
– Не останавливаться!
– сказал Ян.
– Вперед!
– Он уже начал задыхаться, но, всё равно, бежал впереди.
Несколько человек спрыгнули в воду, стремясь оказаться подальше от наступавших тварей и догнать своих ушедших товарищей. Один человек, вооружившись ножовкой, изо всех сил отбивался от черных созданий, но не прошло и минуты, как он оказался повален, а его ноги исчезли в клубке злобных и голодных тварей. Он взглянул на Люсию, а затем перерезал ножовкой собственное горло.
– Поздно!
– крикнула она, по
– Нам конец!
– Они нас не достанут! Смотри!
Люсия посмотрела, куда указывал Ян и увидела большое рыболовное судно. Оно уже покинуло причал, но шло очень медленно. Оно было очень похоже на "Адальгизу", в какой-то миг, Люсия решила, что это и есть она. Но девушка ошиблась.
Они повернули на последнюю дорожку и Люсия услышала позади себя шаги. Она обернулась и увидела, как за ними бежали три человекоподобные твари. Они учуяли их и теперь изо всех неслись по причалу.
– Прыгай!
– крикнул Ян.
– Прямо в воду!
Они спрыгнули с пирса прямо в густую тьму. За мгновение перед падением в воду, Люсия вспомнила сестру и то, что эта вода сделала с ней. Затем холод сковал её кости. Она крепко сжала губы и принялась изо всех сил грести к поверхности. В следующее мгновение она уже плыла. Ян так и не спросил, умела ли она плавать, но это уже было неважно. Либо плыви, либо умри.
Вскоре руки начало сводить судорогой. Ей хотелось прокашляться, но она понимала, что для этого придется остановиться. Она продолжала грести, сконцентрировавшись на корме судна и металлических буквах на ней: "Черута".
Чьи-то крепкие руки вцепились в запястья и, прежде чем она что-то поняла, выдернули из воды. Она оказалась в руках матроса, который и вытащил её на палубу. Он опустил её на деревянный настил и первой её мыслью было "Спасена!"
Матрос вернулся к фальшборту и наклонился.
– Давай руку! Тянись!
Но Ян был слишком далеко. Он уже, практически, замерз.
Она заметила привязанный к стене спасательный круг. Никто, почему-то и не подумал им воспользоваться, поэтому она взяла его в руки. Она подошла к борту судна, матросы отошли в сторону.
– Пусть пройдет, - сказал один.
– Бросай!
– крикнул другой.
– Бросай, пока не поздно!
Когда Люсия выглянула за борт, Ян перестал грести. Он смотрел на неё, замершую с кругом в руках, и ждал. Казалось, он знал, о чём она думала. Она смотрела на Яна и видела его таким, каким он был. Не только её спасителем, но и тем, кто отнял у неё мать, пленил отца, а когда погибала сестра, он просто стоял и смотрел. Именно он оттолкнул отца в сторону, когда они собирались сбежать.
В тысячный раз Люсия подумала об отце и той истории с топором на палубе "Адальгизы". Она подумала о том, что увидела тогда в его лице. Подумала о том, что это такое - держать в своих руках судьбу человека, о том, что принятое решение, каким бы оно ни было, останется с тобой навечно.
Время шло.
Она
Ян встал на ноги, подошел к Люсии и положил ладонь ей на голову.
– Я помогу тебе отыскать маму, - сказал он.
– Обещаю.
Она кивнула, его холодные руки обжигали её. Но, в этот момент, она не думала о маме. Она думала об отце и о том, что он сделал для того, чтобы именно она - Люсия - сейчас стояла на палубе этого судна.
– Прощай, - шептала она и ветер уносил её слова.
– Прощай, папа.
2
Доминик бежал к воротам, но Гниль не обращала на него внимания, сконцентрировавшись на людях с оружием. Солдатам не хватало патронов. В итоге, их, всё равно, сомнут. Они будут кричать или принимать смерть молча, но, так или иначе, все они станут орудием в руках чего-то неизвестного и ужасного.
Ари сидел там, где Доминик оставил его, опустив лицо в ладони.
– Бежать некуда! Они повсюду, Дом!
– Мы найдем, куда.
– Да, некуда же!
– Есть. Обещаю.
– Его голос звучал слишком спокойно даже для него самого. Он догадывался, почему. Люсия была в безопасности - или вот-вот будет - а всё остальное неважно.
– Поверь, Ари.
Они шли по территории базы, стараясь не смотреть туда, где была лаборатория. Он чувствовал запах формальдегида вытекшего из разбитого бака и подумал, что развеется он только через несколько часов. Они шли и перешагивали через многочисленные тела. Слева Доминик заметил останки молодого сержанта Метцгера. Головы у него не было, но, зато, сохранился висевший на шее серебряный крестик. Нашел он и Глёкнера среди полудюжины других тел.
В конце концов, им удалось, таки, найти здание с неповрежденной дверью и Доминик завел приятеля внутрь. Но перед тем как они вошли, из бункера выскользнула тень и заорала прямо им в лицо. Затем она развернулась и скрылась в ночи, не причинив им никакого вреда. В следующий миг, генераторы отключились и вся база окуталась тьмой.
Ари был близок к истерике.
– Не думаю, что смогу...
– Ты только не бросай меня, Ари!
Они зашли внутрь и Доминик запер дверь. Они находились в складском бункере. Совсем одни.
Доминик наощупь шел мимо полок с банками, мимо коробок и мешков, одной рукой держа за руку Ари. На складе, неожиданно, оказалось очень много всего. Доминик подумал о наличии здесь вентиляции, но пришел к выводу, что выбора у них, всё равно, не было. Они останутся здесь.
– Сюда.
Они сели у стены в дальней части бункера. Несмотря на то, что стены были толстые, снаружи до них доносились крики и выстрелы. Ари, практически, потерял рассудок, вздрагивая и шепча что-то себе под нос, каждый раз, когда слышал что-то особенно страшное. Но, вскоре, шум стих.